Чтение онлайн

— Александр, присаживайтесь, что же вы… — обманчиво мягко пожурил меня князь, причем я точно знала, что если бы села раньше, он мог бы поставить мне это в вину.

Простолюдины при аристократах должны были стоять, если те не позволяли иное. Методичку по этикету я уже изучила вдоль и поперек, пока шли дожди.

— Благодарю, — кивнула и только после этого села в одно из кресел для посетителей.

— Итак… — Судя по задумчивому взгляду и тону князя, он всё пытался понять, какой подход ко мне сработает, но к единому мнению прийти не смог. И тут он решил ошеломить меня вопросом: — Александр, скажите, вы хотели бы обучаться в магической академии?

— Нет. — Мой ответ был мгновенным, твердым и честным.

И князь это понял. Удивился.

— Отчего же? Вы одарены, я чувствую. Дар невелик, но за пять лет обучения даже уровень ученика можно подтянуть до мастера. При должном старании.

— То же самое можно сделать и вне академии, — пожала плечами. — Не вижу смысла тратить пять лет жизни на то, чтобы протирать штаны на студенческих скамьях в то время, когда мне нужно зарабатывать деньги, чтобы содержать семью. К тому же бесплатное обучение вряд ли мне светит, а платное, уж простите, я не потяну.

— О, вот в чем дело… — Князь с умным видом покивал. — Понимаю, понимаю… А что, если я скажу, что помогу вам поступить именно на бюджет? С очень заманчивой стипендией в пятьдесят тысяч ежемесячно.

Смешно…

— Спасибо, нет, — качнула головой.

— Что ж… Жаль. — Князь сдвинул брови и задумался. — Я так понимаю, предлагать своё покровительство тоже бессмысленно? Вы из тех, кто считает, что вольная жизнь и сиюминутная выгода важнее далеко идущих перспектив?

Так уж и далеко идущих? Стать псом на цепи или остаться волком на воле? Да, действительно, выбор нереально сложен.

Шучу.

Для меня всё ясно.

— Ваша светлость, — заговорила я, тщательно подбирая слова, — ваша протекция мне безусловно льстит, но я действительно так считаю. Обучение в академии полезно тем, кто желает продолжить работу в государственных службах. Ну и аристократам, само собой. Выгодные знакомства, межклановые договоренности, связи. Может даже брачные союзы. Но я не аристократ. Зачем мне это? Я изначально буду белой вороной среди обучающихся. Да и дар мой настолько мал, что я лишь недавно о нем узнал и начал развивать. Не хочу занять место того, кто действительно этого заслуживает.

— Похвально, — хмыкнул Оболенский и посмотрел на меня с интересом. — А вы не глупы, молодой человек. В столь юном возрасте уже понимать то, что не осознают даже некоторые выпускники… Что ж, я уважаю ваше право на собственное мнение. И всё же… Вы спасли мою дочь. Не колеблясь, не задумываясь. Я просто не вправе отпустить вас без благодарности. И пускай деньги — это всего лишь инструмент достижения цели, я искренне надеюсь, что ваша цель будет достойной.

С этими словами он вынул из верхнего ящика стола чековую книжку, вписал в чек некую сумму (с моего места не было видно), размашисто расписался и протянул мне, добавляя:

— И всё же, подумайте, Александр. Служба княжескому роду — это не ярмо, а привилегия. Если вдруг ваше мнение изменится, номер моего секретаря у вас есть. А сейчас прошу простить… Дела.

Быстро догадавшись, что на этом аудиенция завершена, я торопливо поднялась, поклонилась и вышла из кабинета, тихо, но плотно затворив за собой дверь. И лишь выйдя в том числе из приемной, глянула на чек.

Хм, а недурно… Оказывается, жизнь княжны стоит три миллиона. Недурно…

Юноша вышел из его кабинета, но князь ещё какое-то время просидел в кресле, размышляя о том, что тут только что произошло.

И да, он был недоволен итогом встречи.

Казалось бы, он всё просчитал, но… В итоге просчитался.

Парень оказался не дурак. Далеко не дурак…

Светлый князь Оболенский считал, что прекрасно разбирается в людях, но этот Саша… Александр. Был тем ещё крепким орешком.

Мальчишка из-за Урала. Как принято говорить в Москве, «с периферии». При этом держится достойно и размышления такие… Здравые. Это говорит о том, что Бельков амбициозен.

И что в итоге? Отказ. Отказ во всём.

А значит… У него на уме что-то другое. Но что?

Ещё и Дарья расстроится…

Поморщившись, князь качнул головой. Дочь была его слабостью. Об этом мало кто знал и Оболенский старался не показывать это лишний раз даже внутри семьи, но сам отчетливо это понимал. Самая младшая, самая юная и нежная. Его маленькая девочка.

А ведь она уже всё распланировала. Собралась даже взять над мальчишкой шефство, когда он поступит на первый курс. Сделать его своим протеже. Верным пажом.

Нда…

— Эх, Саша, Саша… — задумчиво пробормотал князь вслух, постукивая карандашом по пустому листу бумаги. — Что же с тобой делать?..

А минуту спустя в огромном кабинете раздался приглушенный треск сломанного карандаша…

Обломки полетели в мусорку, а князь поднес к уху коммуникатор и сухо произнес:

— Петр Васильевич, пришли ко мне Гаврилу. Есть для него дело.

Выйдя на улицу из здания министерства образования, секунд десять постояла на его широких монументальных ступенях, прокручивая в голове произошедшее. Князь явно ожидал другого… И явно остался недоволен итогами встречи.

Как бы это не аукнулось мне в дальнейшем!

Но если бы всё повторилось вновь, я бы сказала то же самое. Как поступить иначе, я просто не представляла. Но мне и впрямь не нужна академия. Смысл? Это ведь пришлось бы ездить на уроки каждый день. Терпеть высокомерных заносчивых выродков, среди которых обязательно бы нашлись такие, которым бы захотелось показать, где моё настоящее место. А там — мордобой, разбирательства, штрафы, исключение… Нет. Не стоит оно того.

К тому же книг мне хватает, а упорства и своего не занимать.

Сомневаюсь, что князь бы обрадовался, узнай, что я гомункул. А это бы обязательно вскрылось. Однажды.

Нет. Я поступила правильно. А вздумает лезть в мою жизнь… Я что-нибудь придумаю. Обязательно!

Ну а пока стоило проехать в Центральный Имперский Банк, чтобы обналичить чек князя и положить деньги на свой счет. К счастью, проблем не возникло и уже совсем скоро я стала богаче на реальные три миллиона, а не нарисованные.

Всё-таки как удивительна жизнь! Ещё недавно я грабила гопников, чтобы заработать себе на коммуникатор и одежду, а сегодня оперирую миллионами.