Чтение онлайн

— Профессионалы они, — буркнул Гефест лишь секунд через двадцать, при этом бросая осуждающие взгляды прежде всего на меня. — Профессионалы не лезут в камеру.

— Моё упущение, — кивнул Сашка. — Надо было сразу дать этому зарвавшемуся мажору в бубен.

— И загреметь за нападение на аристократа? — возмутился майор. — Не вздумай даже! Я б тебя, конечно, вытащил, но мороки с этими дворянскими отпрысками…

Тюменцев с отвращением скривился, потом снова посмотрел на меня, вздохнул…

— Ай, ладно. Всё равно к этому шло. В общем, поздравляю с боевым крещением, боец Афина. В первый раз на скорпионов ходила?

Кивнула, не колеблясь, даже не думая рассказывать, что далеко не в первый.

— Как впечатления?

— Огромные твари, — усмехнулась кривовато. — Шустрые. Но мы шустрее. И это…

Я мило улыбнулась и, пользуясь возможностью, протянула ему свою сабельку, которую так предусмотрительно захватила из машины.

— Поправите? Слишком крепкие твари попадались. А я вам ужин приготовлю.

Сначала на меня глянули со скептичной усмешкой, но потом майор изучил саблю, похмурился, цокнул даже, найдя особо четкий скол, качнул головой и снова взглянул на меня. Оценивающе так.

А потом заявил:

— Ужин не надо, сам справлюсь. А вот борщ будет кстати. Завтра к обеду, а? Заодно в гости к вам загляну, гляну, как устроились.

Это ещё зачем? Что он там усмотреть хочет?

Но вслух конечно же сказала:

— С радостью приготовлю вам борщ, Роман Игоревич. Приходите к двум, будем вас ждать.

Неожиданно у Тюменцева зазвонил коммуникатор, лежащий на краю стола, и мужчина, глянув на неопределившийся номер, хмыкнул, но трубку взял.

— Алло.

Внимательно выслушал собеседника, скривил губы… Задумался.

Скосил глаза на нас.

Уточнил пару нюансов. Хмыкнул. И кивнул.

— Хорошо, подъезжайте завтра к девяти. Посмотрю.

После чего отложил коммуникатор и выразительно уставился на нас с Сашей.

— Уже пятый.

— Кто? — не удержалась я.

— Кандидат в олимпийцы, — фыркнул майор, откидываясь на спинку стула. — Как вышел ваш ролик и народ выяснил, что у нас тут есть база по подготовке охотников, так уже пятый желающий обучаться именно у нас. Вот, назначаю смотр на девять утра. Только что с ними дальше делать?

— Как что? — изумилась я. — Обучать!

И хитро улыбнулась.

— За деньги. В других ведь центрах подготовки за деньги обучают. Чем мы хуже? Да, Саш? Вы ведь переживали, что в убыток работаете. Вот вам будущая чистая прибыль! Наберите коммерческую группу, заключите договор на три ступени обучения, в конце каждой — экзамен лично прапору. Кто не сдаст экзамен — отчислен. Нам нужно высоко поднять планку выживаемости. Наши выпускники должны стать не просто охотниками, а теми, кто будет ходить в аномалии и возвращаться. Без травм, без потерь личного состава. Уроки по общей физической подготовке, по фехтованию, по теории. По сбору трав, потому что это тоже деньги. По координированной работе в команде и безоговорочному подчинению командиру. По медицинской подготовке!

Майор аж крякнул от моего жаркого спича. И в целом справедливо заметил:

— И где ж я столько преподавателей найду?

— На первых порах мы с Сашей можем помочь, — предложила я. — Он отлично разбирается в оказании первой медицинской помощи, а я в травах. Ну а потом найдем толковых учителей себе на замену, если проект покажет себя прибыльным. Административный корпус уже почти готов, аудиторий вы там запланировали с запасом, так что на всех хватит. Можно будет даже оборудовать каждую четко по профилю: информационными плакатами и даже методическими пособиями. Саш, что скажешь?

— Хорошая идея, — согласился он, всё это время внимательно прислушиваясь к каждому моему слову. — Особенно про контракты с трехступенчатым отсевом. Мы действительно должны задрать планку максимально высоко. Чем жестче отсев, тем престижнее будет стать выпускником. На самом деле деньги не главное, сами понимаете. Мы с Евой всего за одно посещение заработали два миллиона, так что в минус не уйдем. Своим работа всегда найдется, а вот чужие просто не имеют права выйти из наших стен посредственностью, что мигом уронит нас в глазах общественности. Пусть лучше выпускником станет всего один охотник в год, но он доживет до старости, чем сотня и половина даже не выйдет из своей первой аномалии.

— Жесткий подход — это хорошо, — согласился майор. — Вот с этим согласен от и до. А что по бумажной волоките? Кто её на себя возьмет? Скажу сразу, я пас.

— Я смогу разработать концепцию, — уверенно заявил Саша, — а Ева поможет мне с финансовым обоснованием. Мы всё сделаем за вечер, не беспокойтесь. Часа три нам хватит, потом можем позвать Леопольда Афанасьевича с супругой и вместе прийти к единому знаменателю.

— Часа три? — переспросил Тюменцев и глянул на коммуникатор, где время близилось к семи. — Хорошо, давайте. Лучше сделать всё сегодня, чтобы завтра было о чем предметно беседовать с кандидатами. Я предупрежу остальных, да и Ольховских тоже, чтобы спать пока не ложились. В десять жду у себя. Кстати, меч свой принеси. Гляну.

Не забыв поблагодарить за кофе и пирог (ну и за оружие тоже), мы отправились к себе.

Первым делом поужинали! В самом деле, с обеда толком не ели! Ну а набросать устав и коммерческие договора на обучение — дело десяти минут. При этом я планировала максимально жесткий подход к делу, но Саша убедил меня, что не стоит закручивать гайки до упора.

И стоит рассматривать не только идеальных кандидатов, но и многих других. Тех, кто ещё не служил. Тех, кто является аристократом. Тех, кому уже за тридцать. Тех, кто по недоразумению родился женщиной. Одаренным. В самом деле, отчислить можно на любом этапе. Главное, чтобы у человека был потенциал и жажда стать охотником. А не просто «все пошли и я пошел». Нет, это так не работает.

В итоге мы разработали аж пять этапов обучения, а не три, которые учитывали изначальный уровень подготовки, пол и возраст. Допустим, если кандидат в возрасте до тридцати без каких либо физических увечий успел отслужить, то это прямо говорит, что у него есть какая-никакая физическая подготовка, знание воинского устава и умение обращаться с оружием. Такой кандидат считался условно эталонным и ему предстояло обучение в три этапа.

Если кандидат не служил, то сначала шла общая физическая подготовка длительностью до полугода в комплексе с муштрой полувоенного образца, чтобы выработать рефлекс подчинения приказам командира, затем ещё полгода давалось на освоение холодного оружия, и только потом — подготовка именно в охотники.

Если кандидат был старше тридцати, то сначала он должен был предоставить справку о полном физическом и психическом здоровье, чтобы в один прекрасный момент не оказалось, что у него куча болячек и ему банально тяжело махать мечом.

Ну а если кандидат был аристократом (пускай формальным и обедневшим), то сначала он должен был подписать бумаги о том, что на время обучения он становится прежде всего учеником и не вправе выставлять учебному центру претензии по методам обучения. В ином случае контракт расторгался в одностороннем порядке, уплаченные средства не возвращались.