Чтение онлайн

— Смотри, какой хороший мальчик.

— Ещё один? — с подозрением прищурился его императорское величество, после чего придирчиво изучил крайне подозрительного громилу, уже второй час не отходящего от хрупкой графини Евтушенко, и с сомнением покосился на бабушку.

— Ой, всё! — цокнула она, загадочно усмехаясь себе под нос. — Тебе не угодишь. Вот возьму — и не приду в следующий раз!

— Ну, ба-а-а… — закатил глаза император. — Хватит. Хороший. Понял. Будем брать. Прошлый тоже был… хорошим.

Тут он поморщился и проворчал:

— Только слишком быстро закончился. Этот-то хоть подольше продержится? А то, знаешь ли, мне тоже не особо приятно порядочных людей пачками хоронить.

— О, этот живчик… — усмехнулась самая неоднозначная бабушка Российской империи. — Тот ещё… паразит неубиваемый.

— Паразит? — напрягся Василий, уже в каждом слове родственницы ожидая подвоха.

— Да не в этом смысле, — отмахнулась она. — Бери. Не ошибешься. И детки у них хорошие будут. Смотри, как прилип, а? Как банный лист! Дорвался…

— В смысле?

— Ай, не обращай внимания. Пойду я что ли, тут мне больше делать нечего. Соскучишься — заглядывай на чай.

— Ага…

Объект под кодовым названием «Бабуля» ушла, напоследок пройдя мимо только сегодня образовавшейся пары и сказав им что-то явно забавное, отчего и графиня Евтушенко, и лорд Элдсурт рассмеялись, но потом всё-таки подозрительно переглянулись и, вооружившись шампанским, запили явно непростое предсказание, на которые баба Варя была сильна и как всегда внезапна.

А его императорское величество Василий пятый, ещё какое-то время немного понаблюдав за перспективным дворянином, уже подавшим документы на российское гражданство, кивнул сам себе. Было в этом мужчине что-то… серьезное. Основательное. Такое, что так и манило довериться и переложить на действительно сильные плечи хотя бы парочку своих проблем.

Империя большая… Одному нести этот груз было иногда слишком тяжело. Да и Лёшка растет, ему тоже соратники нужны. Надо присматривать их заранее. Тем более это внук Долгорукого. Хорошая порода.

Качественная!

— Слышали? Это тот самый скандинав, который выкупил на закрытом аукционе ржавый меч за сто миллионов!

— Да ладно? Зачем?

— А кто их, северян, знает? Может, деньги девать некуда?

— Ой, что бы вы, мужчины, понимали? Вы посмотрите, как он вокруг этой Евтушенко вьется! Как кот на сметану облизывается! Наверняка же только ради того, чтобы её внимание привлечь! Он же именно её ставку последнюю перебил. Тьфу… мужики. Лучше бы украшений на эти деньги купил.

— Украшения любой дурак может.

— Ага. А не любой покупает меч. И куда его теперь? Силы небесные! Сто миллионов! Да на эти деньги целый год кутить можно!

— Ну, умеючи-то можно и за месяц спустить…

— Ага. За день. Как этот. Интересно, на чем он своё состояние сколотил? Говорят, богат до неприличия…

— А кто говорит?

— Да-а… Все говорят. А что?

— А ещё говорят, он родственник Долгорукого.

— Которого?

— Самого старшего. Глянь на него. Как сияет.

— Дела-а… Так он маг, получается?

— Говорят, что да. Но какой-то шибко хитровыдуманный. То ли артефактор, то ли кузнец… То ли вообще нойд.

— А это ещё что за хрен с горы?

— Сам ты хрен. Это у северян так шаманов зовут. Стихийных.

— Ого! Так он… ведьмак, получается?

— Нойд!

— Да не умничай. Ведьмак по нашенски. И что умеют они?

— Ой, говорят, что всякое. С духами общаться, со стихиями напрямую, как с живыми…

— Ну, это уже совсем сказки!

— Может и сказки…

А может и нет.

Невольно наблюдая за графиней Евтушенко, которую кружил в очередном новогоднем вальсе внук Долгорукого, князь Станислав Олегович Оболенский думал о своём.

О том, что год как-то не задался…

О том, что младший сын не оправдал ожиданий и даже самые именитые целители разводят руками, заявляя о странной побочке, казалось бы, не самых опасных препаратов. И вылечить не могут. Он уже уничтожил и тот клуб, и того посредника, который привез девок с наркотой, но проблемы это не решило. Видео так и гуляет по просторам сети, а на собраниях князья отводят глаза, не спеша подавать руку, и посмеиваются в спину.

С Бельковым опять же карта не разыгралась… От его сестры может и был бы толк, но с Долгорукими ему тягаться сейчас не резон. Да и что взять с девки? Ну её…

Снова невольно мазнув взглядом по её спутнику, раздраженно поморщился. Сам Оболенский не мог похвастать особым ростом и массивным телосложением, что его всегда подспудно угнетало, но он умело компенсировал это влиянием, деньгами и личной силой. Но сейчас… Сейчас годами надежная личная империя сыпалась, как карточный домик. Какие-то подозрительные проверки в ведомстве. Отказы в согласовании бюджета по совершенно надуманным поводам. Задержки. Проволочки.

Дочь опять же замуж досрочно выскочила, словно выпихивал кто… И общается лишь преимущественно с матерью. Ну как так, а?

Не сдержав досадливый вздох, князь перехватил у проходящего мимо официанта бокал шампанского и снова отпил. А может уже и на пенсию пора, а? Старший сын уже достаточно взрослый, чтобы разгребать всё это дерьмо сам. А он… Устал. Как-то резко он от всего этого устал. Неудачи опять же одна за другой…

Как сглазил кто!

Нет, он, конечно же, не верит во всю эту чушь!

Но определенно в его жизни настала подозрительно черная полоса… Пора от всего этого отдохнуть!

Саша меня обманул. Идеально не было.

Было по настоящему. Как в жизни. Мы ссорились и мирились, спорили и ругались, находили компромисс и узнавали друг друга заново.

Сильнее. Глубже. До самого донышка!

Он всё-таки получил гражданство Российской империи, но не стал менять фамилию, однако практически сразу устроился работать в ведомство своего вроде как деда и взлетел по служебной лестнице так стремительно, что в оперативниках пробыл лишь год, став начальником отдела, уже через три числился первым заместителем, а через пять — негласным главой всей тайной канцелярии. Долгоруков, загадочно щурясь, ещё делал вид, что начальник он, но все прекрасно знали, что это формальность и настоящий глава отдела — великий и ужасный лорд Эйриксан Элдсурт, который, казалось, знал всё и обо всех, причем ещё до того, как было совершено преступление. Подчиненные его боготворили, враги империи люто ненавидели, а император ставил в пример остальным князьям и княжичам, требуя равняться на лучших.