Чтение онлайн

Стоит присмотреться и к «периоду Орла» примерно с 1500 по 1756-й. Это время в истории принято называть Возрождением и Просвещением. Объединяет то и другое стре­мление к знаниям – сначала к возрождённым античным, затем к оригинальным открытиям новых «законов природы». А между тем, майянский знак Орла как раз и символизирует личность, утверждающую социальный статус обладанием высокими знаниями. Не эта ли психологическая установка доминировала в указанный период в Европе, ставшей в силу этого доминирующим центром в мире? Интеллектуальные ценности стали наравне с золо­том достоянием короны, банков и церкви, стимулируя европейский рынок и военные кампании. Но только ли в Европе? В России та же ценностная установка, начиная с Ивана III, вела с учётом местных традиций к монополизации и централизации интеллектуальных ресурсов. Иван IV Грозный так хорошо прятал свою Либерию, как величайшую ценность, что до сих пор никто не может найти.

Совпадение элитных установок с символикой знаков Орла и Восхода слишком явное, чтобы не заглянуть далее в ретроспективу. Сомнения только в том, как отсчитывать 260 тунов, ведь чем дальше, тем возможная ошибка будет сильнее. Возьмем примерно с 1240-х по 1490-е годы, период под знаком Ветра. Ветер символизирует природный, перво­бытный дух, приличествующий язычникам, но наполняющий энергией и цивилизованные страны. Для наших предков на Руси и в целом в Евразии сомневаться в мощных веяниях с Востока из Великой степи не приходилось. Величайшая империя Чингизидов не просто существовала в указанный период, но доминировала в мировой политике, как бы не зату­шёвывала этот факт европоцентричная историография.

В самой же Европе это был долгий период кризиса средневековой «крестоносной» версии христианства. В идейный вакуум после подавления более сложных «ересей» не могли не хлынуть исконно-посконные дохристианские мотивы. Так что свято место крес­тоносных орденов как лидеров европейской идеологии и политики постепенно переходит к инквизиции и прочим судейским. И сам католицизм, если внимательно присмотреться, отчасти вернулся к римским традициям, только вместо языческих богов почитались «свя­тые покровители» профессий.

Ещё на 260 тунов раньше, начиная с 980-х годов, происходит активная экспансия христианского Рима (и первого, и второго) за пределы Ойкумены. Знак Воды имеет два модуса – накопления запасов и расходования их в критических ситуациях, то есть в конфликтах и походах, например, крестовых. Для Руси период Крещения тоже был связан не только с водами Днепра, но больше с «огнем и мечом».

Такие же символические совпадения обнаружатся далее в глубь исторических эпох, вплоть до египетских пирамид как плодов «периода Мирового Дерева», зарождения и начального бурного роста цивилизации. Хотя и уже приведённых примеров вполне доста­точно для мотивации наших поисков.

Замечу, что лично для меня это наличие устойчивого «мирового ритма» является серьёзным вызовом. Поскольку разметка всемирно-исторического процесса на большие стадии в соответствии с «русской моделью» не совпадает с этим ритмом. Впрочем, майян­ский «мировой ритм» является внешним по отношению к историческим процессам, зада­вая общую психологическую установку, но не социальные отношения.

Ну и, чтобы лишний раз не вставать, завершу своими посконными соображениями по поводу гипотетической длительности майянского священного года – «туна», ненамного меньшего, чем 365 с четвертью дней солнечного года.

Все-таки такое совпадение, как 52 недели в году, или 260 недель за 5 лет, нужно, как минимум, иметь в виду. Ведь если на уровне одного человека базовый цикл состоит из 260 дней, а на уровне творческого духа истории большая эпоха состоит из 260 по 20 лет, то можно предположить, что эти два уровня связывает некий средний цикл из 260 по 20 месяцев, что и составит примерно 20 лет.

Хотя, разумеется, у этой гипотезы есть заметный изъян, ибо лунный месяц состав­ляет не 28 дней, а 29,5. В этом случае за 260 лунных месяцев набегает 390 лишних дней, а 52 лунных месяца составят больше пяти солнечных лет. Поэтому это всего лишь фантазия для разминки мозгов, если кто-то ещё захочет попытаться реконструировать изначальную логику майянских мифов. Тем не менее, без лунного природного цикла природные ритмы не могут существовать. Другое дело, что солнечный дневной цикл фактически обрезает лунные фазы, в том числе до средних семи дней. А жизненные циклы имеют привычку к постоянному ритму, автономному даже от породивших эти циклы внешних факторов. Поэтому лунный месяц по 28 дней, пятилетка из 260 месяцев, и соответственно год из 364 дней также имеют право на существование.

Тема нашего исследования такова, что приходится оправдывать её серьёзность, но также предостерегать читателей от крайностей в восприятии. Я и сам большой скептик, без чего никакая аналитика невозможна. Но обратная сторона глубокого и острого скепти­цизма – это способность отсеивать из массы «порожняка» отдельные самородки или ценную руду для более глубокого анализа.

Один из признаков полноценности той или иной теории – это сохранение связи с реальностью после очередного шага адекватной интерпретации (преобразования модели без потери связности и сложности). Например, та же «соционика» таким свойством не обладает: Уже первый её шаг – это упрощение теории психотипов Юнга до формальной схемы, а последующие, вроде приписывания психологическим типам имён давно умер­ших знаменитостей – Шекспира, Хаксли, Бальзака, как раз и демонстрируют разрыв с реальностью. Ибо кто же был этим древним психоаналитиком, оставившим нам психоло­гический портрет Шекспира? Тут историки и литературоведы не уверены в том, кто писал под этим именем, и сколько было соавторов. Так что за громкими именами скрывается банальный гороскоп, хотя и наукообразный.

В случае же с календарем майя мы, похоже, имеем обратную ситуацию: под маской гороскопа таится древнее знание, необходимо имеющее символическую форму. Между прочим, аналитическая психология Юнга тоже не на пустом месте возникла, а в значите­льной части является современной интерпретацией христианской антропологии апостола Павла. Не зря же сам Юнг из семьи пастора.

Есть такой способ доказательства теорем – от обратного: предположим, что всё не так и выводим из этого противоречие типа 1=0. Этот способ хорош для идеального мира чисел и множеств, а в реальности приходится действовать иначе. Для опровержения эмпи­рической теории нужно предположить, что она верна, и попытаться применить её методы на практике. Как только логические интерпретации перестанут соответствовать видимым феноменам, можно вздохнуть с облегчением – фу ты, померещилось. Это и есть моя цель в данном случае – найти изъян в майянском «календаре», чтобы он больше не отвлекал от моих собственных теорий. Поэтому я должен сразу предупредить читателей, что речь вовсе не идёт о том, что «майянская модель» имеет практическую ценность, а только о том, что пока не удается доказать обратное.

Самое обидное заключается в том, что эти самые майянские пророки, будто смеясь над скептиками, предложили самый простой и надёжный метод исчисления «гороскопа». Это вам не психоаналитические вопросники про энурез в детстве или соционическое гадание по фотокарточке, а прямое соответствие дня рождения одному из 260 дней (и ночей) повторяющегося цикла. Никакого тебе волюнтаризма и вкусовщины – однозначное соответствие. Казалось бы: вот, бери известных людей – знакомых, политиков, артистов, исторических деятелей, оцифровывай и выводи на чистую воду религиозных мракобесов.

Но именно эта простота и становится настоящей ловушкой. Начинаешь сравнивать людей с одинаковыми знаками и вдруг находишь у них черты, соответствующие не только «гороскопам» в чьем-то изложении, но изначальным майянским символам. Например, в нашей учебной группе вуза из 14 студентов было сразу пятеро, родившихся под знаком Орла как символом мотивации. Между тем майянский Орёл означает постоянный набор высоты и расширение кругозора при остром зрении и внимании к деталям, то есть стрем­ление к знаниям как основу самооценки, социального статуса личности.

Самое любопытное, что из пятерых однокашников один был, как выясняется, Орёл в Орле, что означает желание учиться ради самой учёбы. И вот какое совпадение, именно у него мы одалживали конспекты по предметам, которые в семестре никому были не интересны. То есть по неинтересным предметам, вроде политэкономии социализма или абстрактной «теории информации» лекции записывал только «дважды Орёл».

Такого рода личности с удвоенным знаком вообще очень примечательны в своей односторонности. Знания ради самих знаний или, например, влияние на людей ради самого влияния – Владыка во Владыке. Есть два любопытных персонажа в истории под таким двойным знаком. Первый из них – Иван V, слабоумный брат и соправитель Петра I. Второй столь же примечательный персонаж – английский король Эдуард VIII, непутёвый брат ныне оскароносного Георга VI. То есть власть ради самой только власти – скорее, свидетельство слабости и ненужности, хотя и такое сочетание бывает востребовано ради поддержания необходимых пауз и колебаний в развитии.