Чтение онлайн

Мужчина средних лет и азиатской наружности был окружён летавшими вокруг него колюще-режущими предметами. Не то Кодекс Магнетизма, не то Летающих клинков, у островитян довольно часто встречается различная экзотика.

— Гайдзин, уйди и отдай мне этих людей. — с жутким акцентом заявил азиат.

— Или что? — глухо пробасил я из-под шлема.

— Или я тебя убъю, гайдзин.

— В очередь, сукины дети! — весело крикнул я и забросал противника костяными иглами вперемешку с колышками. Многочисленные клинки пришли в движение, не дав ни одному снаряду попасть в цель. Более того, они умудрялись отбивать некоторые снаряды обратно в мою сторону.

Подивишись подобному мастерству, я решил не испытывать судьбу и под прикрытием шквала снарядов, катнул в сторону противника пару фирменных гранат. И что вы думаете произошло, он мучительно сдох? Да как бы не так. Мало того, что гранаты сдетонировали раньше времени, когда их зацепило мечом, так ещё и газ стало сдувать импровизированными вентиляторами из кинжалов. Благо на меня эта отрава не действует.

На миг я даже проникся некоторым уважением к такому сильному противнику. Но, с голой пяткой против шашки много не навоюешь — со всех сторон в азиата выстрелили костяные копья. Особенностью этого заклинания было то, что ему требовалась хоть какая-то основа. Поскольку мы находились в коридоре, копья ударили не только снизу, но и с боков и даже потолка, на мгновение превратив небольшой участок в непроходимый частокол.

Но даже так, этот невероятный человек, человек ли, смог увернуться от смертельного ранения. Ему пронзило ногу и оба плеча, зафиксировав в причудливом положении. И даже так он не потерял духа и попытался атаковать меня всем, что продолжало летать. И ему почти удалось. Я с уивлением обнаружил, что мой доспех спасовал перед одним вычурным кинжалом с длинным волнистым лезвием. Он вонзился прямо в нагрудник на несколько сантиметров и немного поцарапал кожу. В который раз я поблагодарил себя за предусмотрительность — не делать доспехи впритык к телу, а добавлять себе лишних габаритов и лишних слоёв брони. Благо таскать всё это приходится не на себе. Для этого есть система магических мышц.

— Ты достойный противник гайдзин. Видимо Отец не желает тебе смерти. До следующей схватки. — выдал какой-то бред азиат и умер. Я даже не поверил сперва — вдруг притворяется, но факт оставался фактом. А потом произошло то, что я никак ожидать не мог. Тело умершего подёрнулось дымкой и растворилось в воздухе. Не телепортировалось. Не стало невидимым. Его просто не стало. Похожи эффект я наблюдал у Ликвидатора, но тот и человеком то был весьма условно. В отличие от этого мастера меча. Через копья я ощутил это совершенно точно. Да и труп после него остался вполне обычный. Развеяв лишние интерьерные решения я вернулся в комнату с пострадавшими. Рахмановы начали приходить в себя, меж тем, звуки боя начали сходить на нет. Видимо японец был последним козырем нападавших.

После того как главарь ушёл в иной мир, оставшиеся наёмники последовали его примеру. Я сам стал свидетелем как боец приложил ладонь к шее и на ней засветилась татуировка в виде Уробороса. После чего человек упал замертво. В отличие от азиата, их тела не растворялись в воздухе, а оставались на месте. Единственное что, сделать из них зомби было нельзя — тела стремительно разлагались под действием активированной печати. Те, кто погиб более традиционным способом, подобных саморазрушительных наклонностей не проявили и послушно восстали. Я даже не поленился всех проверить — от загадочной татуировки-печати остался только след на коже. Даже чернила, или чем её там наносили, разрушились во время смерти носителя.

— Не знала, что ты интересуешься шеями своих подопечных. — в привычной манере съязвила Катя, успевшая прийти в себя.

— Не у всех и не всегда. Кстати, ты случаем не одна из них?

— Что, так плохо выгляжу?

— Ну что ты, на конкурсе красоты среди зомби-девушек у тебя было бы первое место.

— Кошмар какой. Только в конкурсах красоты мне ещё участвовать не хватало. Удалось что-нибудь выяснить?

— Только то, что это очень странный отряд замаскировавшийся под наёмников.

— Замаскировавшийся? Это как?

— У всех наёмников есть жетон. Там указано кто он, что он и к какому отряду принадлежит. Они их разве что в постели снимают, а в бой надевают обязательно. У этих же из знаков различия только магическая татуировка Уробороса.

— Уроборос? Ммм. Нет. Не слышала.

— Похоже на какую-то секту. Японец ещё этот…

— Какой японец? — оживилась девушка.

— Обычный. Средних лет. Вокруг него роилось клинковое оружие. Чуть не убил, пожри его гниль. — я показал волнистый кинжал, который с лёгкостью пробил нагрудник.

Самый обычный клинок. Разве что сталь довольно хорошая. И ни грамма магии внутри. Катя взяла кинжал в руки, зажмурилась и стала что-то начитывать. Похоже какое-то ведьмовство.

— Заговор на нём, на пробитие преград. Что ты так на меня смотришь? Сильная ведьма заговаривала. Хорошо скрыла. Ты то, наверное вообще ничего не почуял?

— Ничего. Хотя думал до этого, что у меня хорошее чутьё.

— Ничуть не сомневаюсь. Просто заговоры действуют в момент активации, а до этого себя никак не проявляют.

— Век живи — век учись. — покачал головой я, а Рахманова бросила на меня снисходительно-покровительственный взгляд. Мол — смотри, я знаю что-то чего не знаешь ты, мистер всезнайка. Ничего, и на нашей улице перевернётся грузовик с филактериями.

Потом мы поделились свежими новостями с Александром Сергеевичем. Он тоже встрепенулся при новости о японце, но так и не смог объяснить почему. Это наталкивало на мысль, что им обоим успели промыть мозги, но где, кто, когда и главное — зачем, совершенно непонятно. Да и следов воздействия менталиста мы с Екатериной так и не выявили.

От предложения безвозмездно помочь финансами на ремонт, Рахмановы решительно отказались. Зато от того, чтобы зомби остались на некоторое время чтобы устранить последствия собственного нападения, они возражать не стали. Поколдовав немного над подопечными, добавил им недавно разработанный блок реакций зомби-строителя. С ним они могли выполнять чуть более сложные команды чем копай траншею отсюда и до забора. В общем, отличная замена бригаде гастарбайтеров. Им даже платить не надо. Забегая наперёд, Рахманов потом попросил оставить таких замечательных помощников на постоянной основе. Ну кто я такой, чтобы отказать будущему тестю в такой малости, разумеется оставил.

Прощались мы с Катей бурно, но в рамках приличий. Благо помадой она почти не пользуется, потому что иначе я был бы весь в этой краске для губ. Натерпелась девочка, я её хорошо понимаю. Она хоть и хорохорилась перед папой, чтобы в первую очередь он сам не раскис, но оказавшись наедине со мной, она дала волю чувствам. Сперва как следует прорыдалась, а потом полезла целоваться. Может быть и до чего большего дошло бы, но она как одёрнула себя и сбавила обороты.

Провожали они меня вдвоём. Только сев в машину, я заметил, что у папы Кати заметно прибавилось седины в волосах. Посигналив им напоследок, я уехал в Жабино. Ещё на подъезде к деревне мне показалось что что-то не так. Слишком уж вокруг было пусто. Обычно в это время хоть кто-то да шатается по улице. Да хоть дети те же играют. Пусть их не так уж и много, но есть же. А тут, поселение как вымершее.