Чтение онлайн

— А если я ошибусь?

— Это будет твой выбор.

Я криво усмехнулся. Соскочил с каменного парапета моста и, надев на мокрые ноги ботинки, неспешно пошел дальше, в сторону Комерагских гор. Хотелось побродить среди вересковых пустошей в одиночестве и, может быть, найти правильный ответ. Промаявшись почти сутки в горах, я вернулся в город, невыспавшийся и голодный. Утренний туман почти разошелся, оставив после себя влажную прохладу.

На Митчелл-стрит меня окликнули:

— Руари!

Я обернулся. Ко мне направлялась Магра Даген.

— Доброе утро, Руари.

— И вам того же.

— Всё еще сердишься из-за произошедшего?

— Да тут много чего произошло, — хмуро отозвался я. — К вам… к магам не относится.

— Не против, если я угощу тебя кофе и завтраком? В «Золотой Арфе». Надо поговорить.

— О чем? — я почти сдался. На улице было промозгло. А от голоса Магры становилось как-то спокойнее, по крайней мере, если она держалась на расстоянии.

— Да так, поболтать, поделиться новостями.

— У вас есть новости, правда? — я скептически оскалился.

— Можно и так назвать.

— Что-то нашли с мистером О’Шэнноном?

— Что? А, нет, я про парней.

— Угу-угу.

Я вовсе не хотел ничего об этом слушать, но мы уже зашли в паб. В зале кроме нас никого не было. Бармен быстро приготовил нам кофе. Магра, делая мелкие глотки и время от времени облизывая с губ пенку капучино, неспешно рассказывала о «мальчиках», как они отреагировали на правду обо мне и на новости о том, что, оказывается, их семьи были со мной в сговоре, и так далее и тому подобное.

Я рассеянно слушал. Ее бархатистый голос усыплял. В итоге я стал усиленно пялиться на свою полупустую чашку, чтобы глаза не закрылись.

— Конечно, они считали тебя опасным, но, после того как О’Шэннон рассказал им о случае с пэйви…

— Что вы от меня хотите? — поинтересовался я, всем видом показывая, что тема разговора мне не нравится.

Мне, наконец, принесли завтрак. Магре хватило такта подождать, пока я поем.

— Половина из них считала тебя своим другом, Руари.

— И что? — я ковырял зубочисткой в зубах. — Не помню, чтобы я когда-либо изображал из себя безобидную комнатную собачку. Или тем более напрашивался в друзья. Переживаете за их тонкую душевную настройку? Серьезно?

— Это бы сделало наш союз только крепче. Тебе не хочется вернуть их доверие?

Мне захотелось наговорить ей гадостей.

— Конмэл!

Мы оба уставились на дверь, в которую только что зашел Фалви.

— Ты что тут делаешь?

— Плету с миссис Даген заговор против магической полиции — что, не видно? — огрызнулся я. — Что я еще, по-вашему, могу тут делать ранним утром?

Магра даже чуть покраснела, бросила на меня испепеляющий взгляд, но Фалви, привычный к подобным оборотам, смотрел на меня, хмурый и мрачный.

— Ты дома когда был последний раз?

— Вчера утром, а что?

— Пойдем поговорим. Прошу прощенья, миссис Даген.

Мы вышли на улицу. Митчелл-стрит оставалась как-то непривычно пустынна.

— Я звонил тебе, к тебе домой. И никто не отвечал.

— У меня мобильный сломался, забыли?

— Мог бы завести новый. А дома что?

— Откуда я знаю?

— Твоя мать всегда подходит к телефону, Руари.

Мне вдруг стало тревожно. И только сейчас я понял, что Фалви на взводе.

— Что-то случилось? Вы так смотрите на меня, как будто я должен знать что.

— Помнишь, я тебе говорил про своего друга в военном департаменте Министерства по делам магии? Из опытной секции сбежал оборотень.

— Кто? Откуда?! — я смотрел на Фалви как на сумасшедшего.

— Они пытались проводить опыты на самых агрессивных для использования в военных целях. Но эксперимент провалился. Это был последний оставшийся в живых из подопытных.

— Охренеть! — только и сказал я. — И вы знали об этом?

— Знал об экспериментах. Но думал, что эксперимент закрыт пять лет назад. То есть что никого не осталось.

— Только не говорите мне, что мы должны его поймать.

— Все гораздо хуже, Руари. Боюсь, что этот оборотень будет охотиться на вашу семью. На твоего отца в первую очередь.

Тут уж у меня совсем отвалилась челюсть от изумления.

— Имя Фэлана Артегала тебе ничего не говорит? — продолжил Фалви.

Я молчал, соображая. Еще бы не говорило. Когда-то он был главным оппонентом отца на всех собраниях глав семейств оборотней. А еще он был людоедом.

— Почему вы решили, что ему есть до нас дело?

— Когда его поймали, он кричал, что отомстит Маку Конмэлу, предателю, за всех, кто погиб, и за свою семью. Это сообщил сегодня мой друг, Руари. Так записано в деле Артегала.

— Вот черт…

Я прислушался к себе. Внутри снова кольнуло тревогой.

— Я оставил машину около Мэйн-Гард. Пойдем.

— Если он в нашем доме, вам там делать нечего.

— Сейчас вспоминать о ваших обычаях неуместно. Или считаешь, что сам сможешь разобраться? Они из него сделали машину смерти.

— Вы не войдете в наш дом! — непреклонно повторил я.

Фалви миг стоял, словно в сомнении. А потом вдруг поднял руку, в которой оказался какой-то баллончик, и нажал. Я взвыл, когда в лицо ударила жидкость со знакомым запахом. Из глаз покатились слезы, все дико защипало, и на несколько секунд перехватило дыхание.

— Фалви, вы кретин…

Я пытался оттереть эту мерзость, слыша, как он бежит прочь. Меня за руку поймала Магра, завела, ослепшего от непрестанно катящихся слез, обратно в паб, в туалет. Еще минуты три я плескался в раковине, промывая глаза и нос.

— Что случилось, Руари? — спросила она встревоженно.

— Потом.

И как ошпаренный выскочил из паба.

Машина Фалви была припаркована в трех домах от нашего. Его запах отчетливо висел в воздухе до самой входной двери. Я осторожно потянул ручку. Внутри все тонуло в темноте. Человек бы ничего не увидел, но для нас все пространство было погружено лишь в сумрак. Я осторожно притворил за собой дверь. В нос ударил другой, чужой запах. Чужой и знакомый.

— Ну, здравствуй, Руари! — послышался откуда-то из глубины дома голос Фэлана Артегала. — Проходи, не стесняйся. Что ж, теперь вся семья в сборе, можно начинать.