Чтение онлайн

— Точно не хочу. И ты не ответил мне на мой вопрос.

— А что я сделал? — нахмурился Иларион.

— Как ты уничтожил ударный отряд Джовидамов, что ударил нам во фланг?

— Хм… — Ларик нахмурился, всё ещё не понимая. — Ну как… Очень просто. Я просто выпустил своих демонов. Хочешь, я тебя научу?

— Выпускать своих демонов? Это как? — нахмурилась Эмика. — Боюсь, я тебя разочарую, у меня нет демонов.

Тут Ларик улыбнулся своей фирменной широкой улыбкой, глядя на которую не мог выдержать ни один человек, чтобы к ней не присоединиться.

— У всех есть демоны, Эмико! У всех! Самое главное — знать, где их искать. Вот я знаю…

Глава 13

Тайный город Аль-Маль-Шаль

Где-то в песках

Бархан сидел под палящим солнцем в самом жаркой точке этого аномального места, где жара нередко достигает сотни градусов, и размышлял.

В данный момент его распирала злость на себя за тот последний бой, в котором он проиграл.

Старый дурак… Такими словами он обзывал себя.

Бархан за последние десятилетия слишком часто упивался своей силой и безнаказанностью. Он привык, что может повелевать даже сильными мира сего. Императоры и другие правители нередко прислушивались к его советам, не желая связываться с человеком его силы. Конечно, так было не всегда. Но стоило ему несколько регионов превратить в бескрайнюю пустыню, утопив в песках, как сразу возросла его репутация и все стали прислушиваться к его пожеланиям с должной почтительностью.

Бархан всегда славился крутым нравом и особой жестокостью. И это было не просто так. Ведь всегда был действительно жестоким, и считал себя выше других. Возможно, это было влияние трудного детства, где в те времена каждый считал, что в Индире можно поиздеваться над бездомным мальчишкой персидского происхождения. Его мать была родом из Индиры, а отец чистокровный перс. Все изменилось в восемь лет, когда его Дар стал проявляться, и тогда он осознал, что песок может убивать. После чего, в своем городе Миджари, он нашел каждого, кто хоть каким-либо образом обидел его, и убил их. Это привело к новому открытию. Чем больше он убивал, тем сильнее становился, и это потрясло разум маленького Бархана, которого тогда звали совсем по другому. Но от своего прошлого имени он отказался. Ведь оно напоминало ему всю жизнь о тех унижениях, которые он перенес, и тогда он взял себе новое имя и стал Барханом. За долгие годы войны стоило лишь пустить слух, что Ведийская Индира посылает на войну Бархана, как враги сразу трубили о переговорах. Такое было не один раз, и даже не десять.

— Господин… Прошу, пожалейте нас… — вдруг раздался голос за его спиной. — Мы уже второй день не можем выйти из своих домов. Просим вас… Смилуйтесь над нами!

Бархан не знал человека, который обращался к нему. Мог только сказать, что он был из Короната, судя по внешнему виду, но давно уже отрекся от своей бывшей родины. Было у Бархана одно мерзкое увлечение. Он собирал и свозил с каждой битвы пленных и расселял их в своем городе, из которого выбраться шансов не было ни у кого. В этом самом городе, где было много правил, а законом был только Бархан. Он мог убить любого лишь по малейшему своему капризу, и все люди покорно склоняли головы, даже слова не говоря против. Ведь такие правила здесь были всегда, с самого момента его основания.

Бархан бросил на жалкого мужчину презрительный взгляд и оценил, насколько тому тяжело дался этот поход к нему. Когда-то давно он был сильным Одаренным, но теперь лишь сломленный раб. Его кожу покрывали мелкие незаживающие раны и шрамы от ожогов. А все дело в том, что Бархан контролировал это место, и когда злился и нервничал, то поднимал песчаную бурю в наказание жителям, чтобы слишком хорошо себя не чувствовали, раз у их хозяина плохое настроение. Бархан не стал ему отвечать, а лишь переместил свой взгляд на прежнее место, и продолжил смотреть вдаль. А за его спиной песок за несколько секунд не оставил даже костей от говорившего ранее мужчины.

— Хотите пощады? Жалкие рабы… — проговорил он. — Видно я был слишком милостив с вами, раз вы посмели отправить ко мне посланника.

Бархан усилил Бурю еще сильнее. Давно он не был в таком состоянии. За всю свою жизнь, когда он обрел силу, то проиграл всего шесть раз. А его жизнь была долгой… Очень и очень долгой.

В первый раз он проиграл Императору-Дракону. Была схватка с Императором, который сумел его одолеть. Но каждая из этих битв была на равных, и стороны вовремя расходились. Затем было еще четыре раза. Один с молодым Галактионовым, в котором он недооценил противника, а остальные три… От воспоминаний об остальных его тело покрыла дрожь. Тело дрожало не от злости или ярости, как могло показаться. Нет! Это был страх… Такой забытый и пугающий ужас начал выползать из глубины его души. Целых три раза он проигрывал в прошлом разным Галактионовым. Тогда он спасался только чудом, убегая оттуда, как нашкодивший котенок. Когда он узнал о том, что готовится против Галактионовых, то обрадовался, но на предложение присоединиться отказался. Страх… Он не мог пересилить его и снова выступить против этих чудовищ. Как же он радовался. Сколько смеха слышали эти пески, когда он узнал об уничтожении ненавистного Рода. И вот… тот опять восстановлен, и он снова проигрывает Галактионову.

Бархан боялся. Бархан злился, но понимал одно. Галактионов молод… Слишком молод, но уже силен. Пусть о нем могут говорить, что он не настоящий Галактионов. Но это неправда. Он вел себя так же дерзко, как и в прошлом его родственники. Бархан уже принял для себя решение. Уничтожить его и весь Род любой ценой. Пока не поздно… Пока еще можно… Он уже не тот, что раньше, и теперь сможет для этого воспользоваться любыми способами. Жаль только, что его меча больше нет, только позор… В какой-то момент мужчина поднял руки к небу и порывами песка сделал больше двух сотен тончайших порезов по всей длине своих рук. Раны медленно начинают наливаться кровью и вспыхивают красными и синими всполохами, рисуя причудливые узоры.

— Печать демона пустыни! — кричит Бархан. — Призываю вас слуги! Явитесь на мой зов!

Рядом с ним открываются два портала, из которых тут же появляются две длинные и изуродованные фигуры. Они напоминали людей лишь издалека. Раньше их тела были синими, а теперь полностью серыми, и рога у простых джиннов отсутствовали. Но у проклятых как раз были сосредоточением их силы.

— Пр-и-были… — замогильным голосом говорит один из них. — Жде-е-м твоего приказа…

Бархан усмехнулся. Не думал он, что прибегнет к такому способу. Когда-то он сумел их одолеть и поработить. Что для обычных людей было сродни подвигу. Но сегодняшние события требуют сильных и волевых решений.

— Уничтожить весь Род Галактионовых! А его сына доставить ко мне! — дал он команду. — Вот его энергетический слепок, — передал он им сферу. — Вернуть мой меч! — подумав, добавил он.

— Одна задача… Одна цель… Шесть тысяч душ оплата… — безразличным голосом прошептали проклятые джинны.

Бархан скривился.

— Плевать на меч! Уничтожить моего врага!

Джинны пропали, даже не попрощавшись, а он улыбнулся. Бархан понимает, что вряд ли они смогут убить вообще всех. Но если смогут похитить наследника Галактионова, то он будет рад. А если еще убьют женщин, то вообще замечательно. Тогда он поселит его наследника у себя в городе, и его гордость будет восстановлена. Сын Галактионова будет его личной прислугой.

На таких мыслях Бархан ещё раз улыбнулся и продолжил свою медитацию.

* * *

— Поздравляю, дорогая! — с радостным визгом бросилась Анна на шею Кате, а та стояла и не могла ничего ответить.

По щекам Кати стекали слезы, и она была шокирована, смотря то на нас, то на артефакт, который определяет беременность.

Катя была беременна, как я и говорил. В прошлой жизни я многие виды удовольствия смог ощутить на себе. Например, та приятная усталость, которая приходит после тяжелых битв, в которых ты победил. Или яблоки королевского древа Альхнкурай. Одно яблоко могло стоить, как баронство в этом мире. Их вкус был настолько волшебным, что невозможно передать словами. А про элитные марки алкоголя я вообще молчу. Хотя, должен сказать, в этом мире с ним всё похуже. У нас пили больше и без никаких последствий. А вот в этом мире алкоголь очень паршиво влияет на людей. Там люди были другими и знали магию. Легко лечилась любая зависимость от него, да и тяжело было заработать такую страшную вещь. Потому что люди были сильнее, и алкоголь их не брал и не похищал души.

Слегка я отвлекся. Мысли мои были о другом. Многое я испытал, и скажу честно, все приедается. Но вот я, можно сказать, становлюсь отцом во второй раз, и это чувство мне пока не надоедает. Радость вперемешку с легким азартом. Жаль, что мои братья Охотники не могут познать такого. А сколько счастья было в глазах у Анны. Катя вот даже не радуется, ведь до сих пор не может отойти от шока. Но её прекрасно можно понять. Она уже давно свыклась с мыслью, что матерью ей не стать. А тут вышел сюрприз.