Чтение онлайн

Где-то в Многомерной Вселенной

Мир Ристалища

Остроконечные шлемы вместе со сверкающими наконечниками копий сверкали под неярким солнцем призрачного мира. Воины Асгарда стояли хаотичной толпой, которая сильно выделялась на фоне ровных коробочек легионеров Ордена Охотников. Но это было обманчивое впечатление. Если легионеры полагались на крепкое плечо товарища и общие энергетические потоки внутри своего подразделения, то каждый из гордых викингов был смертоносной силой сам по себе.

Берсерки Асгарда шли в бой толпой, но дальше сражался здесь каждый по отдельности. Хорошо это или плохо? Ну, это решит предстоящий бой.

— Рад видеть тебя, Сигурд, — прогудел Старый Мак, подходя к предводителю воинства Асгарда.

— Предпочитаю, чтобы меня сейчас называли Ульрихом, если ты не против, почтенный Охотник, — шутливо кивнул Сигурд-Ульрих и крепко пожал протянутую руку.

— Запретный мир смог повлиять даже на бога, Сигурд… Я хотел сказать, Ульрих! — широко улыбнулся в бороду старый Мак. — Или это Сандр во всём поучаствовал?

— Не могу сказать, мой давний соратник, — пожал плечами Ульрих. — Брат говорит, что я сильно изменился.

Он кивнул на Тора, который стоял чуть в стороне и ласково, как родного ребёнка, поглаживал свой молот. Его взгляд был устремлён вперёд, где перед человеческой армией стояла сплошная стена из костей и облезшей плоти. Крупнейшая армия Костяного Скульптора впервые за последнее время согласилась дать человечеству прямой бой.

Человечество бросило вызов и Скульптор принял его. Вся масса костяных армий, что действовало в этой части Вселенной объединились, дабы уничтожить тот заслон, что человечество поставило на их пути. Очень немногочисленный, по сравнению с костяной армией, заслон.

— И это так и есть? — проследив за взглядом Ульриха, хмыкнул старый Мак. И снова вернул своё внимание к предводителю воинства Асгарда. — Ты готов, Ульрих?

— Готов, как никогда в жизни, — подтвердил тот, мрачно кивая.

— Слышал, что у вас с Лагертой будет пополнение? Поздравляю.

— Да, это тоже благодаря Сандру, — рассеянно кивнул Ульрих, всматриваясь в замершую неподалёку армию Костяного, как будто пытаясь что-то там высмотреть. — Раз уж ты возглавил армию Охотников, дело предстоит серьёзное? — как бы между прочим, уточнил Ульрих у Мака.

— Да всё, как обычно, — хмыкнул старик, пожимая плечами. — Лёгких войн не бывает. И чем сильнее наши силы, тем меньше хороших людей сегодня погибнут.

— Это верно, — сказал Ульрих, продолжая оглядывать поле боя.

Мак с лёгкой улыбкой следил за ним, а потом положил ему руку на плечо.

— Локи тоже здесь, всё верно. Но ты его пока не чувствуешь. Он получает последние инструкции перед боем от своего мерзкого господина. Но вскоре он появится, и костяшки пойдут в атаку.

— Жду с нетерпением, — Ульрих крепко сжал свой боевой топор так, что у него побелели пальцы.

— Не делай глупостей, Ульрих. Ты командир великой армии Асгарта. Тебе нельзя рисковать собой.

— Я это понимаю, Мак, — кивнул Ульрих, — но я беспокоюсь за Тора. Как только он почувствует Локи, его ничем не остановить.

— Ну, твоего брата оставь сегодня мне, — улыбнулся Мак. — Я не дам ему наделать глупостей.

— Спасибо, — облегчённо вздохнул Ульрих. — Как ты думаешь, это их все силы или нет?

Старый Мак рассмеялся.

— Да нет. Костяной Скульптор — хитрый ублюдок. И десятикратного превосходства ему явно будет недостаточно. Прямо сейчас нити Мироздания трещат от прущих сюда других его армий. Думаю, он хочет довести своё преимущество до одного к стам.

— И это у него получится? — несмотря ни на что, внутри у Ульриха похолодело.

— Это вряд ли, — рассмеялся Мак. — Мы кое-что подготовили. Но если честно — то на это мы и рассчитывали. Да и не только у Костяного сегодня ожидаются сегодня сюрпризы.

— Сюрпризы? Ты о чём? — нахмурился, посмотрев на Мака, Ульрих.

— А сейчас ты и сам увидишь, о чём я.

Старый Мак поднял голову вверх и кивнул в пустое пространство, где прямо сейчас в зеленоватом облаке образовался молодой мужчина со странной аурой, которая одновременно и радовала глаз, и в то же время натурально собиралась его выжечь.

— Здорово, старый хрен! Соскучился? — молодой мужчина быстро очутился перед ними на земле и раскинул руки для объятий.

Мак хмыкнул и принял мужчину в свои медвежьи объятия, похлопав ему по спине.

— Рад тебя видеть снова, Михаэль! Кажется, ты немного помолодел с нашей последней встречи.

— Есть такое, — с весёлой улыбкой отстранился мужчина. — Ну что, наобниматься мы ещё успеем. Я тоже тебя рад видеть, мне есть что рассказать и много чего хочется узнать. Но давайте уже к делу! Показывайте, кого здесь нужно вылечить…

— А теперь повтори, что ты сказала, — обращаюсь я к Темной. — Но не забудь оглянуться и посмотреть, где я сейчас нахожусь и чего от меня ожидают.

Тёмная снова вздохнула и даже демонстративно закатила глаза:

— Сандр, я тебе говорю, ты там нужен. Это будет эпично! — безапелляционно заявила она и топнула ножкой.

— Ты понимаешь, что я сейчас занят? — пытаюсь достучаться до ее разума, который, кажется, снова заволокло безумием, но легким.

— Сандр, пойми, ты нужен, — кстати, выглядела она смешно, как ребенок в детском магазине, который просит купить новую игрушку. — Такое нельзя пропустить… Ну, пожалуйста, мы хотим это увидеть!

Наверное уже в десятый раз она повторяла одно и то же, а я так и не знал, что ей ответить. За моей спиной буквально стояла вся Япония, которая ожидала легендарного похода. Были собраны телевизионщики, освещавшие это событие, по всему побережью Разлома установлены дополнительные силы сдерживания — на случай, если что-то пойдёт не так. Возведены оборонные сооружения, стянуты лучшие истребители страны… Хотя, честно говоря, все японские истребители сейчас находились здесь, чтобы, если вдруг я передумаю, быть готовыми отправиться вместе со мной.

Мои слова о том, что я могу закрыть подводные Разломы, глубоко тронули сердца японцев, которые долгие годы мечтали об этом. И их можно понять: твари, живущие под водой, — это не те, что живут в Иркутском Эпицентре. Тут ты не можешь точно предугадать, когда они появятся, с какой стороны нападут, сколько их будет, и какой силы. Обычно это становится понятным уже тогда, когда наступает момент, который можно назвать слишком поздно.

И вот пришёл я — красивый, молодой барон, который смог убедить Императора… Что смогу закрыть Эпицентр раз и навсегда.