Чтение онлайн

– Ну вот, видите, мы втроем просто пьем кофе и беседуем. Так что скажете – может, останетесь и поболтаете с нами о случившемся?

Камерон чуть не улыбнулась. Уилкинс, во всяком случае, казался приятным и здравомыслящим человеком. Жаль, что при назначении напарника ему достался наихудший жребий.

– Очень даже неплохо, – заметила она.

– Кофе или образ доброго копа? – ухмыльнулся собеседник.

– И то, и другое. Агент Уилкинс, если выхотите задать мне пару вопросов, буду рада помочь. – Развернувшись, Камерон проскользнула мимо Джека и направилась обратно в номер. Мужчины потопали следом. Устроившись на стуле возле стола, она скрестила ноги и в упор посмотрела на двух федеральных агентов: – Ну что ж, давайте поговорим.

* * * * *

Окажись свидетельницей кто угодно, кроме Камерон Линд, Джек, вероятно, счел бы ее замашки забавными.

Но поскольку это была именно Камерон Линд, он не веселился. По правде сказать, в сложившейся ситуации агент Паллас не находил ничего хотя бы отдаленно смешного.

Он решил уступить напарнику право играть первую скрипку при опросе. Не потому, что дамочка ясно выразила нежелание иметь дело с ним самим – плевать ему на прихоти мисс Линд – а скорее из-за того, что она (не странно, учитывая историю их отношений) гораздо лучше шла на контакт с Уилкинсом. Расследование для Джека стояло во главе угла, и он не собирался допускать, чтобы личные проблемы препятствовали делу.

Когда агенты только прибыли в гостиницу и детектив Слонски назвал имя свидетельницы из номера 1307, Джек на какую-то долю секунды подумал, что все это – розыгрыш, своего рода дружеское приветствие в честь его возвращения в Чикаго. И по-прежнему не исключал такую возможность, когда напарники поднялись на место происшествия. В конце концов, ведь тела там не оказалось – Слонски сообщил, что бригада скорой помощи, пытаясь реанимировать пострадавшую, увезла ее в больницу «Нортвестерн Мемориал».

А затем Паллас увидел видеозапись.

После просмотра Джеку стало предельно ясно, что звонок от шефа в пять часов утра с просьбой проверить, действительно ли полицейские из чикагского департамента натолкнулись на то, о чем заявляют, вовсе не часть некоей замысловатой шуточки. И в настоящий момент агенту Палласу первым делом требовалось определить, относится ли данный случай к юрисдикции ФБР.

Ключом к ответу на данный вопрос была Камерон Линд. Если верить ее рассказу, Бюро ничего не остается кроме как начать собственное расследование. Именно по этой причине, сколь бы сильно ни хотелось Джеку сплавить свидетельницу коллеге, как руководитель оперативной группы он понимал, что такой вариант не катит.

Со своего места в углу комнаты Паллас наблюдал за опрашиваемой. Выглядит измотанной – оно и не удивительно. И почему-то кажется ниже ростом, чем ему запомнилось. Вероятно, потому, что все их встречи три года тому назад происходили в рабочее время и помощница прокурора выступала на каблуках.

Да-а, он помнит Камерон Линд и ее высоченные шпильки… Если честно, Джек даже удивился, что, несмотря на прошедшее время, его воспоминания о ней оказались настолько четкими и подробными: длинные каштановые волосы, прозрачные зелено-голубые глаза и повадки, которые он когда-то – очень недолго – находил очаровательными.

С другой стороны, ничего удивительного. В конце концов, он агент ФБР, и запоминать детали – его работа.

И пожалуй, не грех признать, что Камерон Линд – как выражались другие мужики – офигительная красотка.

Тем досаднее, по мнению Палласа, было то обстоятельство, что девица оказалась полнейшей стервой.

К счастью, сегодня длинные каштановые волосы были стянуты в конский хвост, а зелено-голубые глаза из-за недосыпа потускнели. Правда, штанишки для йоги и футболка Мичиганского университета выглядели очень симпатично, но из-за вышеупомянутого переизбытка стервозности Джек их проигнорировал.

– И вот когда они разбудили меня во второй раз, – продолжала свидетельница, – я и позвонила в гостиничную службу.

– Мне бы хотелось вернуться немного назад. – От реплики Джека, притаившегося в углу комнаты, Камерон вздрогнула: он заговорил впервые с начала ее рассказа.

– Уточните, что вы услышали прежде, чем заснули. До того, как шум в соседнем номере возобновился, – велел Паллас.

Камерон замялась. Джек понимал, что ей не хочется отвечать на еговопросы – вероятно, вообще не хочется с ним разговаривать – однако теперь, когда мисс Линд уже начала давать показания, особого выбора у нее не было.

– Я услышала звук закрывающейся двери, словно кто-то вышел из комнаты.

– Вы уверены, что это была именно дверь в коридор? – переспросил Паллас.

– Да.

– Но в тот раз вы не посмотрели, выходил ли кто-то на самом деле?

– Нет, – покачала головой Камерон. – Потом у соседей стало тихо. Приблизительно на полчаса.

– Опишите звуки, которые вас разбудили.

Поскольку теперь вопросы задавал Джек, Камерон развернулась к нему лицом и с насмешливой вежливостью поинтересовалась:

– И что конкретно вам хотелось бы знать, агент Паллас?

– Я уже сказал. Мне хотелось бы знать, что конкретно вы слышали.

– Примерно то же самое, что и в первый раз, – с некоторым вызовом заявила мисс Линд.

– Неужели? – насмешливо склонил голову Джек. – Вы сказали, что в первый раз слышали, как соседи занимаются сексом.

– По-моему, шлепки по мягкому месту и вопли «Я кончаю» явственно указывали на это.

– Значит, когда вы проснулись во второй раз, то снова услышали шлепки по мягкому месту?

– Нет.

Судя по выражению лица помощницы прокурора, ей не нравилось подвергаться перекрестному допросу.

– А как насчет воплей «Я кончаю»?

– Я слышала вскрики.

– Но не объявления о скором оргазме?

– Доходчивей изложите свою мысль, агент Паллас, – сердито зыркнула Камерон.

Пододвинувшись ближе, Паллас пристально уставился на свидетельницу.

– Моя мысль, мисс Линд, состоит в том, что ваша очевидная усталость не извиняет вашей небрежности.

Глаза Камерон злобно блеснули, однако после минутной паузы она кивнула:

– Справедливо, – и перевела взгляд на стену, смежную с номером 1308. – Проснувшись позже, я услышала, что кровать стукнула об стенку даже громче, чем раньше. Но всего пару раз. Затем, как уже было сказано, я услышала вскрики.

– Мужские, женские?

– Женские. Звук был приглушенным, как будто из-под одеяла или подушки, – Камерон повернулась к собеседнику с выражением внезапного озарения и негромко спросила: – Ее задушили, да?

Джек колебался, отвечать или нет, однако было понятно, что рано или поздно все равно придется ввести мисс Линд в курс дела.