Кофе с ликёром
Шрифт:
– Знаю!
– почти зарычал арт-директор, и шторы взлетели к потолку. Бедные девушки-администраторы то бросались к окнам, то жаловались телефону, то нервно смотрели на портреты, которые мелко тряслись.
– С чего вообще тебя так вштырило?
– изумлённо спросил Егор, тоже созерцая царящий вокруг бедлам. А у меня появились смутные подозрения.
– То есть, это вина Арсения? Ну...
– я даже не могла сформулировать. В аномалии погоды и света?.. Что за чушь?!
– А кто ещё у нас внук чёрной ведьмы?
– хохотнул финансист.
– Заткнись, - припечатал Островерхов и повернулся ко мне, - Лада... Позволишь?
В голове обезьянка дубасила в тарелки, поэтому я "позволила". Мужчина мягко прижал меня к себе и уткнулся носом в волосы. У Егора отвисла челюсть. А я словно в замедленной съёмке наблюдала, как опускаются шторы, как загорается ровный свет по всему залу, и убегает яркая цепочка огней на лестницу. Как утихает ветер и успокаиваются портреты.
Егор незамысловато выдал всё нецензурное, что крутилось у меня на языке.
– Я не хотел тебя пугать, - прошептал Островерхов, игнорируя друга. Меня же пробил нервный смех. Рядом с ним даже природа сошла с ума!
Может, совпадение?..
Мозг мысленно взорвал себя и ушёл в закат. Засранец.
– Ты поговорил с управляющим?
– спросила я, отстраняясь. Он неохотно отпустил, благо, локальный катаклизм уже закончился. А мне надо было срочно перевести тему.
Островерхов кивнул:
– Я рассказал ему про комнату и тайный ход, он обещал разобраться. Если Лола не появится к утру, будем вызывать полицию, - сообщил арт-дятел и весело хмыкнул, - знаешь, такое чувство, что о потайном зале известно всем. От хозяев до уборщиц. Когда я намекнул Вацлаву про ход, первая реакция была: "Что, опять?.."
Я понимающе улыбнулась. Трудно удержать себя и пройти мимо места, в котором, возможно, творилась история. Другое дело, когда туннели использовались... не в самых высоких целях.
– Так, что за Лола, и почему я не в курсе?
– сварливо осведомился Егор. Мы уже успели забыть о нём и потому уставились, как на привидение. Но делать нечего, пришлось арт-директору объяснять:
– Лола - это подруга Лиды, она пропала. Долгая история...
– Я весь во внимании, - с ядом в голосе отозвался финансист. Кажется, поведение друга его задело.
После сквозняка в холле ощутимо похолодало. Я поёжилась. Всё-таки короткое платье - не слишком подходящий вариант для межсезонья. Отопление ещё не дали, а вечерами становилось прохладно.
Отвлёкшись, Арсений бросил на меня укоризненный взгляд:
– Просил же - переоденься. Давай мы тебя подождём?
Я только глаза закатила.
– Переживу уж. Пойдёмте, - и обхватила себя руками. Чертыхнувшись, Островерхов расстегнул свою кофту и набросил мне на плечи. Гениально. Теперь он остался в одной футболке.
Но спорить не было сил, поэтому я покорно закуталась в кофту Сенечки.
Тепло. Удобно даже. Кофта была чёрной и вполне подходила платью. Ну, за исключением того, что была на пару-тройку размеров больше. Зато приятно пахла своим хозяином.
Егор только головой качал, рассматривая нас. Но слава богу, с расспросами не приставал, и на том спасибо. Задумавшись, я вдруг поймала его ехидный прищур и едва не споткнулась.
– А можно мне тоже на "ты" и Ладу?
– с озорной улыбкой спросил Егор. Я махнула рукой. В конце концов, мы не в офисе.
Электронный подсвечник у ресторана неожиданно заискрил, а Островерхов подарил мне особо "нежный" взгляд. Я вспомнила, как он приставал ко мне с Ладой и расхохоталась.
– Беда-а-а, - потянул финансист за моей спиной. Дальнейший разговор коллег я уже не слушала - очень хотела есть.
К счастью, ужин обошёлся без казусов. Техника вела себя прилично, чего не скажешь об Островерхове. Этот наглый мужик ударил меня в самое сердце! Предложил хороший кофе и десерт... в своём номере. Мол, у него ко мне чисто деловой разговор.
Егор, как услышал про "разговор", икал ещё минут десять. Арсений смерил его укоризненным взглядом, но шутник долго не унимался. После фразочки: "Десерт вечером, а кофе в постель утром" я ласково пообещала разбудить его свежим эспрессо. Прямо в постель. Вылить.
Финансист надулся и затих, но увы - ненадолго. Соседи по столу начали бурно обсуждать недавний праздник света. Егор охотно присоединился к ним, страстно поддерживая идею с призраком. Дескать, это убитая ведьма шалила, искала своего рыцаря. Я покосилась на каменную моську "шалящей ведьмы" и тяжело вздохнула. Если Егор доживёт до утра, это можно считать чудом.
Кстати, он оказался прав - мои ножки пользовались успехом. Особо смелые даже пришли знакомиться. Мне предложили бокальчик вина в хорошей компании и незабываемую ночь. Пожалуй, после этих слов Егора можно было выносить.
Островерхов невозмутимо заявил, что девушка уже арендована, и смерил парней своим фирменным ледяным взглядом. "Перевелись на свете рыцари" - хмуро подумала я, наблюдая за бегством своих незадачливых ухажёров.
На четвёртом любителе вина Арсений сломался и позвал меня на обещанный десерт. Картинно закинула ногу на ногу и задумчиво ответила:
– Вообще-то я хотела всех посмотреть... Ради хорошего вина можно пожертвовать и кофе, а сладкое на ночь вредно.
– Я обеспечу тебе по желанию... сброс калорий, - вкрадчиво произнёс Островерхов, подавая мне руку. Я невольно покраснела. Кажется, кое-кто оборзел!
Я протянула свою ладошку в ответ и мысленно вздохнула. Ладно, в конце концов, мне обещали деловой разговор. Кофе с десертом тоже было в меню. Только почему у меня ощущение, что главный десерт - это я?..
У люкса нас уже ждал официант с тележкой. Разложив чашки и блюдца с пирожными, он пожелал хорошего вечера и исчез в полутёмном коридоре. Арсений захлопнул дверь и многозначительно посмотрел на меня.
"Живой не дамся" - мрачно решила, глядя на эту довольную морду.
– Расслабься, Лада. Я тебя не съем, - вдруг улыбнулся мужчина, приглашая меня на диван. Чашки мы перенесли на кофейный столик. Я пригубила напиток и блаженно зажмурилась. Да-а-а, кофе действительно стоил моих нервов мучений.
– Наркоманка, - хмыкнул Сенечка, забирая себе чай с лимоном. Он сел рядом, почти вплотную - но странное дело, я почти не испытывала дискомфорта.
– А что это за кофе?
– начала светскую беседу, не обращая внимания на его шпильку. Мужчина пожал плечами: