Чтение онлайн

— Конечно нет! — вспыхивает Никки и повернувшись ко мне добавляет — Не думай обо мне так.

— Как?

— Ты знаешь как. Меня это обижает.

Я усмехаюсь. Хотел бы я опять в тысячный раз сказать, что мне плевать, но не могу. Не плевать. Черт. Что со мной не так? Я даже язвить и подкалывать как раньше не могу. Внутренний барьер какой-то. Проснувшаяся совесть? Мерзкий внутренний голос? А всего-то стоило увидеть, как мою жену целует какой-то утырок и всё… Я ведь хотел развестись. А теперь? Зная, что у неё мог быть другой — тем более должен. Но мысли о разводе почему-то причиняют боль. Словно, если я это сделаю, то буду жалеть всю жизнь. Бред же.

Мы с ней смотрим друг на друга долго, даже не знаю сколько. Она настороженно, я потрясенно. Я не могу к ней подойти, хотя хочу этого как никогда раньше! Никки всегда была рядом. Я не ценил и не любил её. Она это знала. Знала на что шла, оставляя ребёнка и выходя за меня замуж. Я пытался исправится. Обещал, что перестану изменять, но… Не знаю возможно ли это. Я люблю Майю. Мне не стоило слушать родителей и жениться на Никки. Мне нужно было как-то уговорить сестренку бежать из дома. Быть вместе. Любить друг друга не смотря на то, что мы связаны кровью…

Теперь уже поздно. Уехав от меня, в Турине, коровка встретила свою любовь. Саша. Грубиян. Он останется в её сердце навсегда, даже если они не будут вместе из-за моей выходки… А я хочу быть с ней. Чтобы она меня любила, а не его… Но как заставить другого человека полюбить, если его сердце занято?

— Дан — голос Никки возвращает меня в реальность — Может не всё ещё потеряно? Ты вернёшься к нам…

— Нет — говорю быстро, прежде чем сердце предательски пропускает удар.

Хочу добавить, что теперь между нами точно всё кончено, но мне мешают её родители. Они вдвоём заходят в комнату и настороженно смотрят на нас с Никки. Не знаю, как я выгляжу со стороны, но чувствую себя паршивее некуда. Потому что, в глазах её родителей я вижу тревогу. Они боятся, что я могу навредить их дочери…

— Летти внизу — говорит синьор Рицци, кивком указывая мне на дверь.

Мне не нравится его тон, но что я могу поделать, если родители Никки после истории с Лу, меня ненавидят.

Я спускаюсь вниз и вижу свою доченьку. Она тянет ко мне свои маленькие ручки и так сладко улыбается, что я забываю обо всем, когда прижимаю её к своей груди… Раньше я не знал, какого это быть отцом. Когда родилась Летти, я был под следствием… Да и потом вёл себя не как мужчина… Не знаю, что изменилось, но сейчас, держа на руках самое ценное, что у меня есть, я счастлив. Счастлив, что Никки ослушалась меня и не сделала аборт… Маленькое чудо, что я держу у сердца, частичка моей души, доченька… Какое невероятное ощущение быть отцом этой крохи…

— Антохин — синьор Рицци останавливает меня, когда я, передав дочку Никки, собираюсь уйти.

Жена уже поднялась наверх, и мы остаёмся с ним вдвоём.

— Думаю, ты понимаешь, что сохранить семью тебе не удастся — утверждает он — Я не позволю тебе больше издеваться над моей дочерью и внучкой…

— Но я не…

— Заткнись и слушай меня — грубо перебивает, делая шаг мне навстречу — Я жалею, что дал согласие на этот брак. Я хочу исправить эту ошибку. Подарить своей дочери шанс на нормальные хорошие отношения без боли…

Я делаю судорожный вдох. Снова чувствую чёртову боль, что разрывает мне душу. Никки, Летти… Разве могу я подарить им счастье? Нет. Он прав…

— Что я должен сделать? — спрашиваю я как можно более небрежным тоном.

64. "Сколько же в них оттенков теплоты…"

Слабость к концу дня становится такой сильной, что я почти не могу ходить. Меня тошнит и шатает как пьяную… Зря я, наверное, затеяла голодовку. Хотела повлиять на отца, но добилась лишь того, что теперь меня везут неизвестно куда… Дура. В машине мне делают укол, от которого я засыпаю, а проснувшись, обнаруживаю себя в какой-то комнате…

Бросаюсь к двери, но она конечно заперта. Осматриваюсь. Кровать, шкаф, стол и стул. Лаконично, ничего не скажешь. Замечаю еще одну дверь, за которой оказывается ванная комната. Похоже, меня привезли в мою новую тюрьму. Отец сказал, что не даст мне общаться с Олегом и забрал телефон. Я закатила страшный скандал, после чего стала пленницей. Его ужасные слова о том, что он уничтожит Олега, до сих пор стоят у меня в ушах! Подумать страшно, на что он может пойти, чтобы не дать нам быть вместе…

Что я могу сделать? Запертая в каком-то доме, неизвестно где, без связи денег и документов, я бесполезна… Я не смогу сбежать, за мной следит охрана. Один всегда сидит у двери снаружи. Другие, внизу, готовые придти своему товарищу на помощь. Я пыталась сбежать. Хотела даже выпрыгнуть в окно, но не решилась рисковать жизнью малыша… Моя свобода не стоит его благополучия. Я должна сохранить ребенка, даже ценой собственной жизни… Его подарил мне Олег. И если мы никогда с ним не увидимся, то наш сын или дочь, будет единственным напоминанием мне о нем…

Слабость возвращается и я ложусь в кровать, ощущая как быстро моё тело покидают силы. Обещаю себе поесть, ведь голодовка ни к чему не привела, только истощила меня. А есть уже даже не хочется…

Не могу открыть глаза. Когда слышу движение в комнате, притворяюсь спящей, представляя, что делают эти люди. Их двое. Один находится где-то возле двери, а другой совсем рядом со мной. Тот, что рядом, кажется мне знакомым. Его движения, его запах… Я наверное сошла с ума, но если бы я не знала, что Олег в России, подумала бы, что это он. Лёгкое касание моей руки, лица… Что происходит?

— Тесса — слышу его голос и сразу же открываю глаза, встречаясь с тёплой синевой его глаз.

Олег…

В комнате резко становится душно, а я забываю как дышать. Олег. Он здесь! Он рядом! Совершаю быстрое движение, хочу обнять его, но в глазах вдруг темнеет и я вновь проваливаюсь в темноту, не успев ничего сделать…

Прихожу в себя уже в клинике. Олега рядом нет. Скорее всего, мне он привиделся… С грустью смотрю на обстановку, чувствуя, что проведу здесь очень много времени. Не хочу. Не хочу оставаться вдали от него! В глазах начинают собираться слезы, а в горле появляется противный ком, мешающий полноценно дышать. Блин. Ну почему всё так? Почему отец не понимает, что Олег никогда не причинит мне зла? И только с ним я могу быть счастлива! Неужели это так сложно забыть о том, что сделал его отец и дать нам быть вместе?! Не лишать меня мужа, а моего ребёнка отца… Зачем нужно всё это? Я ведь все равно сбегу! Если будет надо поеду в Россию и попробую остаться там… Да, будет сложно, но меня не пугают сложности. Язык я уже немного знаю, на практике выучу его быстрее… Лишь бы быть рядом с Олегом. Я готова поехать куда угодно, даже в Австралию или Африку. Вообще, все равно, куда… Рядом с ним любая страна станет для меня домом.

В палату заходит отец. Я демонстративно отворачиваюсь. Не хочу его видеть. Он присаживается рядом и вздыхает. Какое-то время молчим, но потом я все же нахожу в себе силы посмотреть ему в глаза. И вижу в них просто огромное раскаяние и сожаление…

— Тесса — начинает он и на моем имени сразу же сбивается — Дочка, прости меня…

Я, не поверив своим ушам, пытаюсь немного привстать, но сил для этого у меня не хватает.

— Я очень виноват перед тобой и… Олегом — продолжает он дрожащим голосом — Я чуть не потерял тебя… Если бы Олег не вызвал скорую, врачи сказали…