Чтение онлайн

На тротуаре рядом возникла тень, и я инстинктивно напряглась. Сначала испугалась, что это мои недавние собеседники решили вернуться, но мой взгляд упал на знакомый черный платок на запястье. Феликс был в тонкой белой футболке, в которой выступал, и, казалось, мелкий дождь был ему нипочем.

– Ты в порядке? – его голос был встревоженным.

Я в недоумении посмотрела на него.

– Да, почему ты спрашиваешь?

– Случайно увидел, как в коридоре рядом с тобой ошивались два странных типа. Испугался, что пристают. Что они тебе сказали?

Внутри, несмотря на холодную морось, разлилось тепло.

– Предлагали сняться в рекламе, – усмехнулась я.

Феликс нахмурился, и между его бровей пролегла глубокая морщинка.

– Смею надеяться, что ты отклонила это заманчивое предложение? – напряженно поинтересовался он.

Я смерила его оскорбленным взглядом.

– Я что, похожа на дурочку?

Он будто бы смутился, но, когда заговорил снова, в его голосе сквозило облегчение:

– Нет, ты не похожа на дурочку.

Не знаю, о чем он думал в этот момент, но могу точно сказать, о чем думала я: вот бы такси еще вечность не приезжало!

– Похоже, это за тобой, – Феликс кивнул на машину, которая припарковалась неподалеку.

Я нехотя оторвала от него взгляд и уставилась на подъехавший автомобиль: желтая мазда 3, номер – 979. Желание, увы, оказалось несбыточным.

Феликс проводил меня до машины и открыл передо мной заднюю дверцу.

– Напиши, когда доедешь – я буду волноваться, – он протянул крупную купюру водителю.

Прежде чем я успела возмутиться, он подмигнул и наклонился так близко, что я уловила запах его парфюма: что-то свежее и хвойное. Я затаила дыхание.

– Мой номер у тебя есть.

Он закрыл дверь, и такси аккуратно тронулось с места. Когда я обернулась, Феликс все еще стоял у входа в клуб. Его лица уже не было видно, но футболка сияла белым пятном в ночной темноте и не исчезала, пока мы не свернули за угол.

Я откинулась на сиденье и прикрыла глаза. Внутри бушевали смешанные чувства.

– Включить печку? Замерзли? – заботливо спросил водитель.

– Нет, все нормально, спасибо.

Я боялась, что этот дядечка окажется таким же болтливым, как тот водитель, который забирал нас с Милкой из аэропорта, но, к счастью, на этом его вопросы закончились. Он увеличил звук Авторадио, и салон машины заполнили звуки какой-то попсовой модной песенки.

В квартире меня встретил Уголек. Черный пушистый комочек тут же кинулся мне под ноги, заставив ухватиться рукой за косяк двери.

– Похоже, я выбрала для тебя неправильное время. Надо было назвать тебя Ураганом, а не Угольком.

Ураган-Уголек лаконично мякнул.

Налив ему молока, я быстро написала сообщение Милке, чтобы узнать о состоянии Андрея Вениаминовича. Подруга обрадовала, что худшее позади. Сейчас ее отца перевели в обычную палату и дали снотворное. Я облегченно выдохнула. Почесав пузо Уголька, который, вылакав все содержимое миски, расположился на моих коленях, я открыла окно с одним единственным сообщением от неизвестного номера.

«Следующая песня для тебя».

Пальцы медленно набрали текст и замерли над клавиатурой.

«Я дома».

В памяти отчетливо всплыл недовольный взгляд блондинки, ее рука на локте Феликса и его абсолютно невозмутимое выражение лица при этом. Секунду поколебавшись, я стерла сообщение и решительно заблокировала телефон. Уголек соскочил с моих колен и начал выписывать хаотичные круги у моих ног, снова замяукав. Я взяла его на руки и потерлась щекой о его пушистую шерстку.

– Пойдем спать, дружок.

Тяжелые шторы благородного зеленого цвета, как платье у Скарлетт О’Хара, перекрыли падающий в комнату через окно лунный свет. Я укрылась мягким одеялом и почувствовала рядом с бедром мурчащий вибрирующий комочек.

– Завтра будет новый день, – шепнула я в темноту и с удовлетворением закрыла глаза.

7.

Бойтесь своих желаний. Так говорил кто-то мудрый.

Вселенная услышала мои мысли, когда я думала о том, как было бы прекрасно просто стоять рядом с Феликсом и говорить, говорить. Как было бы здорово отбросить все страхи и предрассудки и довериться чувствам. Плохо, что она не учла мое последующее желание все забыть и вернуться к прошлой жизни – без глупых метаний и вздрагиваний от мимолетных прикосновений, зато с привычными встречами в «Кубе» после работы с Милкой и разговорами ни о чем с Пашкой.

Феликс ухмыльнулся так, как умеет только он один, и я нервно фыркнула. Со стороны казалось, будто я недовольна тем, что вынуждена находиться рядом с ним, но на самом деле я злилась на себя. И что это еще за новости? «Как умеет только он один». Будто я знаю, что он умеет, а что – нет.

Возможно, причина моего взвинченного состояния крылась не только в присутствии Феликса, но и в чьем-то еще.

– Хватит, Герда!

Мне нравился голос Феликса. Еще больше нравилось, когда в его голосе звучало недовольство. Еще больше – когда оно было направлено на Герду.

Так звали ту симпатичную блондинку, которая, по-моему, считает Феликса своей собственностью. Не то чтобы меня это сильно волновало. Просто со стороны это смотрится смешно. Ладно, кого я пытаюсь обмануть? Меня это дико злило.

Герда убрала руки с головы Феликса. Взъерошенные вихры на его макушке, стоит признать, выглядели невероятно мило, но этот парень явно не в восторге, когда кто-то трогает его волосы.

– Вредина, – буркнула Герда, но все ее прекрасно слышали. Это короткое «вредина» скрывало в себе намного больше: «ты, конечно, вредина, но моя вредина!»

Наверное, я слишком внимательно наблюдала за этими двумя, потому что Пашка довольно громко кашлянул, и я тут же повернулась к нему. Он наклонился поближе и шепнул мне на ухо:

– Ты выглядишь так, будто: а) сейчас набросишься на него и убьешь; б) сейчас набросишься на него и зацелуешь до смерти. Я больше склоняюсь ко второму варианту.

Я сердито хлопнула его по плечу, но вместе с этим, естественно, тут же покраснела.

– Найдите себе комнату, – Милка ухмыльнулась, и я наградила ее испепеляющим взглядом.