Чтение онлайн

— Надо будет потом музыку подобрать для стрипа, — озвучила я свои мысли, валяясь на мягком ковре. — Как думаешь, Рюк, «You Can Leave Your Hat On» — это не слишком банально?

— Хррень!

— Эй, ты где таких слов понабрался? — ошарашено воскликнула я в спину вальяжно удаляющейся птицы.

Натянув леггинсы и широкую футболку, я последовала за Рюком на ежедневный ритуал кормления демонов. Жако благосклонно принял мой дар в виде салатика из яблока и морковки, выбирая из него исключительно фруктовые дольки. Люцик, как ни странно, решил пропустить ранний ужин, заныкавшись где-то в гостиной. Что ж, этот троглодит своего не упустит — скоро прибежит, сожрет все до последней крошки и еще добавки попросит.

Неожиданно вспомнила, что платье, которое я собиралась завтра надеть, уже неделю валяется в куче с другими постиранными вещами. Достав из закромов гладильную установку, принялась за работу, фоном включив себе на телефоне передачу про тасманских дьяволов. Закадровый голос так увлекательно рассказывал про спаривание этих агрессивных тварей, что я заслушалась и чуть не прожгла любимые брюки.

Вернувшись на кухню, начистила полкастрюльки картошки, решив полакомиться воздушным пюре с парой сосисок. Следом соорудила что-то наподобие греческого салата — без сыра и красного лука, зато с ароматной заправкой. И, нахлобучив на лицо корейскую питательную маску немного пугающего черного цвета, уселась на подоконнике с последней на сегодня чашечкой кофе в ожидании, когда подоспеет мой ужин.

— Прростудишься! — заявил Рюк, изображая моего третьего супруга, которому никогда не нравились посиделки у окна.

— Хвост вырву, — бросила я, лениво листая АлиЭкспресс в поисках приятных мелочей для дома вроде подставок под горячее и новогодних гирлянд.

— Понял, не дуррак!

Я любовалась красивыми рождественскими венками и миниатюрными северными оленями, когда раздался звонок в дверь. Прежде чем открыть, посмотрела в глазок и недовольно скривилась: стоило только начать радоваться вечеру, как о себе решил напомнить сварливый сосед. Что опять? Рюк слишком громко ест яблоко? Или запах моего кофе мешает смотреть телевизор? Вздохнув, я щелкнула замком и, распахнув дверь, выжидательно уставилась на Сергея, стараясь держать лицо.

С лицом, правда, вышла промашка. Мужчина, когда увидел меня, изумленно застыл, видимо забыв, на что именно пришел жаловаться в этот раз. Взгляд Сергея пробежался по моей фигуре сверху вниз, затем поднялся тем же маршрутом и остановился где-то в районе переносицы. Кадык нервно дернулся, и я наконец вспомнила о чудесной маске, до сих пор украшающей мое лицо.

— Вы что-то хотели? — вежливо поинтересовалась я, медленно сдирая с кожи черную пленку.

Сергей, впечатленный видом маски, повешенной мною на крючок для одежды, еще раз гулко сглотнул и впервые за время нашего знакомства замялся с ответом. Тут я осознала, что мы не одни и за спиной соседа топчется молодой человек с коробкой в руках.

— Понимаете, Мара… — отмер наконец мой визитер. — Я бы не стал вас беспокоить, но в других квартирах не открывают, а курьер просит расплатиться наличными. Которых у меня нет.

Я стояла в дверях, изображая сочувствующего слушателя, и исподтишка любовалась широкими плечами Сергея, которые обтягивала домашняя футболка с изображением Бендера из «Футурамы» и надписью «Kill all humans». Поразительное сходство мировоззрений.

— Вы не могли бы дать взаймы? — скрежетнув зубами, выдавил из себя сосед. — Я вам сразу переведу.

— Конечно, Сергей. — Я улыбнулась, точно поймав момент, когда угрюмость в глазах мужчины сменилась едва сдерживаемым раздражением. — Сколько нужно?

— Одиннадцать шестьсот.

Рука, потянувшаяся за сумкой, замерла на полпути. Окинув соседа задумчивым взглядом, решила все же не бросать человека в беде, каким бы засранцем он ни был, и прошествовала в гостиную. Там, открыв вольер Рюка, я приподняла пластиковую ванночку для купания и залезла в тайник.

— Кто прришел? — поинтересовался попугай, вспорхнувший на крышу своего жилища, и подозрительно покосился на Сергея, которому, как выяснилось, не требовалось хозяйского приглашения, чтобы зайти в чужую квартиру.

— Грабители, Рюк, — мрачно пошутила я, отсчитывая двенадцать хрустящих купюр.

— Заррраза!

Брови соседа взметнулись, и я с внутренним злорадством сказала, протягивая нужную сумму:

— Не обращайте внимания. Рюк недавно выучил новое слово и теперь произносит его при любом выпавшем случае. Иногда весьма к месту.

— Я так и подумал.

Покосившись на вольер Рюка, не блиставший чистотой, Сергей взял деньги, брезгливо принюхиваясь к бумажкам.

— Берите-берите, деньги не пахнут, — подбодрила я соседа, заслужив очередной нечитаемый взгляд.

— Мне ли не знать?

Бросив странную фразу, Сергей уткнулся в свой ультратонкий черный смартфон, немного пошаманил, и мой браслет вжикнул, оповещая о том, что нужная сумма упала на карту.

— Спасибо, Мара! Есть все же в вас что-то человеческое.

— Совсем немного, — призналась я, трезво оценивая степень своей гуманности. — Будем считать, что я вернула вам долг за яйца.

БЕСЕДА ДЕСЯТАЯ, ПИКАНТНАЯ

— По-здра-вля-ем! По-здра-вля-ем! — проскандировали выстроенные полукругом младшеклассники, стоило мне войти в двери школы.

Ступив на красную ковровую дорожку, чуть поеденную по краям молью, я застыла, оглушенная слаженными выкриками. Моим замешательством не преминули воспользоваться: Лиза Самойлова, подгоняемая педагогом-организатором, тут же подскочила ко мне и впихнула в руки алый бумажный тюльпанчик.

— С праздником, Тамара Михайловна!

— Спасибо, Лизонька, — ответила я с милой улыбкой и добавила, руководствуясь природной вредностью: — Напомни, пожалуйста, маме, что она обещала ко мне зайти.

Девочка, видимо постеснявшись спросить, какую из двух мам я имею в виду, коротко кивнула и быстро вернулась в строй, чтобы в следующую секунду встречать очередного учителя.

— Проходите, Тамара Михайловна, проходите! — поторопила меня плещущая энергией Ирочка — вечный двигатель нашей школы и главный генератор идей. — У нас тут еще восемь тюльпанов недодаренных!

Не мешая педагогу-организатору контролировать процесс создания праздничной атмосферы, я отошла в сторону, чтобы взять у охранника ключ от кабинета и расписаться в журнале учета.

— С Днем учителя вас! — присоединился к поздравлениям сидящий на страже порядка сухонький Владимир Викторович, протягивая ключик с голубой биркой. — Что-то вы сегодня раненько!

— Работы много, — призналась я. — Анна Львовна просила…

Не успела я договорить, как дверь распахнулась, явив перед всеми Игоря Аркадьевича собственной персоной, и мой ответ потонул в новой волне оглушительных криков:

— По-здра-вля-ем! По-здра-вля-ем!

— Тамара Михайловна! — завидев меня, воскликнул Игорь, но попал в окружение детей, натиск которых позволил мне быстро ретироваться.

Мне правда надо было многое успеть, и тратить время на пустые разговоры с прилипчивым историком совсем не хотелось. Особенно после того, как он сдал мое обожаемое кафе, когда-то бывшее уголком тишины и покоя, на растерзание школьным мегерам.