Когда цветет папоротник
Шрифт:
– Ты не пришла на занятие, я беспокоился.
– Мог бы постучать!
– Мог бы, – неожиданно согласился он. – Что с тобой, Альмира?
Пытаясь успокоиться, я вытерла глаза и откинула на спину растрепавшиеся волосы.
Тиэр с напряжённым вниманием следил за моими нервными движениями.
– Да ничего страшного, просто на меня накинулась твоя бывшая ученица, уж не знаю, как её зовут – представиться она не потрудилась. И наговорила мне кучу гадостей.
– Зильда! Она за это ответит. Что она тебе сказала? – нахмурив брови, сквозь зубы процедил мой наставник.
Я удивлённо вскинула на него глаза.
– Ответит? Ты шутишь? За что ей отвечать? Простое выяснение отношений.
– Из-за простого выяснения отношений ты закрылась в своей комнате, не пришла на занятие и проплакала всё утро? Что она тебе наговорила?
– Да ничего особенного. Она просто обиделась, что ты больше не будешь её учить.
– Альмира! Что. Она. Тебе. Сказала. Или ты рассказываешь мне или я без выяснения обстоятельств выгоняю её из Лиршэнтага.
Поражённая до глубины души его словами, я пробормотала:
– Тиэр, пожалуйста, успокойся. Поверь…
Он развернулся и пошёл к двери. Метнувшись за наставником, я вцепилась в его рукав.
– Куда ты? Что ты собираешься делать?
– Я тебе уже ответил.
– Подожди! Я всё расскажу!
И я рассказала. Во всех подробностях, ничего не скрывая. Тиэр пришёл в ярость.
– Пойдём!
– Куда?
– К Зильде. Она сейчас должна быть на общем уроке. Она прилюдно оскорбила тебя, теперь пусть прилюдно извинится.
– Тиэр, пожалуйста, не надо! Это ничего не исправит, а только подольёт масла в огонь.
– Никакого масла! Это её последний день в Лиршэнтаге. Пусть отправляется доучиваться в какую-нибудь заштатную магическую школу.
– Ты выгонишь её за такую ничтожную провинность?! Это жестоко! Она, между прочим, влюблена в тебя.
Он поморщился.
– Знаю. По-твоему, это служит ей оправданием?
– Это будет для неё ужасным горем.
– Альмира! Она тебя ненавидит, а ты её ещё и защищаешь?! Прекрати это. Да, Зильда влюблена в меня, и я нахожу это отвратительным! Я бы давно уже отказался её учить, но у неё огромный магический потенциал.
– Почему ты считаешь её влюблённость отвратительной? – ошарашенно спросила я. – Это вполне естественное чувство. Что тут такого?
– Девушки в большинстве своём глупы. Они влюбляются в привлекательную наружность, не потрудившись узнать, что за ней скрывается. Наделяют предмет своих грёз всеми мыслимыми и немыслимыми достоинствами, и в упор не видят, что герой их сказки на самом деле является персонажем отрицательным.
Он проговорил всё это с презрением и горечью, не глядя на меня.
– Тиэр, но ты же вовсе не отрицательный персонаж, как ты сейчас выразился…
– Правда? А откуда тебе это известно? Мы знакомы всего две недели. Неужели успела так хорошо меня узнать? – недобро усмехаясь, поинтересовался он. – Только, прошу, не разочаровывай меня. Неужели ты тоже судишь о человеке исключительно по его наружности?
Совершенно сбитая с толку его словами, я молчала и растерянно смотрела на него. Собравшись с мыслями, я возразила:
– Но ты был добр со мной всё это время. И сейчас ты собираешься наказать Зильду за её грубое обращение со мной…
– А с чего ты взяла, что я добр к тебе, и хочу наказать Зильду ради тебя? – холодно спросил он.
Я непонимающе смотрела на его красивое и такое замкнутое и отстранённое сейчас лицо.
– Я принял решение взять тебя в ученицы, потому что у тебя сильнейший дар лиршэн, мне интересно раскрывать его. Идём дальше.
Я твой наставник. Грубо обращаясь с тобой и высказываясь против моего решения, Зильда подрывает мой авторитет и оскорбляет МЕНЯ в твоём лице. За это она и поплатится.
Я во все глаза смотрела на него, не зная, что ответить.
– Так ты категорически не хочешь, чтобы Зильда прилюдно извинилась перед тобой?
– Она же оскорбила ТЕБЯ, вот пусть перед ТОБОЙ и извиняется.
Отвернувшись от него, я подошла к окну. Прошло несколько мгновений томительной тишины. Не выдержав, я повернулась. Тиэра в комнате не было.
Я без сил опустилась на кровать – ноги подкашивались. Легла, бездумно уставившись в потолок. Думать не хотелось. Думать было больно. Тиэр, поначалу вознёсший меня своим приходом до небес – было безумно приятно, что он беспокоился, затем равнодушно швырнул меня обратно на землю. И приземлилась я на острые камни.
Вот уж действительно – всё не то, чем кажется! Нет, не буду думать, слишком больно!
Вскочив с кровати, я заметалась по комнате, не зная, чем себя занять.
К счастью, подходило время обеда. И хоть мне неловко было идти в столовую после утренней сцены, это было лучше, чем бегать по комнате от своих мыслей.
Стараясь не думать, что обычно я обедаю с Тиэром в саду, я пошла в столовую.
Собравшись с духом, толкнула дверь и вошла. Сидящие за столами немногочисленные ученики, разом посмотрели на открывшуюся дверь, но, увидев меня, испуганно отвели взгляд. Это ещё что такое?
К моему огромному облегчению, Зильды здесь не было.
Набрав себе еды на поднос, я отправилась к своему столику. Там уже сидела Виланья.
– Альми! – воскликнула она. – Как неожиданно тебя здесь увидеть днём! Ты уже знаешь новость?
– Какую?
– Зильду выгнали из Лиршэнтага!
– Как выгнали? – спросила я, откашлявшись – в горле внезапно пересохло.
– На уроке по истории магии к нам зашёл лит Тиэр. Он сказал, что все мы утром стали свидетелями прискорбного инцидента – оскорбления Зильдой Фор его личной ученицы Альмиры Раэлан. Ввиду чего он был вынужден принять меры – Зильда Фор исключается из магической школы Лиршэнтага и должна сегодня же покинуть его! Представляешь?! Но ты наверняка уже в курсе, – спохватилась она. – Лит Тиэр тебе рассказал?
– Нет, – глухо произнесла я. – Лита Тиэра я ещё не видела.
Я отодвинула тарелку – есть расхотелось окончательно. Попрощалась с Виланьей, и ноги сами понесли меня в сад Несбывшихся Грёз.
Там было пусто. Я забралась в укромное местечко среди переплетённых корней у подножия старого дуба. Удобно устроившись, я прислонилась головой к стволу и засмотрелась на тёмные неподвижные воды озера.
Там, спустя некоторое время, меня и обнаружил Тиэр.
– Вот ты где! – над ухом внезапно раздался голос наставника, и я подскочила от неожиданности.