Чтение онлайн

Корпоративные налетчики самоуверенно заявляют, что они играют важную роль в деле искоренения неэффективности в экономике и восстановления конкурентоспособности Соединенных Штатов в мировом масштабе. Подушная пресса услужливо тиражирует эти заявления, почти не ставя их под сомнение. «Если следовать логике воротил рейгановской эпохи, — пишет финансовый обозреватель Джонатан Гринберг, — то получается, что американскую экономику подрывает не что иное, как уровень жизни среднего класса».

Далее Гринберг продолжает: «Подлинной целью слияния компаний является совсем не повышение экономической конкурентоспособности страны. На самом деле нас просто грабят».

Сторонники доктрины корпоративного либертарианства постоянно говорят, что стоящие перед мировым сообществом глобальные проблемы можно решить только при условии применения в управлении методов разумного использования ресурсов окружающей среды. Однако в ситуации, когда финансовые рынки требуют максимальной сиюминутной отдачи, а корпоративные налетчики подвергают критике любую компанию, не перекладывающую на плечи других свои затраты, решать проблему, призывая менеджеров к чувству социальной сознательности, не представляется возможным. Надо отметить, что существует громадное число менеджеров с развитым чувством социальной ответственности. Корень зла заключается в грабительской системе, метающей им выжить. Все это ставит перед трудной дилеммой менеджеров, прекрасно осознающих роль корпораций в обществе. Они должны или смириться с системой, или они рискуют быть ею отторгнуты.

В качестве примера можно привести компанию «Страйд райт», занимающуюся производством обуви . Помимо щедрых взносов на благотворительные цели, эта компания стала известной благодаря своей политике размещения производств в районах с большим уровнем безработицы — в городских гетто и поселках. Компания ставила перед собой цель вернуть их к жизни, а также обеспечить этнические меньшинства гарантированной, хорошо оплачиваемой работой. Такой политики придерживался Арнольд Хайатт, главный исполнительный директор компании, считавший, что может и должен дать обществу нечто большее, чем просто прибыль держателям акций. Находясь на своем высоком посту, Хайатт смог направлять совет директоров именно по такому пути вплоть до 1984 года.

А в 1984 году снижение доходов на 68%, первое за 13 лет, убедило директоров, что спасти фирму может лишь перевод производства за границу. Помимо всего, они опасались, что, если эти меры не будут приняты, компания станет мишенью для налетчиков. Хайатт, как мог, боролся с принятием этого решения, но в конце концов был вынужден уйти в отставку. По словам Майлса Слосберга, директора и бывшего вице-президента компании «Страйд райт», поиски дешевой рабочей силы стали с этого времени для компании чем-то вроде поисков чаши Грааля.

Опыт компании «Страйд райт» иллюстрирует собой грабительский характер всей глобальной экономической системы. Путем уменьшения своего налогового бремени и передачи рабочих мест хорошо оплачиваемых работников низкооплачиваемым руководство фирмы участвует в широкомасштабной кампании по перераспределению богатства в ущерб людям со скромными доходами и в пользу держателей акций, перемещению средств от тех, кто производит блага своим трудом, к тем, кто лишь участвует в перераспределении сверхдоходов. Тем не менее за подобные действия руководство «Страйд райт» винить нельзя.

Если бы Хайатт, оставаясь генеральным директором компании, настоял на своем, убедил руководство в необходимости продолжать прежнюю политику и отказаться от идеи перевода производства за границу, го какая -нибудь группа заинтересованных инвестиционных банкиров почти наверняка заметила бы это «нарушение доверенной ответственности» по отношению к держателям акций фирмы. Они бы осуществили насильственное слияние компании, избавились от социально ответственного руководства «Страйд райт», перевели производство за границу еше более жесткими методами, с тяжелыми последствиями для работников компании и для общества.

Некоторые инвестиционные фонды специализируются на приобретении и продаже компаний в отраслях, требующих значительных трудовых ресурсов, которые до сих пор сопротивлялись переводу в бедные страны. Так, фонд «АмериМекс Макиладора», группа инвесторов из США и Мексики, первоначально поддерживаемых крупнейшим в Мексике национальным банком развития «Нафинса», был создан специально для «охоты» за американскими компаниями, не желающими переводить производство за границу. Вот выдержки из рекламного проспекта фонда:

Фонд приобретет известные американские компании с тем, чтобы воспользоваться преимуществом дешевой рабочей силы Мексики и полностью или частично перевести туда производства этих компаний. Фонд предполагает, что в течение 6-18 месяцев со дня приобретения компании обозначенная часть мощностей компании будет переведена в Мексику для уменьшения затрат на оплату труда.

По нашим расчетам, компании, чьи затраты на оплату труда в Соединенных Штатах составляют —10 долл. в час при полной загрузке, могут снизить эти затраты на мексиканском предприятии до 1,15-1,50 долл. в час. Хотя ситуация может меняты по нашим оценкам, эта экономия может составить в год до 10 000-17 000 долл. на каждого работника. Ожидается, что большая часть затрат окупится в течение 3—8 лет .

Возможная прибыль от перепродажи таких компаний весьма значительна. Экономия в 17 000 долл. на каждом сотруднике, умноженная на 1000 перемещенных в Мексику рабочих мест, составляет повышение ежегодных доходов на 17 млн. долл. Учитывая тот факт, что имущество компании обычно продается по цене десятикратной годовой прибыли, это увеличивает рыночную стоимость имущества компании на сумму в 170 млн. дол. . Понятно, что лица, участвующие в подобного рода сделках, осуществляют их не ради предоставления стабильной, хорошо оплачиваемой работы нуждающимся мексиканским рабочим.

Таким образом, жульническая финансовая система энергично уничтожает производительный корпоративный сектор. Во имя экономической эффективности она еще больше осложняет ответственное управление. Те, кто призывают корпоративных менеджеров к большей социальной ответственности, упускают этот крайне важный момент. Корпоративные менеджеры живут и работают в системе, которая буквально паразитирует на чувствах тех, кто сохраняет социальную ответственность. Эта система преобразуется в некую двууровневую структуру, создающую все более поляризованный мир. На одном полюсе находятся привилегированные слои, поставившие себя над рыночными силами, на другом — те, кто принесен в жертву на алтарь глобальной конкуренции.