Чтение онлайн

Снижается доля рабочих мест с полным рабочим днем, обеспечивающих прожиточный минимум. Статистическое бюро США сообщает, что 18% рабочих США с полным рабочим днем в 1992 году получали зарплату, недостаточную для содержания семьи из 4 человек на уровне выше официальной границы бедности, 13 091 долл., в то время как в 1979 году таких рабочих было только 12%. Заработок 47% рабочих с полным рабочим днем в возрастной группе 18—24 года, согласно информации Бюро, был ниже уровня бедности; в 1979 году их было 23%.

Статистическое бюро, обычно занижающее свои данные, называет этот стремительный и драматический сдвиг «поразительным» . По мнению некоторых экспертов, данные статистики сильно преуменьшают количество американских рабочих, живущих за чертой бедности, так как сейчас для обеспечения нужд семьи из 4 человек требуется доход не менее 20 000 долларов .

Даже положение работников интеллигентных профессий, составляющих средний класс, за 1990-е годы заметно ухудшилось. Журнал «Бизнес уик» пишет: «Если предшествующее десятилетие характеризовалось появлением «яппи», молодых людей, работающих по профессии и выделяющихся своим материальным достатком, то 1990-е годы могут стать временем «дампи», профессионалов, опускающихся по социальной лестнице» . По сообщению Министерства труда США, 20% выпускников американских университетов 1984-1990 годов получили работу, на которой они были «недоиспользованы», и по прогнозам 30% выпускников 1994-2005 годов пополнят ряды безработных или недостаточно загруженных работой . Феномен коридорного в отеле со степенью бакалавра превратился в обычное явление. «Тайм» недавно отметил светлое пятно на горизонте — рост потребности в тюремных охранниках .

Даже семья, где двое взрослых принадлежат к «белым воротничкам», и выполняют типичную для среднего класса работу, теперь вынуждена бороться завыживание. В качестве примера можно привести Пола и Джейн Ламберт, работающих полный рабочий день. Она — менеджер офиса, он — диспетчер по приему заказов фирмы «Сиарз» по телефону. Их общий доход не позволяет им покупать новую одежду, оплачивать медицинскую страховку, услуги дантиста, не говоря уж о кино, ремонте автомобиля и ресторане. Их семья может питаться регулярно только благодаря финансовой помощи родителей Джейн .

Крейг Миллер раньше был членом профсоюза и работал в листопрокатном цехе «ТВА». Зарплата 15,65 долл. в час обеспечивала его семье годовой доход свыше 36 000 долл. Имея два автомобиля в гараже и качели во дворе, они могли служить примером респектабельной семьи среднего класса, олицетворением американской мечты. В 1992 году Миллер был уволен. Теперь он выполняет срочные заказы на гамбургеры в «Макдональдс», водит школьный автобус и открыл малое предприятие по замене печных фильтров. По еле работы на школьном автобусе он приходит домой в 5 часов вечера. Наскоро пообедав с мужем, его жена уходит на работу в фирме «Тойз ар ас», где она с 6 до 12 часов заполняет полки, а ее муж в это время остается дома с детьми. Кроме того, один день в неделю она работает в той же фирме «Макдональдс», в которой работает ее муж. Их общий доход приближается к 18 000 долл. и их будущее тревожно. Один из друзей Миллера, также уволенный из «ТВА», не смог найти работу с оплатой более 6 долл. в час и в возрасте 39 лет вернулся к родителям, оставив надежду жениться и иметь детей. Другой их бывший коллега работает дворником. Распадаются браки. Процветает алкоголизм. Профсоюзные руководители не исключают того, что примерно 10 из нескольких сотен уволенных работников «ТВА» покончили с собой . Истории такого рода напоминают период Великой депрессии. Однако они — порождение той реальности, которая по общепринятым показателям считается режимом устойчивой экономики.

В экономике, оценивающей деятельность с точки зрения получения дохода, люди превращаются в главную причину неэффективности, и она мстительно выбрасывает их на свалку. Когда миром управляют деньги, предпочтение финансовых соображений интересам людей выглядит неизбежным. То, что мы сейчас переживаем, точнее всего можно определить как процесс подчинения всей нашей жизни деньгам. Непротивление этому абсурдному перекосу во взглядах и целях людей выглядит по меньшей мере как случай коллективного самоубийственного сумасшествия. Однако это не такое уж новое явление. Мы можем понять его сущность и вероятные последствия, обратившись к более традиционному опыту колонизации.

Те из нас, кто вырос в обществе, в котором наличие денег — это вопрос выживания воспринимают такую зависимость как естественную составляющую жизни. Чтобы понять, насколько такое положение противоестественно, необходимо мысленно вернуться к прежним общественным структурам, в которых взаимоотношения людей определялись бережным отношением к семейным и общественным связям. Хотя теперь мы склонны считать общества, существовавшие до появления денег, примитивными культурами с тяжелыми условиями жизни, некоторые из них имели высокоразвитую культуру и обеспечивали своим членам существование, безопасное и разумное как в социальном, так и в духовном отношении.

Хотя жизнь людей в таком обществе иногда была весьма суровой, они редко испытывали чувство обездоленности, неустойчивости и одиночества — то, что постоянно чувствуют не имеющие денег в монетаризированном обществе. Действительно, можно с большой долей вероятности предположить, что в современном мире только 2 - 3 млн. человек ведут менее безопасную и благополучную жизнь, чем их предки, чье существование, как правило, не зависело от денег.

Сейчас большая часть мира настолько втянута в глобализованную денежную экономику, что очень немногим из нас выпала благоприятная возможность испытать на себе иной образ жизни. Антрополог Хелена Норбергп Ходж составляет такое исключение. Ей посчастливилось познакомиться с бытом живущих традициями деревень Ладаха, района Кашмира в Индии, расположенного за Гималаями, когда этот регион 20 лет тому назад был впервые открыт дляпосещения. Ее трогательные рассказы о том, что она видела, свидетельствуют о возможностях человечества, в настоящее время почти забытых:

В живущем традициями Ладахе было бы немыслимо ставить понятие счастья в зависимость от размера дохода или собственности. Глубоко укоренившееся уважение к основным потребностям других людей и принятие естественных ограничений, связанных с окружающей средой, удерживало жителей Ладака от ложных оценок. Они просто ощущали себя счастливыми. Хотя их жизнь была тяжелой по западным стандартам, люди решали свои основные физические, социальные, духовные и творческие проблемы, испытывая уверенность и надежность бытия в обществе, основанном на заботе о человеке и гарантирующем пропитание в условиях аграрной экономики, — и явно радовались жизни.

Норберг - Ходж регулярно посещала этот район , наблюдая и описывая последующие изменени по мере того, как вторжение эволюции в западном стиле «порождало вакуум в жизни людей , комплекс неполноценности в их самооценке и алчность в отношении материальных благ». Современной колонизации Ладаха способствовало совместное влияние западного туризма, средств массовой информации, системы образования и техники.

Западный турист может потратить за один день больше, чем семья Ладаха за год. При виде этого жители Ладаха неожиданно почувствовали себя бедными. Эта новая оценка породила пропасть, которой прежде не существовало, так как в традиционном Ладахе людям не нужны были деньги для обеспеченной и полноценной жизни. Общество Ладаха жило на основе взаимопомощи и совместного труда; никто не нуждлся в деньгах для получения работы, обеспечения продуктами, одеждой и кровом...