Когда люди лают – собаки улыбаются
Шрифт:
Когда вечером пересказала встречу Жанне, заметив, что надо все же рассмотреть и другие варианты, она тут же возразила:
– Иди и ни о чем другом не думай. Отличное предложение! От дома недалеко, хоть пешком на работу ходи. Зарплата – ну, в общем, тоже приемлемая для начала. И потом это же наш Юрка Грязнов, свой человек, тебе с ним будет комфортно.
– Ладно, схожу, посмотрю, что к чему, а там видно будет, – пообещала я.
На будущую неделю наметила несколько встреч, чтобы оценить другие варианты. Но в понедельник утром должна была прийти к Грязнову в «Центральную газету».
В 10 утра в понедельник стояла у его кабинета. Впервые за много месяцев мне довелось надеть деловой костюм и туфли на каблуках. Я отвыкла от такой одежды. Но чувствовала, что в ней обрела прежнюю уверенность, когда не боялась никаких собеседований и встреч, потому что умела общаться, говорить к месту, заинтересованно слушать, вызывать доверие и оставлять о себе хорошее впечатление. Когда-то я мастерски владела деловой этикой.
Грязнов сразу повел меня к главному редактору Курочкину. Смешно – главный редактор с такой несерьезной фамилией. Курочкина я не раз встречала и раньше. Он всегда казался мне банальным серым функционером, совсем неинтересным. От творческого человека, журналиста, а когда-то Курочкин им был, в нем не осталось ни капельки. А впрочем, какая журналистика была в газете ЦК КПСС «Правда»? Та еще журналистика. Номенклатурная писанина. Решения съездов – в жизнь. Пятилетку – досрочно.
Несмотря на всю важность Курочкина, у меня не было никакого страха перед этим редактором-чиновником. С трудом заставила себя не смотреть на его прическу. Такие мне всегда казались смешными у пожилых мужчин – зачес на лысину сохранившихся сбоку длинных волос.
– Работа в «Центральной газете» налагает большую ответственность, – с места в карьер взял главный. – Мы должны не нахваливать власть, а объяснять людям ее действия. Это накладывает на сотрудников определенные идеологические ограничения. Вы, конечно, понимаете, что никакой оппозиции в нашем издании быть не может. Желтизны тоже. Мы серьезное издание. Наши читатели – это элита, начальство разных уровней, это министерства, Госдума, Совет Федерации, и, конечно, Кремль.