Чтение онлайн

– Что вы такое говорите? – У Беллы мороз пошел по коже. – Какие билеты? Какая Москва?

– Все очень просто… Я сам лично видел журнал регистрации пассажиров – Макс жив, и он сейчас находится здесь, в Москве…

– Как это, здесь?

– А ты думала, где мы с тобой сейчас? Это Лосиный остров, Подмосковье…

– Подмосковье?

– Ну да… У меня здесь дом. Так вот, продолжим. Я лично думаю, что все происходило следующим образом. Макс, решив инсценировать свою смерть, чтобы тем самым избавиться от меня и от всех остальных людей, которым он по каким-то причинам стал неугоден, несколько просчитался… Он сам взорвал свою машину, но, потеряв тебя из виду, решил, что в машине в момент взрыва почему-то оказалась ты, и, понимая, что теперь его в этом городе вообще ничего не держит, он, возможно, оплакивая тебя, поджег квартиру и все прочее и улетел в Москву, чтобы оттуда уехать в тот же самый Цюрих или куда-то еще… Или же – это уже второй вариант – он намеренно сжег тебя в машине… – Володарский не успел договорить – Белла плеснула ему в лицо соусом.

– Замолчите!

Володарский спокойно промокнул лицо салфеткой.

– Ты так не шути… Ты себе представить не можешь, какая у меня охрана… Это просто чудо, что нас с тобой сейчас никто не видит…

Белла встала, подошла к окну и раздвинула занавеси. Она увидела дорожку, ведущую от крыльца дома, в котором они находились, и невысокое строение с выставленной возле ворот охраной. Вооруженные парни в камуфляжной форме прохаживались и по двум другим аллеям, огибавшим дом.

– А нечего говорить про Макса такие гадости…

– Но посуди сама: весь город поверил в вашу смерть. В том числе и я. Пока не увидел тебя в машине Пасечника.

– А откуда вы его знаете?

– Он деловой человек, мы одно время с ним плотно сотрудничали… Но, увидев тебя с ним, я стал думать, что вас может связывать… Я буквально сломал себе голову, ночами не спал и все думал-думал…

– А потом установили за нами слежку?

– Разумеется. А как же иначе? Ведь твой Макс исчез с МОИМИ документами, вот в чем весь фокус… А среди этих бумаг была одна ну просто оч-чень важная… Доверенность… Причем генеральная доверенность, позволяющая ему подписывать любые бумаги ЗА МЕНЯ… Можешь себе такое представить? Пойми, никому не понравится, когда его держат за идиота. Вот и мне не понравилась эта игра в покойников. Но, установив за тобой слежку, я ужаснулся, когда мне на стол каждый день стали ложиться сводки об убийствах… Где ты – там и убийство… И тогда я начал их анализировать, искать в них что-то общее. Я поручил привезти из адвокатской конторы архив Лермана, выписал фамилии клиентов, которые платили ему гонорар (или часть его) через кассу, и был потрясен, когда увидел, что среди них оказались и Исханов, и Сосновская, и Линев, и, правда, косвенно, Ямщиков, и Олег Караваев, уголовник, сожитель Цветковой… Как видишь, я не бездельничал, а упорно работал примерно в том же направлении, что и ты… После твоих визитов по городу тянулся кровавый шлейф… Вот я и решил подержать тебя какое-то время здесь и прощупать относительно этих клиентов…

– Значит, вы действительно думаете, что я имею какое-то отношение к этим убийствам?

– Я даже не знаю, что и думать. Ну посуди сама: все эти имена связывает лишь одно – адвокат Лерман. Вот я и подумал, что ты, возможно, осталась в городе, чтобы убрать, скажем, ненужных свидетелей…

– Каких еще свидетелей?

– Но ведь люди-то мертвы! Значит, их кто-то убил. Но за что?

– Представьте, я мучаюсь над этим же самым вопросом. И тоже сломала над ним голову. Но откуда у вас эти дикие фотографии?

– Да забудь о них… Ну, захотели тебя попугать немного…

– А зачем было везти меня в Москву? Там Пасечник… Он волнуется за меня… – Она решила, что раз Володарский и так знает о том, что она какое-то время жила у Пасечника, то сейчас хотя бы надо как-то выгородить Григория Александровича из этой запутанной и грязной истории. И она рассказала ему, где и при каких обстоятельствах познакомилась с Пасечником, промолчав только про свалку и угон красного «Фольксвагена» у магазина «Паритет». На вопрос Володарского, где она очнулась после взрыва, Белла ответила, что в кустах поблизости от гостиницы.

– А какие у тебя дела с Савельевым?

– Никаких, – покраснела Белла. Вот уж кого ей меньше всего хотелось подставлять, так это Николая. – У них были какие-то дела с Пасечником. Кажется, речь шла о налогах… У Савельева связи в налоговой инспекции…

– А не врешь? Савельева я всегда считал надежным мужиком, а тут мне докладывают, что вы то в морге вместе, то еще где… В морг он тебя возил, чтобы про налоги Пасечника говорить?

– На экскурсию… Они смеялись надо мной, издевались, сказали, что я при виде трупов упаду в обморок… Ну, мы и поспорили…

– А Савельев знал, кто ты?

– Григорий Александрович представил ему меня как свою племянницу.

– Понятно.

Белла видела, что Володарский ей не верит. Да и вообще их разговор походил на дешевый фарс. Любой другой на месте Володарского душу бы из нее вынул, чтобы только вытрясти нужную информацию, а Володарский слишком уж долго миндальничал. То, что она ему нравилась, Белла понимала, как понимала и то, что она нужна будет ему для какой-то более важной миссии. Не случайно же он привез ее в Москву.

– Скажите, Петр Филиппович, а кто названивал мне все это время и представлялся Беллой?

– Одна моя знакомая. Забудь.

– А кто угнал мою машину?

– Никто. Мы нашли ее 15 июля, чуешь? У аэропорта… С этого-то все и началось. А когда выяснилось, что в полночь Максим Лерман вылетел в Москву, мне и вовсе стало дурно… Когда я увидел тебя на кладбише, то моей первой мыслью было, что это не ты, а твой двойник… Ведь Макс – человек талантливый, что ему стоило разыграть свое исчезновение. Вернее даже, не ЕГО исчезновение, а ВАШЕ…

– А как же останки, обнаруженные во взорванной машине? Почему же никто не занимается этим? Кто погиб вместо меня? – Белла старалась не думать о том, что Макс жив. «Если он действительно жив и теперь спокойно гуляет по Москве, я убью его сама. Своими руками», – пронеслось у нее в голове.

– Мы с Вадимом… Кстати, за то время, что следил за тобой, и сам чуть не превратился в следователя… И мой штат состоял только из одного человека – Вадима.

– Вы уже говорили…

– Вернее, двух… Еще та девушка, которая звонила тебе… Но она никому ничего не скажет.

– Да мне уже, если честно, все равно, – вздохнула Белла. – Мне кажется, что я умерла еще тогда, 15 июля, в машине… Так что вы хотели рассказать мне о той несчастной, которая погибла вместо меня?

– Никоненко сказал мне, что на девушке, которая погибла якобы вместе с Максом, были те же самые украшения и даже то же самое платье, что и на тебе в тот вечер… А твои подруги Вера Фишер и Лора Парсамян подтвердили это.

– Но как же это можно объяснить?

– Понятия не имею… Сначала Никоненко придерживался версии, что девушка в платье, похожем на твое, просто проходила рядом с машиной в момент взрыва… Но потом, после проведения экспертизы, было установлено, что девушка все-таки в момент взрыва находилась В МАШИНЕ.

– Вот вы не верите, что Макс погиб, а как же запонки, найденные на рукавах погибшего? Я понимаю, что от тела там мало что осталось, но таких запонок, как мне кажется, не было вообще ни у кого, кроме Макса. Ему их делали на заказ в Москве…

– Да, я уже слышал про эти запонки… Но все равно: Макс улетел в Москву. Вадим сам показывал стюардессе, которая сопровождала пассажиров на этом рейсе, фотографию Макса, и она его опознала… И сказала еще, что этот мужчина рассказал ей, когда она подошла к нему, чтобы предложить минеральную воду, смешной анекдот про дикую утку…