Чтение онлайн

– Как мило,- закатил глаза юноша.
– Книга тоже с автографом?

– Конечно,- Сора погладила его по лбу.- У нас с автором что-то похожее на соглашение.

– И специально для тебя делают перевод с английского?

– С роскранского,- поправила его мать, что получала свои книги самой первой, странная маленькая игра, что идет годами и никак не надоест.
– Она как-то сказала, что на роскранском они выходят интереснее и объемнее.

– О!- усмехнулся Такэо.
– Я словно слышу в твоих словах зависть, мама. А это глупо: вы у меня самая красивая, стройная леди с превосходным вкусом и манерами.

– И кто же это тебя научил льстить?- ей конечно же было приятно это слышать, хоть ее сын, любимец, всегда умел найти ключик к человеческому сердцу. Она вдруг вспомнила комментарий в своем блоге: "Наш принц слишком идеальный. Что же скрывается за этой маской?" Тогда она, поборов навязчивую идею рассказать о вспышках гнева своего сына (от кого он только это унаследовал?), ответила кратко и лаконично: "А может быть он просто хорошо воспитан?" Да, точно. Статья была о воспитании. А еще были о вере, любви и доверии в семье. О доверии. Она с легким ужасом, что холодком сковывало сердце, думала о предстоящем октябре. "Они" снова уедут в какую-нибудь богом забытую Варшаву и будут гулять по улицам и ... смотреть кино. Именно это говорил ей Куроки, и почему-то она не могла усомниться в его словах. Фотографии, чуть размытые и далекие (чтобы их не заметили), преподнесенные ей службой безопасности, дышали платонической любовью. Даже Сакура, внезапно нагрянувшая к ней, поджав губы, ожидала страсти. Но те двое лишь держались за руки. Смеялись. А это еще острее и беспощаднее полосовало и без того измученное сердце Соры.

Сакуре же казалось, что с ее братом и Анной банально что-то не так. Вот они с Сашей... Они с Сашей были вулканами, взрывались и боролись... Она скучала, с каждым новым днем накапливая в себе глупую ненависть к собственному мужу и обиду на неповинных детей, словно все вокруг были виноваты. Но точно не она.

Рока. Ее муж, был замечательным и потрясающе любящим, но чертовы воспоминания о прикосновениях Саши не давали ей покоя. Они спокойно, двумя семьями, встречались, проводили время и вот именно тогда Сакура завидовала счастью Жанны, что иногда даже на людях откровенно посмеивалась над мужем, хоть тот ей и отвечал. В них была жизнь, борьба. То, по чему Сакура невероятно соскучилась. Страсть. Именно она движет миром.

16.09.2020

У меня просто мурашки по телу от предвкушения будущей нашей встречи. Двадцать лет... В двадцать четыре я и подумать не мог, что доживу до этого знаменательного события. Братислава... Чую в следующий раз мы уедем куда-то в Преторию, а я туда не особо хочу, после того как Сора сократила наши дипломатические и волонтерские корпуса на том континенте.

Что насчет Австралии?

К слову, сейчас я пишу эту записку при свете свечей, потому что у нас снова нет света. Сора грешит на старую проводку Дворца, а я на Такэо, что недавно увлекся физикой.

Моему сыну шестнадцать... Кто бы мог подумать...

С любовью, К

А ее сыну будет тринадцать. Совсем большой. Теперь он немного стесняется ее объятий и поцелуев в щеку. Чуть протяжно ноет "Мам, я уже взрослый!" Легко вырывается, вызывая лишь улыбку родителей. Ее маленький добрый мирок, которой она, как ей казалось, вполне заслужила. Лишь ее отношения с Куроки, словно холодная безмолвная тень, иногда появлялась у окна и тревожила Виктора.

Еще ее мужа удивляло то, с каким спокойствием она читала статьи бульварной прессы о его любовном прошлом. Она знала правдивую сторону, усмехалась при прочтении и даже в тихую связывалась с его бывшими, дабы приструнить их иногда лживый язык. И единственное что он слышал от жены были шутки и подколы. Она свято была уверена в своей власти над ним. Лишь однажды, кажется спустя неделю после празднования нового года, она стоя на кухне в одной ночнушке в тихую отрезала себе торт. И именно в тот момент она будет застукана своим женихом и заведет откровенный разговор, из которого как всегда выйдет с высокоподнятой головой.

– Мне все равно что там было у тебя в прошлом. Меня будут волновать лишь твои романы после свадьбы,- нож в ее руке звонко соприкоснулся со столешницей, отрезав новый кусок. И он верил. Верил, что она не спала с Куроки, с того дня как объявила его своим избранником; лишь он, старше ее на десять лет, стал единственным и неповторимым "принцем на белом коне".

Но ведь всегда есть эмоциональная сторона, не поддающаяся жесткому контролю. Виктор со своими пассиями расставался всегда друзьями. А после того как он стал князем -консоротом все стало намного хуже: он был впечатлен пронырливостью некоторых журналистов и продажностью его бывших любовниц. Но Анна была словно кремень: ее собственный отчет начался с апреля двухтысячи четвертого, а прошлое... Все свои, да и его, прошлые похождения она запирала в своих дневниках и никому не раскрывала. Иногда ей казалось, что чем меньше мы распространяемся о своей любви, тем дольше она длится. Хотя, когда ей исполнилось двадцать четыре, она будто околдованная стала замечать Виктора. Глупо и по-детски, как казалось ей, она могла минутами рассматривать его, пока он того не замечал, быть ближе. Сейчас, спустя года, она смогла осознать, что в какой-то миг она поняла, что просто влюбилась в этого человека. И ей стало страшно. Виктор не был таким далеким, как Куроки, он мог заметить все ее ошибки, и тут она начала его немного стесняться. Пару раз покраснела... Может быть именно в ту минуту она поняла, что у них с Куроки такого не было. Словно птицы в небе. Тут же все было по-другому. Ново, неизведанно и так близко. Со временем все измяняет смысл и восприятие.

Помнится она с матерью перемеряла кучу платьев дабы выглядеть потрясающей. Натянула на себя утягивающее белье, под хмурым взглядом Хезер, в то время отвечавшей только за нее. И усмиряла сердце, когда увидела в толпе Виктора. Раньше-то все было по-другому: она не планировала их встреч, не думала что одеть, что сказать, как не опростоволосится. А тут... Чуть ли не грандиозный план, который подарил ей столько последующих минут счастья. Сделав первый шаг, она не корила себя за это, как в прошлом, наоборот- благодарила судьбу и тот выпитый залпом бакал шампанского.

В глубине души она не была уверена, что они с Куроки смогли бы вынести, все то, что вынесли они с Виктором. Ее потрясающим, умным мужем, что страдал из-за своей неразумной жены, не дающей ни себе, ни ему покоя.

Уже минут пятнадцать они сидели друг напротив друга. То и дело открывая и захлопывая рты.

– Черт,- тряхнув головой Куроки, протянул руку к чашке кофе. Они сидели в миленьком уютном кафе, расположенном на первом этаже их отеля.

– Мда,- Анна немного криво улыбнулась.
– В прошлый раз мы хотя бы подкалывали друг друга насчет звонков...

– Я могу подколоть тебя начет того телохранителя, что провожал тебя до стойки регистрации.

– Ты очень мил,- фыркнула княгиня.- У нас снова религиозные войны, да и здоровье мое в последнее время желает лучшего.

– Почему ты не говорила?- ну, вот вместо того, чтобы как и девятнадцать лет назад задирать ее, он возмущался и был немного испуган.
– Можно было просто позвонить.

– Ничего страшного,- сердито отмахнулась Анна.
– У меня в семье два неугомонных ребенка, таскающих заразу, а еще и Виктор со своей бесконечной волонтерской программой, мама почти живущая в приютах, Саша, что преподает. Не говоря уж о прислуге и парламенте. Одна Жанна занимается исключительно бумагами...

Куроки улыбнулся. Ему нравилось, что она наконец-то ожила, хотя бы на секунду отбросив свои тревоги. Это их маленький заслуженный отпуск. Он его заслужил.

– И как поездки Виктора?- искренне поинтересовался мужчина, инстинктивно вспоминая последнее газетное фото князя-консорта. Признаться, для своих пятидесяти он выглядел словно бог. Знал бы он, что Анна посмеивалась над собственным мужем, ласково именуя его "Чудом Голливуда". Вот только Виктор, в отличие от жены, не убирал свои морщины косметическим и пластическим путем.