Когда погаснут все огни
Шрифт:
Сама решит? Ты на чьей, мать его, стороне? То есть, все мои друзья не отрицают, что Джон возможная замена мне? Или это я был заменой Джону… меня обуревало эмоциями, которые я никак не мог выпустить наружу. Кипящий котёл под тяжёлой крышкой, грозящий взорваться, и окатить всех кипятком.
Бабуляев ушёл собираться вместе с Мишей, оставив меня наедине с Лысым.
— Князь, ты в порядке? Вид у тебя неважный, — спросил он достаточно искренне, внимательно окинув меня взглядом серых глаз.
— Всё пошло не так. Этот петух, как кость в горле, — покачал головой я, сделав глубокий вдох, чтобы успокоиться.
— Забей на него.
— Забить? Ты серьёзно? Он обтирается вокруг моей жены, а я должен забить? — меня охватил гнев.
— Слушай, — Лысый развёл руками, выставив ладони вверх, — а что ты можешь сделать? Насильно мил не будешь, уж, извини за такую правду. Если ты всерьёз воспринимаешь Джона как угрозу своему счастью, то стоит задуматься. Проблема в том, что ты не доверяешь Вере, и это всегда будет проблемой, даже если не будет Джона на горизонте. Проблема не в нём, а в тебе.
Я отвернулся, схватил походный рюкзак, и начал в бешенстве запихивать в него свои вещи. В висках стучало: все предатели!
— Вот как, значит? — закипев, выпалил я, но тут же встретился с искренним лицом Лысого, который явно не желал меня подколоть.
— Я херовый советчик, но подумай сам, — пожал он плечами, — просто измени угол зрения и сам увидишь эту картину. Ты слишком зациклен. Расслабься, отпусти ситуацию хоть немного. Пусть Вера увидит тебя в деле, увлеченного процессом, такого, как раньше. Ты добился успеха, потому что парил как орёл, взлетал, не обдумывая, как это тяжело и сколько врагов вокруг. Просто делал и всё, — Лысый хлопнул меня по плечу, посмотрев в глаза взглядом полным поддержки.
— Верно, брат, — выдохнул весь накал я.
— Я пойду договариваться о переправе. Ты говорил, чтобы я напомнил тебе про шамана по приезде, а я забыл, — сказал Лысый.
— Точно, — сев на кровать, я потер лицо рукой, и достал телефон. Набрал номер, но в трубке была тишина. Ни гудков, ничего.
— Выйди на крыльцо. Хозяин говорил, что там сеть хорошо ловит, — посоветовал Лысый, затягивая шнурки на кроссовках.
Последовав его совету, я простоял на улице минут пятнадцать, ожидая ответа абонента, но тот упорно не брал трубку. А мне позарез нужен был шаман. Сценарий фильма предполагал кучу сцен с его участием. Пока звонил, до моего слуха донёсся смех Веры со второго этажа, а за ним и голос Джона. Было слышно, как он рассказывает очередную тупую историю, от которой почему-то смеётся моя жена. Будто специально так громко хохочет, чтобы я это услышал.
Меня охватило бешенство, граничащее с унынием. Это ощущение, как ураган, налетело на мой “внутренний сад“, который я изо всех сил пытался сберечь. То единственное, что вселяло мне веру в себя, давало силы двигаться дальше. Самое хрупкое в моём мужицком сердце. Аленький цветочек чудовища. Этот ураган вырывал с корнями то, что мне дорого, когда я пытался справиться с ним.
Пр-р-редатели, — вновь раздался голос в сознании, и я, стоя как заворожённый, погруженный в пучину отчаянья, резко очнулся.
Голос затихающим эхом удалялся, оставляя колючий осадок в сознании. Что-то странное происходит со мной, но это не повод останавливаться.
Я им покажу чего я стою! Я им всем докажу!
Вера вновь засмеялась, и меня передёрнуло от её заливистого смеха. Я люблю её, но сейчас она вызывала во мне гнев. Нужно успокоиться… остыть. Я закрыл глаза, и глубоко вздохнул прохладный, влажный воздух. Открыл глаза от того, что над головой что-то пролетело. Напротив меня, качаясь на ветке дерева, сидела ворона, хитро поблескивая глазами.
— Ну, чего тебе надо? — спросил я.
Ворона покрутила головой, пристально разглядывая меня, что под её взглядом невольно пробежали по телу мурашки.
— Чего вылупилась? Кыш! — рявкнул я, взмахнув руками. Но, ворона не испугалась, а лишь странно вытянула шею вперёд, и словно прищурилась. В глазах её вспыхнуло угрожающее выражение.
В мыслях мелькнула идея, бросить в неё палкой или камнем, но тут же я остановил эти мысли. Зассал… испугался какой-то вороны. Это обычная ворона, не более, успокаивал я себя. Одна часть разума насмехалась надо мной, а другая твердила, что это та самая падла, которая проследовала меня в Москве.
Разве может быть вероятность, что это та самая ворона? Бред!
Но при этом, я смотрел на неё, а она на меня. Почему-то я не решался развернуться к ней спиной и уйти, как нормальный человек. И не нашёл ничего более адекватного, как крикнуть ей: кар!
Чёрная бестия вспорхнула с ветки с криком: тер-р-р-пила!
Что? Я не ослышался? Бред! Смотрел ей вслед, а вдали вновь повторилось, разлетаясь эхом по Ловозеру: тер-р-р-пи-и-ла!
Ворона исчезла чёрной точкой в утреннем тумане, оставив меня в недоумении.
Что это было, мать твою?!
Вдруг, в руках завибрировал телефон, что у меня аж мозги подпрыгнули в черепной коробке от неожиданности. Звонил шаман. Приняв звонок, договорился обо всём, что планировалось. После отбоя, всё также стоял, силясь вспомнить что-то важное. Какими-то рваными кадрами всплывали странные моменты в памяти, от которых холодело всё внутри. Но, собрать картинку мне так и не удалось. Плюнув на странные ощущения, развернулся к дому, и за спиной тихим рокотом раздался безликий шёпот: вер-р-ни чёр-р-рный камень…
Глава 5
Уже через час, мы плыли по Ловозеру, к перешейку, ведущему до заветного Сейдозера. Нам попался болтливый капитан катера (так он себя обозначил, презренно фыркнув на обозначение — катерист), который всю дорогу рассказывал о своём родном крае.
— А знаете ли вы, что мы находимся в самом сердце Кольского полуострова? Это четвёртое по величине озеро в России, окружённое Ловозёрскими тундрами! Между прочим, самыми древними на этой планете!
Никто и не спорил, а лишь с интересом разглядывали пролетавшие мимо пейзажи гор и лесных массивов, что казалось, с не меньшим интересом наблюдали за нами.
— В Ловозеро впадает пять рек, а вытекает одна — Воронья! — стоя у руля, кричал он сквозь шум волн и мотора.
Меня аж передёрнуло. Воронья, чтоб его. Может в этом есть символизм? Или меня совсем плющит уже?
— Он мне напоминает пластилинового медведя из мультика про Россию, который вечно начинал рассказ с фразы: а знаете люди? — сказал мне Миха, кивнув на капитана.
— Мультики пластилиновые смотришь? — хохотнул я.
— Смотрю с племянницей. Между прочим, интересно, — закатив глаза, ответил он.