Чтение онлайн

Отец покинул их рано, его не стало, когда братьям было всего по шестнадцать лет. Без его поддержки Игорю стало очень сложно отстаивать право на свой выбор. Олимпиада не умела просить, она не только требовала, чтобы сын жил так, как она считала нужным, одевался так, как она считала правильным, но и решила, что вправе выбирать с кем он должен дружить. Атмосфера в доме была такой напряжённой, что Игорь вскоре ушёл жить к деду. Тот был человеком мудрым, считая, что воспитывать детей нужно не упрёками и скандалами, а лишь на собственном примере.

Когда пришло время выбирать профессию, Святослав снова не дал матери повода для огорчения, он поступил в МГИМО, чтобы стать дипломатом. Игорь же решил, что пойдёт в армию. От этой новости Олимпиада пару дней пролежала с компрессом на лбу, шантажируя сына тем, что её хватит удар, если он не изменит своего решения. Но видя, что тот стоит на своём, сняла компресс и сказала: «Хорошо, ты можешь делать всё, что тебе угодно. Можешь разрушать свою жизнь, ползать по дну, собирая отбросы. Но оглянись, ведь ты имеешь так много возможностей жить достойно. Кто-то другой, родившейся в семье простых работяг, многое отдал бы, чтобы оказаться на твоём месте. Тебе же ничего не стоит поступить в любой институт, только выбери в какой…»

–Вот вернусь из армии, и выберу свой институт, – спокойно ответил Игорь.

–Иди! Иди на все четыре стороны, видеть тебя не могу! – кричала в сердцах Олимпиада.

И Игорь ушёл. Через две недели после выпускного бала он уже стоял на плацу в военной форме. В том году был объявлен набор в спецотряд, который должен был действовать в горячих точках. Отбор был жесточайшим, денно и нощно командиры испытывали новобранцев на прочность. Обучение скорее походило на истязание. Все упражнения были не на пределе человеческих возможностей, а далеко за их границей. Но больше всего бойцы боялись не боли, неимоверной усталости или новых испытаний, а того, что могут не выдержать, и тогда их вычеркнут из особого списка. Каждый поставил перед собой цель – во что бы то ни стало, дойти до финиша. А финишем было первое задание, которое они получили спустя долгие месяцы обучения.

Немногие прошли эти испытания до конца, среди зачисленных в отряд был и рядовой Игорь Роззман.

Игоря наставники заметили сразу, и со временем их убеждение, что этот несгибаемый молодой человек может стать командиром отряда, только укрепилось. Спецотряд готовился, как секретное оружие для уничтожения главарей банд, хозяйничавших на Северном Кавказе. Освобождение из плена российских солдат и офицеров было тоже их миссией.

Игорь скоро понял, что такая жизнь для него подходит больше, чем столичная круговерть, он пропитался насквозь духом воина – невидимки. Главной задачей отряда было действовать без шума и пыли. Каждый боец обращался с любым оружием, как с продолжением самого себя, но идеальной считалась та операция, при выполнении которой оружие не применялось. За два года отряд не потерял ни одного бойца, и все они сплотились и срослись настолько, что даже взгляда было достаточно, чтобы понять друг друга. Когда время первого контракта подошло к концу, вопрос «что делать дальше» перед ними не стоял. Никто и не помышлял о мирной жизни «на гражданке» в то время, когда помощи спецотряда ждут сотни солдат и офицеров, находящихся в плену.

Много крови попортил бандитам спецотряд своим дерзкими вылазками, а неуловимость его стала почти легендарной. За ними охотились, пытаясь вычислить место следующей операции, но тщетно. Никто, кроме командиров, не знал, как выглядят бойцы, их личные дела были засекречены. Самой успешно выполненной задачей в списке побед отряда считалось уничтожение полевого командира, которого даже свои за жестокость называли Мясником. Особое зверство он проявлял к местным жителям, не поддерживающим его в ненависти ко всем русским и ко всему русскому. Не щадил ни детей, ни стариков. Нужно было остановить его, но он успешно прятался в горах всякий раз, когда против него выдвигались войска. Тогда этим поручили заняться отряду Игоря.

Мясника уничтожили, но у него остался брат, самопровозглашённый генерал Алихан, который поклялся отомстить за смерть брата реками крови.

Однажды Игоря вызвал к себе полковник. Войдя в его кабинет, Игорь увидел, что командир стоит спиной к двери и курит в форточку, отбивая дробь пальцами по подоконнику. Это был плохой знак, командир вёл себя так, когда ситуация выходила из-под его контроля.

–Входи, – сказал командир, не оборачиваясь, – правительство заказало первому каналу серию передач о нашей доблестной армии. Одна из них будет посвящена боевым действиям в Чечне. Руководство решило, что этот сюжет будет именно о твоей группе, и именно о предстоящем выезде.

Игоря обдало горячей волной возмущения: что делать здесь этим столичным холёным журналистам? Вслух он произнёс:

–Хотят снимать сюжет о моей группе? Пусть снимают, но только на базе, а на выезд я их не возьму.

Командир, настоящий боевой офицер, знающий войну изнутри, тоже был не в восторге от этой затеи, но приказ поступил с самого верха, и выполнять его придётся в любом случае. Он подошёл к столу, затушил сигарету в массивной пепельнице из чёрного камня.

–Послушай, – сказал он, – я отбивался от этой идеи до последнего, но мы с тобой ничего не решаем, единственное, что в наших силах – свести риски к минимуму. Мне удалось убедить начальство, что больше двух журналистов на задание мы взять не сможем. Они прибудут через три дня, у тебя будет два дня, чтобы их подготовить.

–Детский сад какой-то! – взорвался Игорь, – может, мы теперь и экскурсии водить будем? Я отказываюсь рисковать жизнями своих ребят, все операции засекречены, а мы потащим с собой неизвестно кого.

–Насчёт этого не переживай, их проверят «от и до» по всем каналам.

На третий день Игорь снова был вызван к командиру теперь уже для знакомства с журналистами. Распахнув дверь, он замер на пороге, прямо перед ним стоял брат. Игорь знал, что Святослав, закончив МГИМО, отказался от идеи стать послом, и его приняли на первый канал в качестве ведущего политической программы. Но каким образом он оказался здесь?

Полковника явно занимала эта немая сцена, улыбнувшись в усы, он обратился к Игорю:

–А представь, как у меня челюсть отвисла, когда ты вошёл в кабинет и представился как Святослав Гражинский, причём на полном серьёзе. Я сначала подумал, что у кого-то из нас поехала крыша, даже не сразу вспомнил, что у тебя брат-близнец есть, – и, заметив, как лица братьев растянулись в улыбках, снисходительно добавил, – ну ладно-ладно, не обращайте на меня внимания, наверное, долго не виделись.

Они сорвались с мест, и обнялись крепко, по-мужски. Потом был целый час расспросов о том, как там мама, как столица, как общие знакомые? Братья не виделись очень давно, редкие телефонные звонки не могли заменить им живого общения. Игорь уже несколько лет не был в отпуске, его никто не ждал в Москве, девушки завести не успел, а с матерью отношения так и не наладил. Он полностью окунулся в службу, а работы было очень много.

Вечером Игорь вновь зашёл к полковнику. Он не хотел, не мог брать на задание журналистов, тем более одним из них был его брат. В полумраке кабинета горела только настольная лампа. Командир жестом пригласил его сесть. Они давно были на «ты», когда рядом не было посторонних.

Игорь не сразу начал разговор, а командир не торопил, рассматривая карту местности, которая лежала под стеклом на столе.

–Я тут вот чего подумал, Геннадич, – заговорил Игорь, – давай, мы наших корреспондентов послезавтра на операцию не возьмём. Ну, скажем, что обстоятельства изменились, а через пару дней устроим им показательные выступления, возьмём какого-нибудь боевика в ущелье, там не так опасно.

Геннадич хмуро посмотрел на подчинённого исподлобья:

–Понимаю тебя, Игорь, но нам с тобой за эту самодеятельность такие показательные выступления начальство штабное устроит, что полетим мы с тобой со службы, аки голуби сизокрылые, не токмо погоны, но и головы снимут. Сказано запечатлеть взятие Механика, значит, будем над этим работать.

Механик (правая рука Алихана) получил своё прозвище за то, что умел управляться с любым механизмом, будь то оружие или автомобиль, не хуже изобретателя. Игорь уже имел с ним дело, год назад его отряд захватил этого бандита. Обычно с главарями банд работал сам полковник, выкачивая из них нужную информацию, но в этот раз штаб потребовал, чтобы Механика срочно передали им, даже прислали свою группу сопровождения. Но по дороге боевики отбили своего командира. Штабное начальство, конечно, не стало устраивать разбор полётов, для галочки наказали тех оставшихся в живых, что конвоировали Механика.