Чтение онлайн

– А когда ты впервые поняла, что хочешь, чтобы кто-то управлял тобой?

Этот вопрос ударяет в солнечное сплетение. Я замираю, потом шепчу:

– Когда ушел отец.

– Сколько тебе было лет?

– Десять.

Тишина. Сладкая, как мед и горькая, как полынь.

– Тогда мы начнем с этого.

Ли Ян встает. Приближается. Обходит вокруг, не прикасаясь, но все тело откликается на его близость.

Он просит:

– Ляг на кровать, Инга.

Я ложусь.

– Дыши. Глубже. Медленнее.

Я подчиняюсь. Я здесь для этого.

Свет в комнате тускнеет. Он включает проектор. На стене появляются изображения: лица в масках. Затем – шахматная доска, где все фигуры одинаковые. Потом – водоворот, затягивающий тонкую нить.

– Это ты, – произносит он.

– Я?

– Все, что пытаешься удержать, давно тебя держит.

Ли Ян говорит это и медленно касается моего запястья. Одним пальцем. Как будто включает что-то во мне.

– Сегодня ты молчишь, Инга. Твоя задача – чувствовать.

Я чувствую. Все. И от этого делается немного страшно.

Он командует, а я все выполняю.

– Встань.

– Повернись.

– Смотри в зеркало.

– Скажи себе: «Я отдаю контроль».

Я смотрю в зеркало, вижу себя: лицо румяное, глаза блестят, дыхание срывается с губ.

– Я отдаю контроль, – шепчу сухими губами.

Ли Ян улыбается. Я чувствую это, хотя не вижу его лица.

– Хорошо. Теперь ты принадлежишь себе. По-настоящему.

Он оказывается ближе. Снимает с меня платье. Очень аккуратно. А может, оно и есть.

Ли Ян не спешит. Все, что он делает, – это не ласка, это изучение. Чтение по коже. Он читает меня, как картину: слой за слоем, мазок за мазком.

И я открываюсь. С каждой минутой. Не потому, что должна, а потому что не могу иначе.

Сама не понимаю, что слышу собственные стоны, и от каждого его касания по телу проносится жар.

Ли Ян говорит:

– У тебя в сердце стремление быть увиденной, Инга. Настоящей и без рамок.

– Да… – Мой голос срывается.

Он касается губами моего плеча.

– Тогда покажи мне это.

И я показываю, сама не зная, как. Я плачу. Я смеюсь. Я прикасаюсь к полу, к себе, к пустоте вокруг. Я дышу так, как никогда раньше.

Ли Ян наблюдает. Направляет. Касается лишь тогда, когда это нужно – не для тела, а для души.

Он снова держит меня, когда все заканчивается. Заворачивает в простыню. Не как любовник, а как тот, кто помог открыться.

– Ты продвинулась дальше, чем думала.

Я не в состоянии говорить, нужно прийти в себя.

– Спасибо.

– Не мне. Скажи себе спасибо, Инга.

Утром воздух пахнет кофе и началом чего-то невероятного. Я иду по улице, все еще ощущая след ночи. В теле – расслабленность, в мыслях – дрожь. После таких встреч кажется, что каждая тень на стене может заговорить. Каждая трещинка на асфальте как знамение.

Я остановилась у витрины антикварного магазина, хотя никогда прежде сюда не заглядывала. За стеклом была фарфоровая маска с трещиной у губ. Пыльный веер. Зажженная свеча, как будто за стеклом время движется по-другому. Я чувствую его приближение, но не сразу понимаю, что именно происходит.

Просто рядом останавливается человек. Высокий. В черной куртке и со стаканчиком кофе в руке. Он стоит спокойно, как будто просто ждет, пока я просмотрю все в витрине. Его лицо открытое. Никакой маски.

Он красив. Но не той холеной, витринной красотой, а настоящей, немного асимметричной и живой. Невероятные высокие скулы. Во взгляде странное спокойствие. Он поворачивает голову ко мне, и я вижу глаза.

Эти глаза.

Глубокие, карие, с холодным огнем в зрачках. Те самые, которые…

Я отступаю на шаг. Выдох сбивается.

Мужчина делает глоток кофе. Ни слова. Просто смотрит. В этот момент я понимаю: это он. Ли Ян. Без маски. В реальности. Даже не в полумраке галереи, а при дневном свете.

Он… другой. Не отстраненный и не командующий. Спокойный. Почти будничный. И все же – невозможно обычный. Мой мозг отказывается верить, что человек из моих безумных ночей стоит вот так, посреди улицы, на фоне шумных трамваев и газетных киосков.

– Инга, – произносит он мое имя, и весь мир, кажется, замирает на полудохе.

– Это ты? – выдыхаю я.

– А ты как думаешь?

Он улыбается. Легко. Почти насмешливо. Но глаза… В них нет никакого игры и

нет драмы. Он совершенно невозмутим и естественен.

– Ты следил за мной? – Я не знаю, зачем спрашиваю. Это и так ясно.

– Нет, – отвечает Ли Ян, делая паузу. – Я просто оказался рядом.

Но пауза между «нет» и «просто» – говорит все.

Я сжимаю ремешок сумки. Он делает шаг ближе. Не вторгается в мое пространство. Просто будто сокращает расстояние между мирами. Между Ингой-днем и Ингой-ночью.

– Ты выглядишь по-другому, – говорю я.

– Ты тоже. Все идет правильно.

– Правильно?

Ли Ян не отвечает. Просто смотрит, спокойно и уверенно. Как будто внутри меня уже есть следующий ответ:

– Ты знал, что я здесь буду?

– Разве это важно?

Он делает еще один глоток кофе и отходит в сторону, будто готов уходить. Но вдруг поворачивается:

– Ты видела маску. Сегодня ты видишь лицо. Все это части одной формы.

После чего уходит, больше ничего не объясняя и разрушая все стереотипы о богатых красавцах нашего времени.

Я стою. Мир гудит, оживает, возвращается к своему обычному ритму: кто-то спорит в такси, женщина смеется в телефон, подросток спешит с наушниками. А я стою.

Словно из реальности вынули ось.

Ли Ян был рядом. Без маски. И это не случайность.

Вечером я снова в своей квартире. На столе лежат книги. Записки. Черновики экспозиции. Но все это кажется бутафорией.

Я открываю окно. Вдыхаю теплый весенний воздух. И понимаю, что все меняется. И больше не по моему сценарию.