Чтение онлайн

С кухни завоняло гарью. Повара исчезли за дверьми.

— Но… подождите-ка, не сходится! — овощник обхватил руками голову и случайно выдернул несколько волосков, — о разгроме посольства доложили вчера ночью! Как тогда это получилось? Если пытки длились так долго!

— Ведь, верно. Не сходится!

Толпа загудела:

— Что всё это значит?

— Что происходит?

— Почему от нас скрывают такое?

— Лучше спросите, что нам рассказывают!

— Ложь! Всюду ложь!

— Король пообещал предпринять меры, — чтец изучал новости, — направить ноту протеста…

Бах! Вскочив, каорри опрокинули табуреты и стулья.

— Да сколько можно?! Сколько можно слушать эти глупости?!

— Кому нужна «нота протеста»?! Курам на смех! Это не вернёт умерших!

— Надо отомстить Аркестану! Пусть тамошние жёны тоже поплачут! Пойдём войной и вздёрнем султана на нашей площади!

— Да что монарх может? Он лишний раз боится шаг ступить!

— Пока он пировал и с цетрой миловался, послов жестоко пытали! Где справедливость? — в сердцах вязальщица бросила спицы и клубок, — Карвахен на куски рассыпается, мы в крохотных комнатёнках ютимся, а это сиятельство ничего не делает!

— Если спросить…

Из-за криков задрожали светильники. С потолка посыпались хлопья краски.

— Да! Да! Надо пойти и спросить!

— Доколе он будет бездействовать!

— Стража вас не пустит.

Мужчины переглянулись:

— А мы соберём всех, кого сможем! Против всех нас ряженые клоуны не устоят!

— Я позову подмогу из Архары! — кулаком ударил по столу каменщик, — там много кто согласится пойти с нами!

— А я свяжусь с северными графствами!

— Да! Беззаконию пора положить конец!

— Пусть Величество ответит на все вопросы!

Раззадоренная толпа повалила на улицу.

В столовой остался один каорри. Чтец новостей. Слегка искажённые и преподнесённые в нужном ключе, факты подтолкнули недовольных к решительным шагам. Аккуратный жест информационного «скальпеля» вскрыл тугой нарыв отчаяния и боли, чья сокрушительная сила вот-вот затопит Карвахен.

Когда шум стих, мужчина убрал пластину, распрямил спину и покинул разгромленный зал. За блестяще выполненное задание асан пообещал награду. Подумаешь, власть переменится. Одного свергнут, придёт другой — какая разница? За пустыми обещаниями последует новый режим. Бедные останутся бедными, богатеи в сотый раз поделят блюда с королевского стола. А вот исполнителю особых заданий сельвиолитовый рудник гарантирует безбедное будущее.

***

Кап! Кап!

Мерно звенели капли, скользили по листьям и исчезали в траве. Цветы поникли; в бутонах, словно в домиках, спрятались муравьи и пчёлы. Сквозь слепой дождь пробивалось желейное солнце, медленно скатываясь за горизонт. Нежную музыку природы дополняли песни попугаев, лебедей, ворон, гусей и прочих птиц — в разгаре была сезонная миграция. Пернатые летели на юг, пережидать грядущие семерики зимы. Почему они отвергали, казалось бы, тёплый Карвахен? Скудные земли и реки не прокормят в холода.

В северных графствах каорри уже столкнулись с голодом. На рынках исчезли мясо и рыба, от овощей и фруктов осталась половина. Резко подорожали крупы и специи, а в кофе и чае обнаружились примеси ореховой муки. Чиновники из местных комиссариатов ссылались на сложную политическую обстановку и призывали на ближайшие полгода затянуть пояса потуже. Экономно тратить запасы и «не съедать за ужином целого индюка».

Погромы торговых лавок стали обыденными событиями. Но что взять из пустых погребов? Разве что крыс и мышей, но подобный «деликатес» не оценили даже самые отчаянные. Привыкшие к обильным застольям горожане выбирались в леса и устраивали охоту на животных и птиц. Постепенно к промыслу добавлялись остальные территорию. Законы об охране природы горячие головы предпочитали не вспоминать.

Тем более, что стражи то и дело закрывали глаза на проступки. То ли по собственной инициативе, то ли по приказу чинов из комиссариата — это никого не волновало. Солдаты, как обычные жители, собирались в столовых и роптали на судьбу. Дескать, в приказах власть имущих оставалось всё меньше смысла, благородные верхи не хотели видеть, как страна опустилась на грань разорения. Судачили о дворцах, построенных знатью, о дорогущих нарядах и сытных столах, весельях и плотских утехах.

Особенно перепало бывшей цетре, а ныне помощнице короля. В расточительность её не попрекал только ленивый. Ещё более жёстко каорри перемывали кости сиятельному монарху. Сначала — шёпотом, после — в полный голос. Вопрошали: знал ли сокол о бедственном положении графств или пребывал в сказочных мирах? Как давно ходил по городским улицам? И не ослеп ли от собственного великолепия? Карвахен напоминал пороховую бочку, над которой заговорщики зажгли лучину. Последний жест, и волна пламенного гнева затопит страну.

В закатный час «предметы всеобщего обсуждения» гуляли в парке. Осторожно ступали по камням дорожки и обходили лужи, в сумерках похожие на чернильные кляксы. Не ведающий о назревающих волнениях правитель предвкушал важнейшую встречу с сарабийцами и наставлял Айлин, что говорить и как себя вести.

— Переговоры назначены на послеобеденный час, — Растан задумчиво разглядывал манжеты пурпурного пиджака с золотистой отделкой, — южане привыкли просыпаться около полудня и отходить ко сну после полуночи.

— Почему так поздно? — Айлин держала зонт.

— Пережидают жару. Солнце уходит, духота спадает.

— Понятно. Что скажешь о княгине?

— Виделись мы давно, но сомневаюсь, что она сильно изменилась. Наира молчалива и кажется отстранённой, но лишь до той поры, пока не затрагивают интересные для неё темы.

Дерья выставила руку, проверяя, идёт ли дождь. Браслеты из аметистовых бусин исчезли в рукаве просторной блузки цвета лаванды.

— Например?

— Всё, что связано со стихиями, так или иначе. Она отмечена воздухом, в путешествия всегда берёт клетку с соловьями. В вечерние часы княгиня слушает пение и беседует с компаньонками, рассказывает и слушает всевозможные легенды о покровителях. Знает о них всё.

— Весьма занятно, — советница по особым вопросам вернула украшения на запястье, — в кабинете я видела несколько пластин с историческими повествованиями. Пожалуй, завтра утром поищу интересные истории. Про Элле и остальных.

— Отличная идея!

Шум стих. Рябь на лужах исчезла, зажглись фонари. Укутанный волнами жидкого тумана парк напоминал глухое болото. Шаг с тропы, и навечно сгинешь в трясине.

Айлин закрыла зонт, стряхнула капли.

— Что в Сарабии подают к столу?

— Ягнёнка, баранину, конину, томлённые в печах. Овощи и крупы. Сладости не предлагай, сахар и мучное южане считают причиной болезней.

— Это с чего они так решили? — тен Махети вскинула брови.

— Не знаю.

— Ладно, до кабинета я зайду в кухонные залы и поговорю с поварами. Составим особенные блюда. Всё, чтобы угодить гостям.

Король наступил в лужу. Впечатлённый организаторским талантом бывшей цетры, он не заметил, как вода затекла в туфлю. Лишь смотрел в глаза цвета грозовых туч.

— Ты — моя прелесть. Иной раз не понимаю, зачем нужны секретари и прочие советники. Ты поддерживаешь и рассуждаешь, как помочь, а они ставят палки в колёса. Я что-то предлагаю, а в ответ слышу, что население не примет идеи, и задумки бесполезны.