Чтение онлайн

Боже, даже истощенной она оставалась красивой.

Посмотрел на Ариэль, которая оторвала головку от плеча Ани, и мое сердце загрохотало в груди.

Затем Ани внезапно покинула комнату, оставив меня пялиться в пустой дверной проем.

***

— Привет, мужик, — сказал Шейн пару часов спустя, похлопав меня по плечу, когда вошел в комнату. — Она очаровательна.

— Спасибо, — ответил я, поглаживая спину Ариэль. Я услышал, как она плачет в своей кроватке и помчался туда, пока никто не услышал. Казалось, что мне не удается взять ее на руки сейчас, когда дом полон людей.

— Вы с Ани вместе или...

— Нет, — ответил резко. Я не хотел думать о том, что происходило между мной и Ани. Случилось и так много всего. Слишком много мыслей пролетало в моей голове каждую секунду, чтобы сосредоточиться над одной.

— Оу, — Шейн сел на диван, откинувшись на подушки. — Почему?

— Ты серьезно спрашиваешь о моих отношениях с Ани? — спросил я недоверчиво.

Год назад я бы с радостью убил Шейна за то, что он вел себя как мудак с моей сестрой. Она забеременела Айрис, а Шейн обращался с ней как с мусором. Только от мысли об этом я стиснул зубы. Через какое-то время я наладил отношения с Шейном, но я не такой всепрощающий, как моя сестра.

— Я сам разбирался в подобном, — ответил он.

— Если бы не разобрался, то был бы мертв, — я заткнулся, как только произнес это.

Его приемный брат только что умер. Мой кузен, которого я знал с тех пор, как тому было четыре года, только что погиб. Я закрыл глаза и откинул голову на спинку кресла. Черт.

— Не бери в голову, — тихо сказал Шейн. — Не в первый раз ты угрожал меня убить, и я уверен, что не в последний.

— Неудачное время, — проворчал я, вызвав смешок Шейна.

— Ах, Генри было бы все равно, — сказал Шейн с улыбкой. — Он бы наблюдал за нами, переводя взгляд с одного на другого, как будто находился на теннисном матче.

— Правда, — выпалил я. — И спросил бы, как именно я планирую тебя убить. Из его любимого: щеподробилка древесины, хотя он знал, что у нас ее не было.

— Щеподробилка... хороший выбор, — ответил Шейн устало, закрыв глаза.

— Как это дерьмо случилось? — спросил я на полном серьезе, выпрямившись в кресле и крепко прижимая к себе Ариэль. — Как он мог погибнуть во время учений?

— На наших учениях я видел парней, которые вели себя чертовски глупо, — сказал Шейн, уперев локти в колени. — Может, Генри вел себя так, как по жизни... Кто знает. Они пытались спланировать все непредвиденные обстоятельства, но иногда что-то выходит из-под контроля и происходит то, чего не ждешь.

— Так херово, — я покачал головой.

— Могу сказать тебе больше, — Шейн посмотрел мне в глаза. — Они сделали все возможное, чтобы его спасти. Они бы не позволили этому произойти просто так. Парни, с которыми он был, изо всех сил пытались ему помочь.

— Хорошо, — я тяжело сглотнул.

— И он был не один.

— Хорошо, — я опустил голову к Ариэль и закрыл глаза, когда в носу начало покалывать.

— Ты в порядке? — через какое-то время спросила мама, положив ладонь мне на затылок.

— Да, — прохрипел я, кивнув.

— Я люблю тебя, Абрахам, — сказала она, наклонилась и поцеловала меня в лоб. — Я бы хотела забрать это горе от своих детей.

— Я взрослый, — без особого энтузиазма ответил я.

— Ты все еще мой сын, — сказала мама и протянула руки к Ариэль. — Теперь мой черед держать принцессу. Ты единоличник.

14 глава

Анита

— Черт, Трев, мог бы сам нести эту хрень, — прорычала я в отчаянии, заставляя всех вокруг замолчать. Мой голос был таким язвительным. Но я ничего не могла с этим поделать. — Брам, Алекс, Шейн и Трев могут нести его. Вся эта чушь насчет процессии глупа. Если не хотите, чтобы почетный караул сделал это, то скажите им «нет». Конец.

Мои руки дрожали, когда я положила их на колени. Молчание становилось все тяжелее и тяжелее, пока я смотрела в пол, на котором сидела.

Мои нервы были на пределе.

Прошло четыре дня с тех пор, как мы узнали, что Генри умер, и они, наконец-то, отправили его домой для похорон. Мы должны были встретить самолет, который доставит тело Генри — в гребаном грузовом отсеке, представьте себе — всего через пару часов. А я уже почти свихнулась. Все никак не могла смириться с этим.

Ариэль вела себя хорошо. Она, казалось, не замечала, или ее не волновало чрезмерное внимание нашей семьи. К моменту, когда нужно было укладывать ее спать, она все еще была девочкой-лапочкой. Никакой суеты, ничего. Словно чувствовала, что больше я не выдержу.

Но Брам спал в моей постели каждую ночь. Я впустила его в ту первую ночь, потому что не хотела оставаться одна. И мысль о том, что он будет один, также была невыносима. Теперь же, когда Алекс приехал домой, я предполагала, что смогла бы немного дистанцироваться.

Но ошиблась.

Брам все больше занимал мое личное пространство. Он приходил ко мне домой, и я впускала его — а как же иначе? Я любила этого болвана и знала, что ему больно. Поэтому не могла его прогнать.

Однако каждый раз, когда он перекатывался ко мне и обнимал за талию, я чувствовала, что еще более отчаянно нуждалась в том, чтобы побыть одной. Я держалась из последних сил, чтобы, едва проснувшись, не разрыдаться и не выплакать все глаза. Ведь нужно было что-то делать, что-то планировать, с кем-то видеться. Первая неделя после потери близкого человека наполнена сочувствующими людьми и встречами, и никогда не было времени лишь на себя.

Я знала это.

Хотя когда ночью возвращалась домой, мне бы следовало отбрасывать все прочь и предаваться горю. Но я не могла сделать этого. Не могла сделать это, когда настороженные глаза Брама встречались с моими, когда я открывала входную дверь ему снова и снова. Не могла сделать это, когда он каждую ночь вздрагивал за моей спиной, почти дрожал, пока не проваливался в сон. Не могла сделать это, когда просыпалась утром, а он был в комнате Ариэль, меняя ей подгузник, и тихо говорил с ней обо всем и ни о чем.

На меня не было времени. И вот, когда я сидела на полу, слова сами собой слетели с моих губ, и теперь мне стало еще хуже.

— Господи Боже, Ани, — устало пробормотал Шейн.

Я с трудом сглотнула.

— Мне это нравится, — сказала Элли дрожащим голосом. — Вы, парни, таскали его на спине годами, по большей части потому, что он запрыгивал на вас, пытаясь вам досадить. Теперь понятно, почему вы понесете его.

У меня перехватило дыхание.

— Анита, — произнесла Лиз, заставляя мое тело напрячься, — на кухню.