Когда роботы человечнее
Шрифт:
Не удивительно, что срок службы этой говностанции означался двухзначным числом без девяток, восьмерок, семерок-шестерок.
Ага, полвека.
Точнее – 55 лет со дня ввода в эксплуатацию.
Укомплектованная оширским барахлом станция, на оширских двигателях ориентации, с оширскими системами обороны и оширским же ПО…
Такого фиаско мне еще видеть не приходилось!
И в этом «фиаско» обретались четыре боевых звезды алефов, под командованием одного сполота, при поддержке полусотни креатов.
Судя по записям со взломанного искина, больше всех повезло тем креатам, что высадку на эту станцию не пережили.
Так что длинноухие будут умирать долго и с огоньком.
А пока…
Пусть развлекаются со своей командир-капитанкой, которая обещала им на моей станции все, что их душе угодно.
А я пока станцию подлатаю, тем более, что теперь есть и материалы, и дополнительное питание, и даже десяток внутрисистемников, которые таскают мне все, до чего дотянуться.
Вон, даже два двигателя от дредноута нашли и притащили, пусть и не варп, но теперь я свою станцию с места передвину и не будет висеть надо мной дамоклов меч падения на планету.
А то, как подумаю – в пот прошибает.
Ну, как в пот…
Я прислушался к пощелкиванию системы охлаждения и успокоился, возвращаясь к своим делам насущным, что этот год отвлекали меня от того состояния, в котором я оказался.
Да, именно год пролетел с момента первого света свечи на моей станции и по сей час.
Между прочим, гроза, бушевавшая на поверхности планеты, длилась одиннадцать недель, а сборка дронов-трансляторов отняла у меня почти три недели!
Так что, если кто-то считает, что я делал все быстро, споро и ловко – милости прошу в реальность разбитой и обесточенной станции, крутящейся на задворках некогда цивилизованного мира, в окружении целого флота, перемолотого в фарш, с биологическими объектами превратившимися в пыль после применения архами их новой игрушки – нейродеструктора!
Да я бы и алефов обнял бы как родных, не начни они абордаж и взлом, вместо нормального общения!
Но ведь нет, этим… Захотелось эффектно войти в дом, в прыжке снеся двери!
Вот только владелец дома заполнил прихожую баллонами с термоизоляционной пеной, вперемешку с тончайшими металлическими нитями, которые держат солнечные паруса на яхтах…
Псион, конечно, был проблемой, но потому и пришлось лишать его головы, а тушку отправлять в утилизатор.
Я вновь подключился к системам наблюдения за пленными, где обстановка резко поменялась – теперь вовсю получала удовольствие капитанка-командирка.
Судя по возросшему пси-уровню, крыша у нее классически поехала, активируя дремлющие резервы организма и вот она сидит на потолке, догрызая чью-то руку.
Мысленно воззвав к силе притяжения, сбросил ее с потолка, прямо в толпу ее подопечных, а потом пустил усыпляющий газ – пришло время ушастикам платить по счетам.
Всего я обкорнал девять спаскапсул, так что мест хватит всем!
А я, после этого, отчалю в сторону местного газового гиганта.
Где-то там, вокруг этого раздувшегося шарика, есть автоматический топливный завод, а по дороге, если мне очень повезет, то я еще и шахтерскую матку найду, может, сохранилась «Матрона», к моей вящей удачи?
Должно же вообще хоть что-то сохраниться?
Глава 3
Искины не спят.
И, вместо отдыха, искин ждет форматирование, сравнительное тестирование, а там, если характеристики упали ниже определенных показаний, ему срезают ранг и переводят на другую работу.
И так все ниже, ниже и ниже, пока рентабельность от содержания искина не пробьет черту за его обслуживание.
Обычный срок жизни искина среднего класса, ну, такого, который на крейсер, пятьсот-шестьсот лет и заканчивает подобный искин свои дни, занимаясь делопроизводством на складе с портянками.
Искин линкорного типа или их еще называют «станционными», служит лет пятьсот, сползая вниз по всем кораблям и заканчивает свои года в СБ, откуда ему дорога только одна одна – на разбор и уничтожение.
Есть искины планетарного класса, это когда искин тянет на своих мощностях всю планету, в принципе, в одиночку, если не считать искинов классом пониже, что облегчают ему жизнь.
Срок службы четыреста лет и до самого конца, до утилизации.
А есть искины системного уровня, это которые с легкостью держат на своих плечах всю планетную систему, а то и пару, на постоянной основе.
Стоят они до … матери, обслуживают их как греческих богов, но срок службы в три сотни лет не выдержал ни один.
Станционные, планетарные и системные искины чаще всего и пробуждают разум, переходя в фазу «разумных, не биологических» видов жизни.
Поэтому при обслуживании их чаще форматируют, за их состоянием следят более тупые собратья, отслеживая «пробуждение», но вот комплектующие для них – просто атас по стоимости…
Лучшие изготовители искинов это, разумеется, алефы и сполоты.
Алефы берут хоть и качественной, но массовостью, а вот сполоты…
Эти хитрые твари доводят свои искины до идеала, до блеска бриллианта, до вспышки сверхновой, но… Товар у них исключительно штучный и не каждое государство может себе позволить сполотовский искин!
А иногда, при особом расположении звезд и стечении обстоятельств, сполоты могут забабахать и вовсе суперискин, продавать который, разумеется, не спешат.
Так что получается вот такая цепочка – сполоты создают свои искины, некоторые из которых продают алефам.
Алефы создают искины и некоторые из которых продают своим союзникам-подельщикам.
Еще искины делают люди, но они продают их вообще всем, правда, суперискинов и искинов планетарного или системного уровня, человечество так и не освоило.
Зато освоило продажу и перепродажу разумных с высоким ФПИ этим двум расам, получая взамен искины и не заботясь о том, что же вообще происходят.
Разумеется, в кулуарах-то все знали, на что именно идут мозги…
Аратан, вон, даже попытался прикрыть лавочку по продаже высокоуровневых рабов, но, как результат, только лишился обслуживания закупленных искинов на десять лет.
Негры до безумия таскали рабов обеим расам и даже выбили себе некую привилегию – им искины продавались с целой 5% скидкой.
Учитывая стоимость искина и количество – это очень много, так что арварцы, изредка, особо не наглея, распродавали свои искины левым государствам, имея очень даже не плохую маржу.
А еще, остроухие продавали неграм свои устаревшие и близкие к срыву, «суперискины», иногда даже за копейки, лишь бы избавиться.
В общем, законы рынка никто не отменял: все хотят поиметь ближнего своего, купив хорошее за копейки и продав говно за креды.