Чтение онлайн

– конечно. Сейчас. Барсик, будь хорошей девочкой. – пока Миша ходил за дровами я пыталась отыскать спички. Обычно они лежали в ящике в столе. Сейчас здесь какие-то рецепты, бумажки. О, вот и спички. Что ж их так прятать!? Стоп. Бумажки. Я извлекла один из обрывков и ужаснулась. Тот сон, та записка, то жжение в руке. Она была написана именно на такой бумаге, сверху были странные выемки. Сбоку было пятно, как продолжение этого. Точно такой же формы. А на этой бумажке записана какая-то схема. Самое, что странное – больше таких бумажек нет. Они все стандартные, белые и только эта отличается. Нужно спросить у бабушки, а пока эту спрячу к себе.

– Даш, столько дров хватит?

– да, думаю, да. Ты, может быть, затопишь? – я сделала грустные глазки и протянула коробок спичек.

– давай.

– Миш, я хотела у тебя спросить. Мне Леша рассказывал что-то про проекции. Не помню, как они называются… вот, черт. Старость не радость, маразм не оргазм!

– иллюзионные?

– точно, спасибо. Ну, так вот. Один раз я была помещена в такую проекцию, и там у меня в руках была записка. Только я ее не прочитала, я выпала из проекции. Затем я заметила эту же записку в своей сумке, но тоже не успела прочитать. После этого она куда-то исчезла, я ее больше не видела. А сейчас у бабушки в шкафу я обнаружила это – я протянула ему обрывок. – моя записка является второй частью этого рисунка. Это 100%.

– какая-то схема… я не знаю, что это может значить, но уверен, что это как-то связано с «ключом». Нужно спросить у Маргариты Владимировны.

– что у меня нужно спросить? – бабушка проснулась

– бабуль, что это за бумажка?

– ты ее в столе нашла?

– да, извини.

– ничего страшного. Это часть какой-то схемы. Ее отдала мне чародейка в день нашей первой встречи, когда назначила нас «Святой Четверкой». Никто не знает, что с этим делать, а самое, что странное – эту чародейку никто больше не видел и не знает.

– я видела вторую часть этой схемы. Мне дали ее в иллюзионной проекции. Но потом она пропала.

– ты видела, что написано в том листке?

– нет, я не успела.

– значит, у нас есть часть схемы, но этой частью мы ничего не можем сделать. Вторая часть находится у какого-то мистера «X», он тоже ничего не может с ней сделать. Сейчас возможны два варианта событий: мы пытаемся отобрать ту часть записки, или у нас пытаются отобрать эту часть записки.

– есть и третий вариант. Мы сейчас сжигаем эту часть.

– зачем?

– так мы будем уверены, что эта информация не попадет, куда не надо. Согласитесь, что если первую часть выкрали, значит это что-то ценное, они попытаются выкрасть и вторую часть. И явно не и добрых побуждений…

– но так и мы не узнаем, что в итоге получается.

– если мы как-то скопируем это изображение? Оно уже не будет представлять собой первоначальный предмет, а значит, его магическое поле, если таковое есть, ослабнет. Они не смогут найти его с помощью геолокации.

– а если при расшифровывании этого ребуса нужен именно первоначальный листок? А у нас будет какая-то жалкая копия?

– Миша прав, мы не можем рисковать. Оригинал не должен попасть в их руки. Есть одно «но». Если Даша сама каким-то образом потеряла ту записку, или просто кто-то нечаянно взял, то сжигание этой части будет самым глупым поступком.

– бабушка, спроси у своих чародеек. Может быть они помогут?

– хорошо. Тогда сегодня пойдем на кладбище. Около могилы Бориса поговорим с ними.

– а еще Даша сказала, что слышала какие-то шорохи и скрипы сегодня ночью.

– может быть, мне просто показалось? Там фонарь на улице горе, он, наверное, скрипел.

– фонарь, с какой стороны?

– около окна с кухни.

– Идите-ка сюда. – бабушка подвела нас к кухонному окну. – что видите?

– фонарь? – для меня ответ был очевиден!

– у него обрезаны провода и нет лампы…. – о, Миша что-то новое заметил…

– и в таком состоянии он уже двадцать с лишним лет. Лампа не могла светить.

– но это точно был он, легкий приглушенный свет. Снежинки пролетали.

– будем разбираться на кладбище. Чародейки должны знать. Над этой деревней у них круглосуточный контроль.

– да ты прямо как звезда живешь! Контроль и безопасность обеспечены!

– тип того… Давайте, будите своих спящих красавцев. На часах половина одиннадцатого.

Я поплелась к кровати Пашки. Это вообще на него не похоже. Обычно просыпается раньше всех, еще до этих злосчастных петухов!

– Пашенька, любимый…

– у… - вместо ответа он подмял меня под себя и дальше спать. Животное!

– Зубов, просыпайся!

– ну, что ты орешь с утра пораньше? Дай поспать мужу!

– вот мужу дам, а ты не муж. Так, что вставай. Сейчас завтракать и расследовать тайны. Мы идем на кладбище общаться с чародейками!

– вау.

– не вижу энтузиазма в глазах, просыпаемся! Новый день настал!

– встал я, встал.

– и оденься, ибо нефига.

Пока я расталкивала своего оборотня, Миша сумел поднять Олю. Ему в этом плане проще. Взял в охапку и понес умываться. С горем пополам мы все умылись и позавтракали. Идею пойти на ужин к Алексею Максимовичу все восприняли «на ура».

Вот сейчас мы весело болтаем, одеваемся потеплее для долгой прогулки, но все это маска. Я уверена, что каждый из нас сейчас волнуется. Не каждый день поступает предложение увидеться с призраками. Меня всегда волновала проблема «Масок». Один раз я услышала цитату: «а как же вы живете во лжи? Как тогда узнавать правду? Как разбираться в мире? Как вы не путаетесь между реальностью и выдумками?». Серьезно, однажды можно запутаться, где твои настоящие эмоции, а где желаемые. Не спорю, маска иногда необходима. Но лишь из-за каких-то правил приличия, а не на постоянную основу.

– вот мы и на месте, дети мои.

– как здесь все изменилось? Как в фильмах, когда города забрасывают после взрывов, и они потихоньку сливаются с природой, она поглощает их…

– Даш, если ты еще не заметила, то сейчас все, что не мегаполис – умирающий город. Люди не хотят жить в провинциях…

– дети, довольно разговоров о вечном. Идем. Вот там, видите? – бабушка указала на место рядом с одной из могил, там возвышалось что-то вроде навеса, а под ним черная пелена….