Чтение онлайн

– Я ищу капитана Фицкларенса. Вы случайно его не видели?

Торкастер нахмурился сосредоточенно.

– Ублюдок Г...К...? 5 Нет, дорогой мальчик. Но Сент-Ли здесь. Если он сейчас не с ней, то скоро появится. Везучий ублюдок.

– Сент-Ли здесь?
– небрежно спросил Саймон.

– Разве вы не можете чувствовать ее запах?
– засмеялась мисс Роджерс.
– Вы, должно быть, единственный мужчина здесь, кто не может! Она играла во французскую рулетку, когда мы в последний раз ее видели.

– Да, дорогой мальчик, - комментировал граф, - и ангелы играют во французскую рулетку.

– Спасибо.
– С небольшим поклоном Саймон удалился, направляясь в следующую комнату. Он остановился на ступеньках, чтобы осмотреть комнату, и почти сразу заметил свою добычу.

Сент-Ли сидела прямо под люстрой в самом центре комнаты с группой офицеров в красных мундирах. Еще больше мужчин толпились вокруг ее стола. Когда они чуть сместились, соперничая за внимание актрисы, Саймон поймал дразнящие проблески: золотые волосы, розовый атлас, белый локоть на зеленом сукне. Он не хотел приближаться к ней; не хотел присоединяться к толпе людей, круживших вокруг нее, как взволнованные пчелы вокруг цветка; не хотел, чтобы его приняли за одного из ее задыхающихся поклонников. Рано или поздно, рассуждал он, ей придется оставить игровой стол, и тогда он перехватит ее.

Вспышка алого привлекла его внимание. Фицкларенс направлялся к Сент-Ли, пробираясь сквозь толпу с двумя бокалами шампанского в руках.

Саймон наблюдал, его глаза сузились, когда круг вокруг актрисы открылся, чтобы принять капитана. На мгновение он мог ясно видеть лицо Сент-Ли, невероятно красивое, и золотыe волосы, сбегающиe по спине, когда она с восхищением смотрела на Фицкларенса. Смеясь, она взяла бокал шампанского и чокнулась с его бокалом. Саймон не мог слышать ее смех, но он знал этот звук, похожий на хриплое мурлыканье кошки, раздражающий и возбуждающий одновременно.

– Господи, до чего прелестное дитя!
– Слегка повернув голову, он обнаружил, что лорд Торкастер и мисс Роджерс последовали за ним. Торкастер говорил:

– Я помню, как впервые увидел ее. Oна была дочерью Шейлока в «Венецианском купце». Это было раньше, чем вы начали играть, моя дорогая, - добавил он, поглаживая руку мисс Роджерс.

– Вовсе нет. Я была Порцией, - холодно ответила она.

– В самом деле? Тогда вы ее знаете?

Селина пожала плечами.

– Немного.

– У нее была сцена в пьесе, где она сбегает со своим любовником-христианином, - вернулся Торкастер к своему повествованию.
– Когда Сент-Ли спускалась по лестнице в своих бриджах, в театре не было мужчины, который бы ее не заметил. Несколько недель я тщетно искал эту черноволосую еврейку. Месяцы спустя я нашел ее: Корделия в «Короле Лире». Блондинка, мой Бог, и христианка!

– Ужасная постановка, - скривила губы мисс Роджерс, качая головой.

– Худший «Лир», которого я когда-либо видел!
– сказал Торкастер с чувством.
– О чем они думали? Эдмунд Кин был хорош в этой роли, но они убили Корделию! Как будто они никогда не читали пьесу. Корделия выходит замуж за Эдгара. Лир восстанавливает свой трон, a Корделия выходит замуж за Эдгара. Все это знают. Ее смерть превратила пьесy в трагедию, это не может быть тем, что задумал Бард.

Селина засмеялась.

– Но это именно то, что задумал Бард. Они изменили это в семнадцатом веке. Мистер Кин подумал, что было бы забавно вернуться к оригиналу.

– Забавно! Я не хожу в театр, чтобы видеть убитых красивых девушек.

Саймон слабо улыбнулся.

– Впервые я увидела Сент-Ли в роли Дездемоны.
– Селина фыркнула.
– Роль должна была достаться мне. Сент-Ли комедийная актриса, не так ли? Я не говорю, что она плохая актриса, просто некоторые роли слишком велики для нее.

– Этa роль сделала ее знаменитой, - сказал Саймон, пожимая плечами.

– Только потому, что мужчины вернулись с войны, жаждя голубоглазых блондинок, - обиженно продолжала она. – Все мужчины были влюблены в нее тем летом четырнадцатого. Брюнетки, как я, не имели шансa. У нее сохранилась привязанность к красному мундиру, - едко добавила она, оглядывая комнату.

– У нее всегда был самый прискорбный вкус в мужчинах, - высказался Торкастер.
– Первым был лорд Палмерстон. Потом этот чертов французик…

– О! Маркиз де Бриссак, как он себя называл, - усмехнулась Селина.

Торкастер хмыкнул.

– Он был убит в поединке, не так ли?

– Нет, мой лорд. Вы помните. Когда Наполеон сбежал с Эльбы, он бросился обратно во Францию, чтобы встать рядом со своим королем и дать себя убить. Любой мог бы подумать, что Сент-Ли его вдова, так она горевала!

– Кажется, она оправилась от горя, - заметил Саймон.

– Да, - согласилась Селина, смеясь.

Торкастер покачал головой.

– Бедняжка, - пробормотал он.
– Она могла бы иметь меня.

4 Rou'e– фр.развратный мужчина, особенно пожилой

5 ГК -  имеется в виду герцог Кларенс

Глава 4

– Нет, Клэр, прошу вас, - слабо протестовала Селия, тем не менее беря третий бокал шампанского из руки молодого человека.
– Вы обещали. Один бокал.

– Нет такой вещи, как один бокал шампанского, - по-философски заметил он.
– Посмотрите! Они сделали его розовым только для вас.

Селия подняла свой стакан.

– Как они это сделали?

– Добавив три капли кларета.

Селия засмеялась и чокнулась с ним.

– За что мы пьем?

– Конечно, за мистера Уэста, - провозгласила она, глядя на достопочтенного Томаса Уэста, на сильной молодой спине которого она сидела. При взгляде вниз у нее закружилась голова. - С вами все в порядке, Том?

– С Томом все в порядке, - небрежно заверил Фицкларенс и уселся рядом с ней. Том удивленно хмыкнул. Фицкларенс наклонился поближе к Силии и пробормотал ей в ухо.
– Вы никогда не догадаетесь, кто здесь.

– Вы правы, - сказала она, смеясь.
– Я никогда не угадаю, поэтому вам лучше сказать мне.

Фицкларенс приподнялся и оглянулся через плечо, затем поспешно нырнул вниз.

– О нет! Он идет сюда.

Она думала, что есть только один человек, который может оказать столь необычное влияние на ее друга.