Чтение онлайн

Глаза у Жанны увлажнились. Как она могла объяснить этому замечательному мальчику, что никогда не сможет испытывать к нему никаких ответных чувств? Как сделать, чтобы он понял – между ними лежит бездонная пропасть!

– Иди! Я буду тебя ждать! – сказала она ему на прощание.

Время превратилось в тягучую, вязкую массу. Минутная стрелка прилипла к циферблату. Максим, откинувшись на спинку сиденья, дремал, полузакрыв глаза. Жанна же, напротив, вся превратилась в напряженный комок нервов. На душе было неспокойно. Ожидание затягивалось. Уже полчаса они наблюдали за сквером, но к памятнику войны двенадцатого года никто не подходил. Наконец Максим сказал:

– Пора уезжать. Если твоего парнишки нет, либо что-то случилось, либо он не нашел твой заветный блокнот.

– Подождем еще немного. Буквально десять минут! – попросила Жанна.

– Не больше. Я опасаюсь, что он не профессиональный лазутчик и если попытается оторваться от хвоста, совершит ошибку, которая обойдется нам очень дорого.

Солнце опустилось за горизонт. Но яркое закатное зарево позволяло отчетливо видеть и гранитную стелу, взметнувшуюся в синее безоблачное небо, и угрюмые очертания древних мортир, которые горожане упорно называли пушками. Освещенный красноватым светом, бывший губернаторский дворец с выступающим балконом, на котором когда-то сам Наполеон принимал парад тогда еще непобедимой армии, словно волшебный корабль, раздвигал зеленые волны исполинских лип. Что-то чарующее и в то же время тревожное было в этом стремлении наплыть на красный гранит памятника, раздавить ничтожные по сравнению с дворцом мортиры. Прошло еще пятнадцать минут. Санчо не появился. Максим, не говоря ни слова, повернул ключ. Мотор послушно заурчал, шелестя шинами, и «опель» тронулся с места.

– Что будем делать дальше? – спросил хозяин, отодвигая чашку с недопитым чаем.

– Завтра позвоню Саше на работу. Если ничего не получилось, придется уезжать в никуда.

– Ты мне толком не объяснила, зачем тебе блокнот?

– Там телефон моих знакомых. У них база отдыха на берегу моря. Мне показалось, там нас никто не найдет.

– В общем, в твоем плане что-то есть. Среди толп отдыхающих нас никто никогда не заметит. Только если на том курорте окажутся мои знакомые, столкнуться с ними вполне возможно. Нам такой поворот событий совершенно не нужен. Так что зря ты отправила парнишку за блокнотом. Нагрянуть к твоим друзьям вполне можно и без предварительного звонка. А так – только подставили парня под удар. Единственная польза из разговора с ним – то, что выяснилось: пароли для электронной почты взламываются проще, чем сейфы. Ты уловила ход его рассуждений? Ни в коем случае нельзя использовать информацию, которую о тебе можно каким-либо образом получить. Ни девичья фамилия матери, ни кличка любимой собаки, ничего из твоих увлечений не должно использоваться. Идеально – бессмысленный набор символов, но и его можно раскусить с помощью совершенно незатейливой программы.

– Выходит, мой почтовый ящик тоже кто-то мог просматривать! Странно, что не подбросили Артуру компромат на меня!

– Тот, кто собирал на тебя досье, поступил умнее. Тебя оставили почти чистой, пропустив некоторые белые пятна в биографии, Артур отыскал их сам. Так даже интереснее получилось. Игорь на тебя сумел столько собак навешать! Ты даже представить себе не можешь. А уж как он старался связать смерть Ирины с тобой, просто сказка.

– Значит, меня всерьез подозревали? И ты тоже? – упавшим голосом спросила Жанна.

– Был грех. Но только выяснилось, что машину заминировали в то время, когда ты была в отпуске. Проверили информацию, все верно. Ты не выезжала из города. Значит, непричастна.

Максим оказался прав во всем. На следующий день Жанна позвонила Санчо. Он в самом деле заметил за собой слежку и не пришел в назначенное место.

– Молодец, Санчо. Ты правильно поступил. Я виновата, прости меня, можно было поступить проще. Продиктуй мне телефон, а с деньгами поступай так, как договаривались. Переведи всю сумму на счет больницы. Постарайся связаться с Юрием Дмитриевичем. Он проследит, чтобы с мамой все было в порядке.

– Значит, ты уезжаешь? – как-то очень трогательно уточнил Санчо.

– Да, Саша. Другого выхода у нас нет. Я надеюсь, у тебя все получится и ты сделаешь то, о чем я тебя прошу.

– Не сомневайся, Жанна. Ты просто помни, что я… я тебя всегда буду любить! – почти крикнул в трубку Санчо и отключился.

Жанна застыла на месте, бессильно уронила на колени руку с телефонной трубкой. Она знала, что мальчик увлечен ею, но не думала, что он решится сказать о своих чувствах, пусть даже вот так, по телефону. Вошедший Максим только покачал головой. Не говоря ни слова, положил трубку на рычаг, налил стакан холодной воды, протянул его Жанне.

– Что-то не так? – с участием спросил, глядя на побледневшее лицо девушки.

Жанна с невыразимой тоской посмотрела на него. Осторожно, стараясь не расплескать, поставила стакан на стол. Глубоко вздохнула, словно собираясь что-то сказать, но вдруг зарыдала. Максим растерянно стоял рядом, не зная, что предпринять. Наконец, он опустился на колени перед Жанной, взял ее руки в свои и принялся целовать, невнятно бормоча слова утешения.

В таком положении их застал Игнат. Какое-то время он смотрел на происходящее, затем подбежал к девушке и, почти повиснув у нее на шее, срывающимся голосом спросил:

– Тебя кто-то обидел, мамочка?

В Жанне словно что-то сломалось. Это нечаянное признание ребенка, эта случайная ласка Максима, эти слова Саши настолько потрясли ее, что девушка не в силах была что-либо сказать, только изо всех сил обняла ребенка, крепко прижала его к себе.

Первым очнулся Максим. Поднялся, шагнул назад. Посмотрел в окно, негромко, будто опасался нарушить хрупкое равновесие, сказал:

– Давайте собираться в дорогу, мои дорогие. Нечего тут засиживаться. Поедем к морю.

Бедному собраться – только подпоясаться. На сборы ушло менее часа. Еще раз, окинув взглядом жилище, так и не ставшее для них долгожданным приютом, Максим подхватил сумки и спустился к машине. Жанна расталкивала по багажнику пакеты и свертки, Игнат деловито рассовывал по салону игрушки, бинокль и прочие необходимые ему в дороге мелочи. Хмыкнув, Максим дождался, пока суета прекратится, переложил все по-своему – и только после этого скомандовал рассаживаться по местам.

Вырвавшись на простор загородного шоссе, автомобиль устремился строго на юг, размеренно наматывая на колеса километры добротного асфальта. Мимо пролетали деревеньки, поселки. На душе у Жанны было неспокойно. Сидя рядом с Максимом, она время от времени поглядывала на спутника и силилась понять, что заставило этого неприступного и в чем-то черствого человека попытаться утешить ее столь нежным и трогательным способом. Всего несколько дней назад она не могла даже представить себе, что он способен на такое! Если слова Игната согрели душу, действия его отца одновременно и обрадовали и насторожили. Никогда ранее она не думала о Максиме как о мужчине. Нет, в том, что он мужчина, она не сомневалась! Просто ни разу не представляла его и себя в одном жизненном пространстве. Все время, проведенное рядом, под одной крышей, девушка ощущала непреодолимую дистанцию, как вдруг… А что, собственно, вдруг? Она ведь никогда не интересовалась, как он к ней относится. Впрочем, не исключено, что его поведение – всего лишь игра. Достаточно искусная и умелая. Что с того, что пару дней назад он не мог начать уверенно обращаться к ней на «ты»? Привык, втянулся – и теперь вполне успешно играет роль заботливого мужа. Приятно ему это или нет, но по сценарию он действует верно. А она? Она сама дает себе отчет, что до тех пор, пока опасность не минует, ей придется оставаться вроде как женой? Ее саму устраивает подобный расклад? Не страшит ли, что когда-то придет расплата? Когда жизнь заставит принять как должное и одиночество, и отсутствие рядом сильного, уверенного в себе муж… Стоп! Об этом даже не может быть и речи! Сейчас она делает все, чтобы спасти Игната! Не более того! Что же касается Максима, она постарается не спровоцировать его на необдуманные поступки.

Шоссе вильнуло, уходя в сторону от очередного крупного города. Слева над лесом мелькнула странная, почти белая гора. Жанна даже наклонила голову к панели, чтобы лучше рассмотреть непонятное явление.

– Что там? – коротко спросил до сей поры хранивший молчание Максим.

– Не пойму! Откуда здесь гора? – задумчиво ответила Жанна, по-прежнему глядя через дорогу.

Максим на миг повернул голову, тихо ахнул и прижался к обочине.

– Игнат, смотри, что я тебе покажу! Бинокль возьми! – сказал он, открывая заднюю дверь.

Прямо перед ними на широченной просеке действительно высилась рукотворная гора. По закрепленным на могучих мачтах канатам неторопливло ползли вагонетки. Карабкались ввысь. Доползали до высшей точки и, опрокидываясь, сбрасывали на вершину горы белесую породу. Крошечные на фоне доморощенного Эвереста, скользили вниз. Туда, где их снова наполнят, чтобы, вернувшись, внести свою скромную лепту в возведение этого чуда.

– Что это? – спросила Жанна.

– Трудно сказать. Скорее всего, здесь какие-то разработки или карьеры. Сюда сбрасывают пустую породу. Но на твоем месте я бы не вдавался в технические подробности. Смотри, какая красота! – тихо сказал Максим.