Чтение онлайн

Даже само время стало как-то мягче. Всю жизнь, сколько Джон себя помнил, минуты, дни, годы были неизменными, словно раз и навсегда отмерены по линейке. Сейчас же время было гибким и податливым. Казалось, оно то растягивается, то съеживается, как будто резиновое.

Он мог видеть события прошлого, пересматривал их даже ярче и детальнее, чем в тот момент, когда они действительно происходили. На любом из этих событий Джон мог задержаться сколько угодно. Но потом ему казалось, что не прошло и секунды.

Снова и снова он глубоко погружался в события своей жизни и затем вновь возвращался к свету. Или это знакомый мир отдалялся от него? Жизнь, та единственная реальная, по его мнению, жизнь… факты, сомнения, гордость и вина, радости и страхи… все исчезало. Оставался только свет и потрясающее чувство благополучия, заключенное в нем.

Джону казалось, что он просыпается после глубокого и яркого сна. Как будто он долго грезил, а теперь звенит будильник и сон рассыпается.

Его глаза медленно привыкали к изумительному свечению, и он смог разглядеть фигуры, объятые светом. Вокруг него стояли люди! Люди, которых он знал и любил. И более того, место, в котором он находился, было ему хорошо знакомо.

«Надеюсь, ты получаешь удовольствие от путешествия?» – спросил один из его друзей. Остальные разразились смехом. Они явно подшучивали над ним. Интуитивно Джон понял, что они имеют в виду его временное пребывание в земном мире, и присоединился к их веселью.

Как же прекрасно смеяться так свободно! Он снова жил полной жизнью, жизнью без начала и конца, жизнью вечной.

Мир, в который он вступил только что, был таким же прочным и реальным, каким до этого казался мир земной, но свет все так же разливался вокруг. Живой свет. С заключенной внутри энергией жизни и чувствами. Он концентрировался в каждом живом существе, словно солнечный луч, пойманный увеличительным стеклом. Цвета там были тоже. Не только те цвета, к которым он привык на Земле, но палитры красок, никогда не виданных им прежде.

Всех его друзей и вообще все живое вокруг окружали цвета, сложенные в замысловатые геометрические узоры, причем каждый узор был уникален, не похож на любой другой. А сквозь цвета и узоры проникал звук – бесчисленные октавы звука. Джон словно мог слышать цвет. Звук был очень нежным, почти неслышным, устремленным в бесконечность. Этот всеохватывающий жизнеутверждающий напев слагался из отдельных мелодий, каждая из которых исходила от живого существа. Свет, звук, цвет и геометрические узоры сплетали абсолютно гармоничное совершенство.

Так могли пройти годы. Годы, а может, часы или минуты, определить было невозможно. Бытие было единственной реальностью. Бытие, неотделимое от мгновения, неотделимое от вечного сейчас, от жизни, заключенной во всем сущем.

И хотя этот мир был так же прочен и реален, как и тот, что остался позади, временны€х и пространственных ограничений здесь не существовало. В этом мире не существовало мнений, умозаключений и убеждений, здесь была только потрясающая радость и красота.

Спустя какое-то время в сознании Джона начали мерцать образы из земной жизни – сначала мимолетно, потом все четче и ярче. Видения людей, дорогих его сердцу, вещей, которые он хотел бы видеть и делать. И в конце концов откуда-то из глубины его существа послышался властный голос:

«Вхууушшшш, вхууушшшш…» Джон завертел головой, чтобы понять, откуда доносится этот звук. Крохотные волны разбивались о берег, шуршали мелкой галькой и снова вливались в спокойную зеркальную гладь озера. Он лежал на песке на берегу озера Мичиган всего в нескольких дюймах от берега. Он чувствовал себя превосходно, как будто после лучшего в своей жизни отдыха. Джон поднялся на ноги и осмотрелся.

На западе водной глади отражался Чикаго, освещенный чудесным красно-оранжевым солнцем. А небо! Джон не мог вспомнить, чтобы когда-нибудь видел подобную синеву. Деревья же были удивительно зелеными. С его глаз как будто спала пелена.

Он не знал, сколько отсутствовал. Годы или всего миг. Он чувствовал себя так, как будто, прожив долгую насыщенную жизнь, вернулся в места своей юности и снова видит знакомый пейзаж и при этом все вроде осталось прежним, но в то же время изменилось.

Мне все это приснилось? – подумал он. – Или я видел настоящую реальную действительность, а сейчас я снова сплю? Почему-то он знал ответ.

Джон направился домой, легкий бриз холодил его мокрое тело. Он больше не страдал от непонимания своего места в этом мире. Он увидел себя в системе космоса, увидел совершенство своего бытия.

Он вошел домой через заднюю дверь и увидел на кухне маму.

«Привет, мам», – весело сказал он.

«Привет, милый. Как поплавал?»

«Космически! – ответил он с улыбкой до ушей. – Космически!»

Что больше всего меня поразило, когда я впервые услышал историю Джона, – так это то, как сильно наши с ним путешествия похожи. Там, «на другой стороне» или в «высших сферах», как бы Вы это ни называли, мы оба видели прекрасный, удивительный свет и дивные цвета.

Джон и я видели энергию в форме геометрических узоров, и каждый узор был уникален, не похож на остальные. Джон слышал звучание узоров энергии, многие другие «путешественники» также рассказывали об этом. Мистики, кстати говоря, уже давно утверждают, что Вселенная и Сама Жизнь издают особый неповторимый звук Ом.

Я всегда вспоминаю об одном и том же, когда слушаю подобные рассказы или вспоминаю свой собственный опыт, и постоянно повторяю это на полутора тысячах страниц книг серии «С Богом»: «Мы все едины».

Все и вся создано из отборнейшего строительного материала. Я видел это Единство.

Я испытал его. Хотя Вам вовсе не обязательно видеть это единство, чтобы признать его реальность. Вам нужно лишь почувствовать его в своем сердце, объять душой. Это легко сделать. Ведь это не ответное действие, а решимость. Как любовь. Любовь – это решимость, хотя большинство из нас считают ее ответным действием.

Еще в опыте Джона меня поразило то, как он узнал, что «бытие – это единственная реальность». Это утверждение прекрасно гармонирует с тремя заключительными постулатами первой книги БСБ:

1. Мы все Едины.

2. Всего достаточно.

3. Нет ничего, что мы обязаны делать.

Все, что нужно, – это Быть. Разница между «бытием» и «деланием» такая же, как между днем и ночью. Большинство людей всю жизнь заняты «деланием». Они постоянно делают то одно, то другое, то одно, то другое, и все, что получают в результате, – это еще больше дел, чтобы сделать.