Чтение онлайн

Кевин

Вы когда-нибудь замечали, что тишина бывает слишком громкой? Она словно звенит в ушах, мешая сосредоточиться. Иногда тишина спасает от шумного города и проблем. Что, словно снежный ком, летящий с вершины горы, сливаются в один огромный белый шар и несутся прямо на тебя на бешеной скорости?

Скорость…

Это единственное, что давало возможность оказаться в тишине. Звучит совершенно нелогично, но именно так мне казалось. Когда мне становилось грустно, я надевал куртку и шлем и заводил свой байк. Ночь, дождь, пустое шоссе и тишина. Это то, что было нужно лично мне.

Но тишина, которую я слышал прямо сейчас, было иной. Словно назойливое жужжание какого-то насекомого, что кружило прямо у моего уха, не давая спать. Жужжание стало громче и прерывистей. Казалось, что теперь я слышу вой и чьё-то теплое дыхание. Открыв глаза, я тут же зажмурился от яркого света.

Чья-то теплая рука коснулась моего предплечья, и тонкие пальцы пробежались по коже, оставляя странное ощущение покоя.

Писк. Мерзкий, отвратительный писк какого-то механизма заставил медленно разомкнуть глаза. Я стоял у окна и видел собственное тело, лежащее на больничной койке.

Что за чертовщина? Как я могу смотреть на себя со стороны. Чужая незнакомая рука нежно рисовала узоры на предплечье, заставляя расслабиться. От теплых касаний стало спокойно, и я даже выдавил некое подобие улыбки, приближаясь к больничной койке.

Парень, что утопал в белоснежных больничных простынях, был моей копией, но гораздо старше. И снова касание чужой руки, но теперь ближе к шее. Мягкая, нежная кожа. Значит, рядом женщина. Я позволял ей гладить себя, не отрывая пристального взгляда от собственного бледного тела.

– Странно наблюдать за собой со стороны. Верно, Кевин? – мелодичный и очень чувственный женский голос нарушил прекрасную тишину.

Не знаю, кто она. Но лучше бы молчала. Нащупав рукой тонкие пальцы женщины, я легонько сжал их в своей прохладной ладони. Словно пытался впитать ее мистическое тепло и покой. Именно так. Она забавно хихикнула и стала осязаемой. Передо мной стояла обычная девушка. Абсолютно ничего примечательного. Маленького роста. Рыжие волосы коротко подстрижены. На лице рассыпаны забавные веснушки. Но голос, тепло и покой, которым обволакивало тело от ее слишком интимных прикосновений – все это делало девушку особенной и очень желанной.

– Какой прыткий! – засмеялась странная особа, которая, по всей вероятности, прочла мои мысли.

– Кто ты? – мой голос был неестественно тихим и хриплым, словно я мучился от жажды.

Скорее всего, так и было. Но я не хотел пить. Я хотел ее. Девушку, что прикоснулась нежно, как крылья экзотической бабочки.

– Я жнец. Работаю со Смертью, – ответила рыжеволосая незнакомка.

Глаза округлились, и я сделал шаг в сторону. Желание исчезло также внезапно, как появилось.

– Значит, я умер? – тихо спросил и поежился, словно вдруг стало слишком холодно.

– Пока нет. Но уже скоро, – нежным голосом пропела рыжая.

– Но мне всего лишь восемнадцать, – опустив голову, прошептал. – Я столько всего не успел. Почему?

– О! Так ты ничего не помнишь? Тебе двадцать пять. Семь лет, из которых ты ни разу ни пришел в себя. Лежишь безмолвный и обездвиженный. Как овощ, – девушка звонко рассмеялась, но тут же стала серьезной. – Врачи суетятся. Милые медсестры меняют тебе белье и обтирают тряпочкой.

– Замолчи, – прошептал и проглотил болезненный комок, что застрял прямо в горле. – Это просто сон. Ты лжешь. Как тебя зовут?

– Лу. Это все что я помню о себе, – девушка пожала плечами и засияла, словно огромная звезда.

Рыжая взмахнула рукой в воздушном платье, и рукав заискрился. Легкая ткань буквально парила над землей.

– Держись за руку, Кевин. Я покажу тебе, – протянула мне руку очаровательная Лу.

Пространство вокруг нее стало искажаться, превращаясь в некий серебристо-голубой портал. Она вцепилась в мою руку и сильно дернула, заставляя подчиниться.

– Закрой глаза, – скомандовала девушка. – Ты пока жив, и такой способ передвижения может вызвать тошноту и головокружение у того тебя, что лежит в кровати. Вы связаны, – и, лукаво засмеявшись, добавила, – Пока связаны.

Закрыв глаза, я вошел в огромную дыру в пространстве. Подул холодный ветер. Меня швыряло по сторонам, но я крепко держал за руку Жнеца. Ее прикосновения уже не вызывали недавних чувств.

– Мы на месте, – рыжая ущипнула меня за запястье. – Смотри, Кевин.

Открыв глаза, увидел ночной парк. Накрапывал мелкий дождь, и фонари мигали, словно в фильме. Я видел, как на светофоре остановился байк. А затем мы с Лу переместились на заднее сиденье чужого автомобиля.

Девочка лет тринадцати ругалась с отцом. Она вцепилась в руль, и автомобиль понесло по дороге. Седовласый мужчина пытался избежать столкновения, но его дочь все сильнее хваталась пальчиками за руль.

Удар. Парень на байке взлетел вверх. На секунду я почувствовал жуткую боль во всем своем фантомном теле и зажмурился. Я понял, что именно произошло. Парень на байке – это я. Вот что случилось.

Мы снова оказались на улице. Мое тело грузили в автомобиль парамедиков, что быстро прибыли на место аварии. Бледный мужчина хватался за голову, разговаривая с полицейскими. А в стороне стояла девочка. Она не кричала, не плакала. Просто смотрела на лужу крови, растекающуюся по асфальту.

– Вот так всё произошло, – прошептала Лу, открывая новый портал.

Мы снова очутились в палате. Рядом с моей кроватью сидела мама. Отец держал за руку девочку лет шести.

Удивленно взглянув на Лу, я пытался понять, кто эта девочка. Жнец улыбнулась.

– Это Лорри. Твоя сестра. В тот вечер не только ты готовил сюрприз. Его готовили для тебя. Мама хотела рассказать вам с отцом о том, что ждет ребенка, – прищурив глаза, засмеялась Лу. – Ты помнишь, куда ехал?

Закрыв глаза, я погрузился в воспоминания.

Мы с Кейтлин только окончили школу и поступили в Колумбийский. Я купил билеты в Париж и хотел порадовать свою любимую. А еще я мечтал сделать Кейт предложение у Эйфелевой башни. Вот куда я торопился. Воспоминания были призрачными, похожи на обрывки снов, которые не запомнил.

Открыл глаза и снова взглянул на маму. Она осторожно брила станком моё лицо и гладила волосы. Поцеловав в лоб, пожелала приятных снов и, взяв за руку мою сестру, которую я никогда не смогу обнять, вышла из палаты.

– Ей больно. Я почувствовал это, Лу. Я готов уйти, – обреченно опустив голову, тихо сказал я. – Я мучаю семью и себя. Семь лет между небом и землей? Неправильно все это.

На глаза навернулись слезы. Я не хотел умирать, но понимал, что должен.

– Не все так просто, Кевин, – улыбнулась девушка, проводя тонкими пальчиками по кубикам моего пресса. – Прежде чем я заберу тебя насовсем, ты должен помочь нам.