Чтение онлайн

— Садитесь быстрее! — поторопил он попутчиков. Крепыш сел. С двух сторон Филимона сжали сильные тела молодых парней. Подчиняясь обостренному чувству самосохранения, он крикнул:

— Стой! Я не еду!

— То еду, то не еду, — останавливая тронувшуюся машину, недовольно буркнул таксист.

— Сиди, — бока Хирурга чувствительно кольнули острия ножей.

— Трогай, шеф, — весело сказал крепыш. Почувствовав что-то неладное, водитель вдруг выскочил из машины. Прогнувшись в спине, Филимон дернулся вперед и резко вскинутыми локтями ударил парней по подбородкам. И сразу же нанес удары локтями по их кадыкам. Всхрапнув, оба обмякли. Нож одного чувствительно поцарапал правый бок Хирурга. Он выброшенными вперед руками поймал рванувшегося из машины крепыша за шею. Захрипев, тот вцепился в его кисти. От вокзала бежали четверо омоновцев и два милиционера. Увидев в замке зажигания ключ, Хирург быстро перелез на место водителя. Включил первую передачу и нажал на газ.

— Стой! — закричал один из милиционеров. Взвизгнув колесами, «волга» рванулась вперед. Бежавший первым омоновец вскинул автомат.

— Не стрелять! — рявкнул старший. Набирая скорость, такси стало поворачивать направо. Под пронзительный звук клаксона в нее врезались идущие на скорости «жигули».

« Яникогда не умел хорошо водить машину», — успел подумать Филимон, прежде чем «волгу» ударило о троллейбус. По инерции Хирург врезался головой в стекло. Машина влетела в бетонный забор. Подбежавшие к смятой со стороны водителя дверце милиционеры увидели скрюченное тело мужчины, из разбитой головы которого, заливая лицо, обильно шла кровь. На заднем сиденье хрипло постанывали еще двое. Выброшенное силой удара в разбитое ветровое стекло с капота на асфальт сползало мертвое тело крепыша.

Граф спрыгнул с забора и скатился в глубокую канаву. Почувствовав под собой воду, выматерился.

— Какого хрена я в Робин Гуда перековался? — спросил он себя. — Надо сваливать, пока заваруха не началась.

— Чего разлегся? — зло прошептала Ирина.

— Вот что значит детдомовское детство, — искренне загордился Виталий. Вскочил, протянул ей руку. Положив пистолет, Ира обеими руками схватила его ладонь. Помогая себе и ей, он выбрался.

— А зачем мы сюда пришли? — недоуменно посмотрел на окруженную забором дачу Зяблова Василий.

— Да так, — Феоктистов с пистолетом в руке стремительно бросился к забору. Василий рванулся следом.

— Я думаю, в Пензе Граф работал на Зяблова, — прошептал капитан. — Ведь не зря он здесь объявился. С пензенскими у Константина Федоровича накладка получилась. Кто-то из них кому-то много идавно должен. А Графа наверняка купил приятель Зяблова Редин, который в Москве создал пару-тройку филиалов банка и обменных пунктов. Очень удобно деньги отмывать. Вот он…

Выстрел за забором не дал ему договорить.

— Здесь, кажется, война началась, — бросил капитан. — Вызывай дежурную, — сунув Василию передатчик, прыгнул через забор.

Едва Виталий выбрался из канавы, как появившийся за спиной Ирины парень в камуфляже сначала удивленно. застыл, а потом, опомнившись, бросил руку к висевшей на бедре, как у ковбоя, кобуре, из которой торчала рукоятка «Макарова».Граф вскинул руку с наганом и нажал на курок. Взвизгнув, Ирина отпрянула назад. Наткнувшись на свалившегося парня, снова закричала.

— Уходи! — поднимаясь, рявкнул Граф и бросился к даче. Лихорадочно нашарив в траве пистолет, Ирина схватила его. Он успела заметить стремительно бегущего человека. Остановившись, он вскинул винтовку. Ирина подняла вытянутые руки с пистолетом и дважды выстрелила.

Услышав сзади пистолетные выстрелы, Граф упал на землю. Справа от него сухо треснул выстрел. С шумом в кусты упал человек с винтовкой.

— Он хотед стрелять в тебя, — подбегая, сообщила Ирина.

— Дергай отсюда! — заорал он. — Сейчас здесь такое начнется! В темпе сдер…

Как бы подтверждая его слова, слева и справа от них захлопали быстрые выстрелы. Срезая ветки кустарника, пули засвистели над распластавшимися на земле Графом и Ириной.

— Сучары! — вырвав у Ирины пистолет, Граф развел руки с оружием в стороны и начал стрелять.

Феоктистов выскочил из-за дерева, рукояткой пистолета ударил по голове пробегающего мимо парня. Рывком забросил его в кусты.

«Теперь-то Зяблову хана, — довольно улыбнулся он. — Отольются кошке мышкины слезы», — вспомнил он поговорку давно умершей бабушки. Услышав начавшуюся стрельбу, покачал головой. «Подожду подкрепления, — решил он. — Там, похоже, настоящий бой».

— Что это? — испуганно спросил Зяблов вбежавшего в комнату Шугина.

— Пока не знаю, — вслушиваясь, ответил тот. — Кто-то…

— Кто?! — крикнул Зяблов.

— Сейчас мы с ними покончим, — сказал Феликс.

— Черт тебя возьми! — заорал Зяблов. — Сейчас сюда милиция заявится!

— Отсюда до города почти восемнадцать километров, — бросил Шугин, — а рядом никого. Если кто и услышит, пока сумеет добраться до города, мы все закончим.

— Пошли в комнату женщин кого-нибудь, а впрочем, — Зяблов моментально передумал, — пусть их отведут в подвал к телохранителю младшей Вальки. Но смотри, — строго предупредил он. — С ними ничего не должно случиться.

— Что? — поразился прокурор. — Граф убил Зимина с женой?

— Экспертиза подтвердила это, — пожал плечами плотный подполковник. — Хотя, если говорить откровенно, я сам в это не верю. Потому что…

— Помощника Графа, — перебил его Ивачев, — который был в такси, взяли?

— Не смогли, — поморщился подполковник. Группа захвата не успела. Он сел в такси и там сцепился с какими-то уголовниками. В наколках все. В общем, мертв он.

— Товарищ прокурор, — в кабинет стремительно вошел молодой мужчина в штатском, — по звонку лейтенанта Коровина на дачу Зяблова выехали тревожная группа и ОМОН. На даче бой.

— А как kтам оказался Коровин? — удивился прокурор.

— Он сказал, что приехал туда вместе с капитаном Феоктистовым.

— Опять Феоктистов, — Ивачев посмотрел на подполковника.

— Надо туда ехать, — подполковник бросился к двери. Ивачев за ним..

— Вы слышите? — Георгий взглянул на женщин. — Стреляют.

— Наверное, нас поэтому и привели сюда, — предположила Валентина Анатольевна.

— Наверное, так, — согласился Георгий.

— Что же это? — спросила Валентина.

Феоктистов нырком бросился за пьедестал какой- то скульптуры. Пыльной строчкой по вытоптанной в траве тропинке, по месту, где он только что был, ударила автоматная очередь.