Когда желание ведьмы сбывается
Шрифт:
— Ксения! Давай перенесём твои изыскания на ниве психиатрии на потом. Пойдём. Я хочу показать тебе Алекса. В его естественной среде обитания, так сказать… — усмехнулся женский голос. — Тебе понравится! Да, по поводу галлюцинаций. Вся жизнь – это одна большая галлюцинация. Подумай над этим на досуге.
— Кто ты?
— Мое имя ничего тебе пока не скажет. Я, твой друг, Ксения. Может быть, единственный.
— Ожидаемо, — хмыкнула Ксюша. — Куда идти?
— Иди по моим следам.
Ксения посмотрела на пол: — Я ничего не вижу.
Метрах в трёх от неё на чёрном глянце пола невидимый художник нарисовал следы маленькой женской ступни.
Ксения встала с алтаря и шагнула за своей галлюцинацией.
Она долго шла по широкому коридору.
Чёрный глянец пола. Чаши с огнём в нишах. Ей казалось, что давящая на плечи тишина провожает её угрюмым взглядом.
Следы резко повернули направо.
Ответвление бесконечного коридора закончилось монументальной аркой. Чья – то рука подтолкнула её в спину.
Ксения прошла через арку. Тишина взорвалась низким гулом и странным шипением, как – будто раскалённый металл опускают в ледяную воду.
— Подойди ближе. Не бойся. Они нас не видят, — раздался над ухом знакомый уже женский голос.
Величественный круглый зал с тонущим во тьме потолком и в центре двое, сражаются на мечах.
«Вот откуда этот странный звук…» — подумала Ксения, заворожённо наблюдая за битвой двух огромных мужчин.
Это был танец смерти.
Чёрные парные мечи с ураганным гулом рассекают воздух. Загораются кроваво – красным огнём и издают громкий шипящий звук при столкновении.
Скорость, на которую переходят воины, смазывает в пространстве их движения.
— Алекс? — удивлённо прошептала Ксения.
Один из мужчин хрипит и падает на колени. По залу разбегается запах крови и горелой плоти.
Алекс перехватывает мечи и подходит к истекающему кровью воину. Его мечи гудят и переливаются алым, с них капают вязкие капли жизни противника.
Она впитывает его образ. Ей страшно, но она не может оторвать взгляд от мужчины.
Тёмные волосы собраны в высокий конский хвост.
По рукам и шее вьётся вязь татуировок, шевелящихся, как тени на стенах.
Высокие сапоги на мягкой подошве. Потёртые штаны с широким ремнём. Повидавший жизнь, кожаный жилет с застёжками на крючках и странный браслет на руке, чёрный матовый.
Алекс ударом рукояти в лицо валит мужчину на спину.
Хруст костей. Ксения на мгновение закрывает глаза, что – бы побороть подкатившую к горлу тошноту.
Он произносит что – то, на рычащем незнакомом языке, и вонзает мечи в грудь соперника.
«Травмы, не совместимые с жизнью. Сердца больше нет…» — отстранённо думает Ксения.
Булькающие хрипы. Предсмертные судороги. Тело обмякло. Тёмно – бардовая кровь растекается по глянцевому полу.
Алекс резко выдёргивает мечи из мёртвого тела и убирает в пустоту за спиной.
Он обводит зал задумчивым взглядом и уходит мимо, забывшей, как дышать Ксении в сторону арки.
В пустом зале остаётся только поверженный воин и Ксюша.
Проходит минута или пять. Может быть, час. Время остановилось.
Со всех сторон, к мёртвому телу сползается чёрная непроницаемая мгла.
Взрыв света и Ксения погружается с головой в остывшую воду в ванне…
Глава 10 Пират и ведьма или Почему вы так любите сказки?
Непредсказуемость женщины — это фундамент её сексуальности…
Очень холодно. Покалывает кончики пальцев на руках и ногах.
«Какая глубокая ванна…»
Сильные мужские руки выдернули её из воды. Мир перевернулся.
Голос Алекса что – то настойчиво от неё требует. Тошнота рекомендует расстаться с содержимым желудка.
Она честно пыталась справиться с взбунтовавшимся организмом, но вода с пеной и маслами победили.
«Прости, Алекс. Так получилось. Надеюсь, ты не убиваешь женщин, вывернувших на тебя содержимое своего желудка».
Мучительный кашель раздирает горло и провоцирует очередной рвотный позыв.
И опять. И опять. Всё тело ломит и покрылось холодной испариной. Адская головная боль мешает глубоко вдохнуть.
«Алекс, я больше не могу! Опять вода. Нет, Алекс! Нет! Я не хочу!»
Её вялое сопротивление усилило головную боль. В глазах потемнело.
Она пришла в себя в душе.
Большая квадратная душевая кабина. Алекс сидит на полу. Она сидит на Алексе, обнимая его руками и ногами. Из встроенного в потолок верхнего душа им на головы широким потоком льётся горячая вода. Стёкла кабины запотели.
Он беспрерывно что – то шепчет, уткнувшись лицом ей в волосы.
Тошнота и головная боль уступили место слабости. Привкус масел во рту напоминает о выворачивающей наизнанку тошноте. На принятие ванны и любые средства с маслами наложено вечное табу.
Ксения попыталась оторвать тяжёлую голову от плеча мужчины. Это оказалось практически нереальной задачей.
«Странно. Откуда такая слабость? Похоже на астению после серьёзнейшего инфекционного заболевания…»
— Тихо, маленькая, тихо. Прошу тебя, потерпи. Скоро всё пройдёт, — охрипшим голосом пытается успокоить её, как ребёнка, Алекс.
Он помог ей оторвать голову от своего плеча и, аккуратно придерживая, медленно встал.
— Алекс, пожалуйста, мне очень надо почистить зубы. Очень! — прошептала Ксения.
Алекс вышел из душевой кабины. Пар вырвался следом, затуманив большое зеркало над раковиной.
Анна увидела, что в чашу мраморной чёрной ванны бурным потоком льётся вода.
— Только не в ванну! Не надо, пожалуйста!
Сил нет. Но страх оказывается намного сильнее слабости. И Ксюша цепляется за мужчину, как репей, для верности намотав на дрожащую руку его косу.
Валафар замер по середине большой ванной комнаты.
Он пытался совладать с рвущимся наружу гневом. Как же он зол! На себя. На сумасшедшую богиню!