Чтение онлайн

— Мои любимые дамы, вы не возражаете, если мы слетаем до базы, заберём армор, мой любимый автомобиль, а потом организуем небольшой шоппинг-тур? — спросил Йорген у близняшек, и те быстро переглянулись между собой, хлопая длинными ресничками.

Вампирессы повеселели, улыбнулись, прижались, и одновременно чмокнули мужчину в его серо-матовые, напрочь мёртвые, щёки.

Йорген распахнул створки узкого оконца, ведущего на единственный балкон неприступного донжона замка, и, галантно придерживая истлевшую от древности портьеру, пропустил милых дам вперёд. Те важно прошествовали на покосившийся карниз, откуда незамедлительно прыгнули вниз, прямо в беснующиеся воды Даугавы. Шевалье последовал за ними. Не долетев до реки пары дюймов, троица разорвалась в чёрные брызги, обратившись роем нетопырей, что безмолвно устремился в полёт над неспокойной водой.

* * *

Опять пошёл снег. Ветра не было — пушистые снежинки торжественно падали на землю — так медленно, что можно было любоваться чудесным узором этих огромных кристаллов. Одна из них величественно опустилась на ввалившийся нос мертвеца, висящего на лохматой, распущенной веревке, и шевалье залип, втыкая в причудливое мерцание волшебных граней, но постепенно его вниманием вернулось к высохшему лицу, застывшему в немом оскале. Чёрные — от края до края — глаза вампира уставились в пустые глазницы висельника, но Йорген знал — мертвец видит его.

— Ты делаешь большие успехи, mon cheri, — заметила возникшая рядом близняшка, видимо Арманда, — Ты чувствуешь их, потому что вы — одной природы. Хочешь поговорить с ним?

Она нежно толкнула тело и то принялось раскачиваться, заунывно скрипя своей верёвкой.

— Попробую, — ответствовал Йорген.

Арманда спустилась с эшафота и направилась в казарму — оттуда уже доносились звуки грабежа — Флёр поспела к добыче раньше всех.

Йорген погрузился в пустоту мёртвых глазниц, и ему не пришлось первым начинать это странный диалог. Мертвецу надоело качаться — он вмиг откликнулся на приглашение вампира. Ему уже давно хотелось поговорить ещё с кем-нибудь, кроме нескольких своих приятелей, что болтались на соседних виселицах. Йорген закрыл глаза и сразу же увидел то, чем желал поделиться мертвец. Желала. Это полуразложившееся тело когда-то было женщиной.

Мыслеобразы мертвеца воспринимались, словно размытое фото — статичные картинки, будто мутные отражения в ржавой воде. Мертвец транслировал в сознание Йоргена всего два образа, и первый из них действительно являлся старой фотографией. Винтажными мазками бурой сепии был обозначен некий пейзаж. В коричневой мгле угадывались очертания сельского дома и высоких детских качелей. На них устроилась девочка-подросток в длинном летнем платье и громоздких ботинках. Тонкие белые руки сжимали массивные цепи, свисающие с перекладины.

Йорген вгляделся в лицо ребёнка — статика и безмолвие прекратились. Ему послышались металлический скрежет раскачиваемых качелей, шелест павшей листвы, потревоженной девичьими ногами и приглушённые женские всхлипы, а черты детского лица начали непрерывно изменяться. Девичья кожа покрылась россыпью чудовищных волдырей и язв. Они надувались и лопались, словно болотные пузыри, сочась густой слизью, а на их месте возникала паутинка шрамов, постепенно трансформируясь в сетки глубоких трещин. Кожа на лице девушки обвисла рваными лоскутьями, обнажая пожелтевший баритаж фотобумаги. Цепи качелей скрипели, силуэт девушки, сидящей на узкой скамеечке, раскачивался в двумерном пространстве, оставаясь при этом совершенно неподвижным. Неподвижными оставались и её глаза. Широко распахнутые, они смотрели вглубь себя, заполненные отчаянной пустотой.

Йорген хорошо знал это выражение глаз. Взгляд мертвеца. Йоргену нравилась эта абсолютная отрешённость. Говорящий с трупом улучил момент и, дождавшись, когда раскачивающаяся девушка приблизится к нему, сильно пнул деревянное сидение, выглядывающее под высоко задранным платьем между широко разведённых ног малолетней проказницы. Висельник, разговаривающий с мёртвым вампиром, пронзительно взвизгнул и Йоргена отбросило прочь от качелей — старое фото рассыпалось битыми глиняными черепками. Йорген упал на четвереньки возле столба с повешенным. Грубые доски эшафота, на которые опирались ладони и колени вампира, превратились в керамическую напольную плитку — её узор терялся под разводами грязи и пятнами застывшего жира. Их медленно поглощала густая, чёрно-красная лужа, растекающаяся из под его тела. Йорген наблюдал за бурым потоком пустым, неподвижным взглядом человека, только что лишившегося жизни. Это была вторая картинка; второй образ, явленный ему висельником. Вампиру понравились обе захватывающие истории, но реалистичная вовлеченность в повествование его слегка напрягла.

«Спасибо за занимательную беседу, мадам», — поблагодарил он мертвеца, — «Было весьма интересно, но сейчас разрешите мне откланяться. Возможно, мы ещё побеседуем. Позже. Я бы хотел узнать подробнее о той девушке на качелях. Кстати, вы так и не представились».

Йорген выждал долгую паузу, но мертвец безмолвствовал.

«Ну что же», — вампир мысленно пожал плечами в жесте истинного сожаления, — "Извините, но я, пожалуй, пойду."

Он подождал ещё пару мгновений, но мертвец и не думал покидать его сознание. Тёмно-багровое пятно крови, растёкшееся в его разуме, изменилось. Выцвело, превратившись в поверхность старой фотографии. Багряная сепия. Ржавые тона. Двухэтажный сельский дом, высокие качели, девушка в старомодном платье.

Йорген попытался избавиться от образа, как избавляются от дурного сна. Нужно лишь проснуться. Но проснуться не получалось. Мертвец в его голове злорадно заверещал. Девушка на качелях начала раскачиваться, отталкиваясь от земли носками громоздких ботинок. Павшая листва поднялась с земли, закружилась в рваном вихре и наотмашь ударила Йоргена по лицу. Тот отшатнулся и повалился на бок. Видение закончилось. Вампир смог открыть глаза и увидел, что он и правда лежит на боку. Перед его носом неспешно качались истлевшие пятки висельника.

— Ну, как ощущения? — мило спросила у него одна из близняшек, стоящая возле поверженного кровососа.

— Это ты.... — начал было Йорген, но девчушка опередила его с ответом.

— Да, шевалье. Простите, но это именно я прервала вашу захватывающую беседу. Почувствовала неладное и вернулась.

Она качнула висящее на верёвке тело.

— Иначе она бы замучила тебя. Цель разговора была научить тебя сопротивляться чужой воле. Не слабой, человеческой воле, а противостоять весьма могущественным сущностям. Было смело с твоей стороны начать с ней разговор.

Девушка вновь качнула мертвеца.

— Это ведь ты её убил. Помнишь?

Йорген помнил. Он кивнул в ответ.

— Ладно, пойдём отсюда, мы уже закончили. Посмотри, баронесса возвращается с добычей.

От дверей казармы к ним направлялась Флёр. Девушка несла несколько бронежилетов и явно была чем-то расстроена.

— Арманда, — позвал Йорген, разобравшись наконец-то с личностью своей спасительницы, — Что это было? У меня есть свои предположения, но я бы хотел услышать твоё мнение. Я говорю про видения. Ты же знаешь, что она мне показывала?

Йорген уважительно покосился на висельника.

— Конечно знаю, шевалье, — безмолвно ответила ему Арманда, кривя губы в коварной улыбке, — Умершие насильственной смертью всегда твердят об одном и том же. Их старательно мучает то, что они любили при жизни, и изощрённо кошмарит воспоминание о самом моменте своей смерти.

Рассерженная Флёр поднялась по лесенке на эшафот.

— Вы только посмотрите, что происходит, — заявила баронесса, швыряя к ногам соратников пару бронежилетов. Один остался у неё в руках.