Чтение онлайн

Кабинет Резиденции Генерального Консула был отделан панелями из тёмного дерева. Помещение вполне соответствовало унылому настроению Вольфганга Хаузера. Он сидел в кресле с прямой спинкой у длинного стола из калджуджатового дерева [43] , привезённого Деницом с Лаут Безара. Низко опустив голову, лейтенант уставился невидящим взглядом в угол комнаты.

Он чувствовал присутствие Суартаны, но не поворачивался к индомейцу. Сержант беспокоился о его раненой руке, но Хаузер отмахнулся от его вопросов. Вот и теперь уже долгое время они молчали, тишину нарушала лишь сирена «скорой помощи», увозившая Эриха Нойбека.

Прошло несколько тягостных минут, прежде чем появился Дениц. Хаузер с надеждой взглянул на дипломата, но Генеральный Консул только покачал головой.

— Плохие новости, Вольф, — медленно проговорил он. — Время упущено. Теперь его уже не оживить.

Слова Деница развеяли последнюю надежду, которая слабо теплилась в душе Хаузера. Медицина таких миров, как Робеспьер, могла в буквальном смысле творить чудеса, даже страшная рана, которую он нанёс майору Нойбеку, не смутила бы медиков отделения регенерационной терапии. Но они не сумели выполнить основное условие — вовремя доставить пострадавшего в госпиталь. До прибытия «скорой помощи» раненого необходимо было поместить в регенерационную камеру, которой в Резиденции не нашлось. Теперь рассчитывать не на что. Эрих Нойбек мёртв.

— А что с его братом? — спросил Хаузер, пряча глаза.

— Вальтер остался с телом. Он одержим идеей свести с вами счёты. Они были очень близки.

Хаузер хмуро кивнул:

— И что он собирается предпринять? Пошлёт мне вызов? Или обратится к закону?

— Едва ли он найдёт там сочувствие. Нойбек спровоцировал вас, — ответил Дениц. — Любой суд уро оправдает ваш поступок, поскольку майор попрал существующие традиции. Вы защищали свою честь, он же продолжал оскорблять вас.

— К сожалению, мы не на Лаут Безаре, здесь не будет никакого суда уро, — хмуро заметил Хаузер. — Я имею представление том, как на Робеспьере относятся к аристократии.

— Но оскорбление вам было нанесено на территории нашего государства, — возразил Генеральный Консул. — У властей Робеспьера нет юрисдикции… но на планете нет института власти Лаут Безара, куда Нойбек мог бы обратиться с жалобой. Дело может быть оспорено в военно-полевом суде, однако широкая огласка непременно затронет интересы нашего общего знакомого фон Падапг Тенгаха.

— Который, если мне не изменяет память, женат на одной из представительниц рода Нойбеков, — закончил начатую дипломатом мысль Хаузер.

— Более вероятно то, что решит послать вам вызов от своего имени, — продолжал Дениц. — Но Вальтеру ох как далеко до мастерства братца. Вы, пожалуй, легко одолеете его на дуэли.

Суартана хрипло заметил:

— Может быть, вы и победите, туан, но ведь вы понимаете, что на этом не закончится.

— Да уж, — Хаузер откинулся на спинку стула. — В обширных родственных связях среди высших военных у Нойбеков найдётся не один десяток приверженцев, не исключая даже самого полковника.

— Кроме того, Паданг Тенгаха едва ли обрадует, если между вами и рядом офицеров возникнет непримиримая вражда. Вы ведь знаете, что клан Нойбеков способен превратить этот инцидент в открытую вражду. Все поединки будут вестись насмерть… а не до капитуляции. Поэтому вы либо погибнете на дуэли, либо вынуждены будете убивать офицеров одного за другим, пока полковник не решит предать вас военно-полевому суду.

— Не стоит также забывать и о том, что фрайгерр Нойбек не всегда выбирает достойные методы, — несколько смущённо, но решительно добавил Суартана. Индомейцы обычно избегали подвергать сомнению честь любого уро, но смысл слов сержанта был достаточно очевиден. — Если обер-лейтенант действительно решится мстить вам, туан, то может запросто устроить засаду с кем-нибудь из верных людей.

— Вальтер Нойбек — человек чести, — возразил Хаузер, но предостережение верного слуги принял к сведению. — Однако альтернативы нет…

В душе он ругал себя за несдержанность, заставившую его броситься на Эриха Нойбека. Его поступок перечёркивал все, во что он верил. Вольфганг Лари Хаузер фон Земенштейн-Бурат погубил больше, чем просто человеческую жизнь. Честь, репутация, как его, так и его рода, умерли на выложенной камнем площадке вместе с майором.

— А ведь я предупреждал вас, Вольф, — сказал Дениц. — Вы слишком беспокоились о позоре трусости, но то, чего вы добились, ещё хуже. Неизмеримо хуже.

Хаузер поднял голову и заглянул в глаза пожилому дипломату.

— И что же вы можете предложить мне, фрайгерр Дениц? — тихо спросил он. — Что бы вы сделали на моем месте?

Тёмные глаза Генерального Консула сделались грустными:

— Здесь для вас, Вольфганг, больше ничего не осталось. Дом, семья… всего этого уже нет. Если вы останетесь и начнёте сражаться, защищая своё имя, этим вы только приговорите себя к смерти, а мне очень не нравится, когда кто-то бесцельно теряет жизнь.

— Так что же тогда? — спросил Хаузер.

— Покиньте Робеспьер. Оставьте все это… и найдите новое применение своей жизни. Вот мой совет.

— Так просто взять… и забыть про свою честь? Про доброе имя моей семьи? Не уверен, что смогу пойти на это.

Совет Деница противоречил всем жизненным убеждениям Вольфганга Хаузера.

— Иначе вам предстоит умереть. Неужели вы не поняли? Неважно, как вы умрёте — на бесцельной дуэли, по приговору военно-полевого суда или же в одну из ночей на вас нападёт шайка бандитов. В любом случае вы умрёте. Так что ещё раз повторяю — уезжайте. И побыстрее.

— Но деньги и связи фон Лембах-Террангов позволят им найти моего господина практически где угодно, — вмешался Суартана. — Безопасно ли нам оставаться в пределах Содружества?

Дениц задумался.

— Хороший вопрос, Суартана. Очень разумный вопрос. — Долгое время он молчал. — Есть только один вариант, над которым вам и стоит задуматься, Вольфганг, — наконец заговорил он, начав издалека. — Но он в корне изменит вашу жизнь.

— Похоже, все, что я делаю, меняет мою жизнь именно таким образом, — невесело улыбнулся Хаузер. — Так что же это такое?

Дипломат несколько секунд молчал. Затем он тихо продолжил:

— Есть на свете место, куда люди могут бежать от своих проблем, где они имеют шанс стать совсем другими, если пожелают. Это — военная единица Содружества Земли, но она принимает в свои ряды всех, кто подходит её требованиям. У них очень жёсткий отбор… но, думаю, вы им подойдёте… если, конечно, захотите попробовать.