Чтение онлайн

Говорить что-то, доказывать смысла не имело. Рони поднялся и прошел на площадку, где Ингрид с благосклонной улыбкой протягивала кристалл «крови» Ратику. Рони сегодня оставался на голодном пайке.

В последний момент хозяйка отдернула руку, поманила Ратика к себе и вставила кристалл в паз ошейника сама, затем развернула рыжего и позволила поцеловать себя в шею. Рони передернуло от еще большей несправедливости и толики ревности. Ингрид любила развлекаться со своими кэтасами и обычно предпочитала Рони, но в этот раз отдала предпочтение Ратику. Только Рони не понимал, в чем провинился, за что она подставила его и наказала? Чтобы не зазнавался после череды успехов? Может, провинился в чем-то, о чем и не догадывается?

– Ты слишком непредусмотрителен и доверчив, мальчик, – проворковала ему Ингрид и обвила изящной рукой плечи довольного Ратика. – Всегда будь начеку, не доверяй никому, даже самым близким. Идем, милый, – сказала она рыжему и небрежно добавила слугам, указав на Рони. – В холодную его.

Ксай проснулся в холодном поту и резко сел…

Из-за чего началась драка? Слово за слово, как всегда. Но причины уже не имели значения, нужно останавливать, пока не произошло чего-то непоправимого. За этот год в академии стычки с Тассаром Ронароном стали чем-то привычным. Если в первые два года у них с братом получалось избегать крупных ссор с наследником Асфаноры самим или с помощью Ратика… Ксайрата, то теперь он словно бы приноровился или подсказывал кто. Исключительно словесные перепалки вначале знакомства сейчас неожиданно для всех переросли в полноценную драку. А ведь Рони... Ксайрон… княжич Ксайрон! до последнего надеялся наладить отношения. Увы, совсем недавно ему явилось очередное предсказание, на редкость масштабное, оно состояло из видений нескольких временных отрезков, чем принесло намного больше боли, нежели прежние. Из него он узнал, что вражда прекратится, только до этого еще очень далеко.

А сейчас они с братом остались вдвоем в окружении пятерых более рослых и сильных противников. Ксайрат, только что шедший рядом, куда-то испарился. Близнецы стояли спина к спине в центре коридора и готовились к знатной взбучке. Какое же приятное непривычное ощущение – рядом кто-то родной и близкий, он всегда прикроет, всегда поможет, никуда не сбежит и никогда не предаст… Как же тепло и спокойно…

Просто убежал почти-тезка или за помощью взрослых, не имело значения, он все равно не успеет. Нужно что-то срочно придумывать.

– Как долго сможешь держать барьер против четверых? – тихо спросил Ксай.

– Не больше полуминуты, – голос… такой родной, что сладко заныло в груди…

– Тогда пни Тассара ко мне и поставь. Сможешь?

– Лови, – Ксантар азартно усмехнулся и неожиданно исчез в вихре теней и магии.

Появился он через мгновение за спиной Тассара и со всей силы толкнул его, более высокого и тяжелого, на брата. Один из задир попытался поймать Ксана, но наткнулся на барьер, что пошел серебристой волной. Ксантар же уже стоял внутри и нахально улыбался – его замечательный брат, самый веселый и самый надежный.

Тассар не успевал затормозить и принять защитную стойку. Вместо этого он сжал кулак и направил его в лицо Ксайрона. Чего-то подобного княжич и ждал. Он увернулся, пропустил противника вперед и лягнул под колено, а когда тот упал, навалился сверху и прижал лицом к каменному полу, не позволяя подняться.

– И что теперь? – не совсем внятно, но с издевкой уточнил Тассар, не оставляя попыток скинуть с себя Ксая.

– Теперь мы знаем, что один на один мы равны, – пропыхтел Ксай и создал острый осколок льда перед глазами Тассара. – Отзови их. Ты же понимаешь, чем все закончится.

Тассар понимал, иначе князь Дома Ронарон не сделал бы его своим преемником. И сейчас приказал друзьям, будущей стае, отступить, пока никто не успел наделать фатальных глупостей.

– Мы тут закончили? – Ксайрон поднялся с него и подал руку, одновременно развеивая ледяной осколок.

– Ты же не ждешь извинений, – Ронарон поднялся сам и одернул одежду.

– Нет. Хочешь услышать предсказание?

– Нет, – раздраженно проворчал Тассар и, развернувшись на каблуках, ушел со своей свитой.

– Что за предсказание? – Ксайрат появился так же неожиданно, как и исчез. – Ты так лихо его приложил!

– Я-то приложил, а где был ты? – Ксайрон проигнорировал вопрос почти-тезки в надежде отвлечь его своим, а в душе поднималось раздражение.

– Наложил иллюзию, собирался напасть, когда начнется месилово, – с абсолютно ясным взглядом ответил рыжий. – Так что за предсказание?

– Наложил он, да, – тихо, чтобы слышал только брат, мрачно произнес Ксантар.

– Предсказание для него, не для тебя, Ксайрат. Идем, опоздаем на занятие.

Что-то выдернуло его из сна, приятного, давно ему такие не являлись. Там он был настоящим героем, находчивым, остроумным… и не одиноким. Волна тепла медленно исчезала, оставляя тоскливую горечь. Рони знал ее, она всегда сопровождала видения во время жажды. Только он ее не испытывал, так неужели же… Холодный пот на груди и лице вернул в действительность. Серую и холодную действительность в каменной пустоши, где они оказались после выхода с тропы.

– Эй ты чего? – недовольно проворчал Рони. – Мне в кои-то веки хороший сон приснился.

За последние дни они выяснили, что сны видят разные, но засыпают одновременно. Не получалось устроить так, чтобы один отдыхал, а другой сторожил, даже если бодрствующий не будет двигаться.

Ксая такой расклад очень смущал. Получалось, что хоть личностей две со своими мыслями, желаниями и даже снами, но сознание все равно одно. Так что же будет, если одна личность уничтожит другую? Неужели…

– Чего молчишь? – прервал Рони ход размышлений. – Чего тебе такого приснилось?

– Словно я тренируюсь, – нехотя ответил Ксай. – Побеждаю, но у меня забирают победу и отправляют в карцер. А Ингрид идет с Ратиком… кхмм…

– Куда? – с веселой заинтересованностью подтолкнул его кэтас, словно уже знал ответ.

– Заниматься любовью… – смущенно пробормотал он.

– Любовью? Ха! Чпокаться они пошли – так это называется, могу сказать грубее, – расхохотался Рони, но резко оборвал себя и добавил серьезно. – Это было на самом деле. Меня учили не доверять никому, кроме себя самого.

– Жестоко, – нахмурился Ксай и, пожалуй, впервые посочувствовал своему созданию, осознал, на какую жизнь обрек его. – Что приснилось тебе?

– Стычка с каким-то Тассаром. Я был не один. Мы победили, – тихо добавил Рони. – Брат. Теперь я понимаю, почему ты так стремишься домой. Такое странное ощущение. Только это твой брат, не мой, – встряхнулся он и заговорил жестче. – Я одиночка, меня таким создали на тех самых тренировках. Мне никто не нужен. И раз мы пока в безопасности, давай уже разберемся. Ты мне надоел.