Чтение онлайн

– Что происходит, братья? Я желаю быть драконом и никем иным! Наше славное племя просуществовало тысячи лет вполне благополучно, почему же теперь оно должно исчезнуть? Жили, жили, не тужили... вдруг - на тебе! По воле выжившего из ума маразматика... не надо шипеть на меня, генерал Драполеон! Я повторяю: по воле выжившего из ума маразматика, который из-за своего гастрита вообще не может питаться ничем, кроме овсянки, а про драконесс я вообще уже не говорю, наш народ лишен всех своих естественных прав! Да где же это видано, чтобы дракона заставляли есть сено? Чтобы ему запретили вольно охотиться в южных степях? А тут еще выясняется, что эти самые проклятые ангелы бесполы, размножаются непонятно как! Так что же теперь прикажете? Я не умею размножаться неизвестно как! Наш народ вымрет в течение ближайших ста лет от вегетарианской диеты и ангельской морали. А соседи нас засмеют!

– Ты прав, брат, - роняя скупую слезу, сказал Драполеон.
– Я вчера хотел удавиться. Приехал в казармы "Альфа", вышел на плац и глазам своим не поверил. Гарнизон стоит тройным каре, трепещет белыми крылышками, в лапах - лютни, и противными такими голосами псалом поют. Последние времена пришли, конец драконству!

– А вокруг короля вся эта драфимовская банда вьется, - мрачно наябедничал Секретарь-Советник и высморкался в платок размером с простыню.
– В оба уха дуют: ах, Ваше Великое Змейство, до чего же вам идут эти дивные крылышки, этот сияющий нимб над гордым челом!

– Какой нимб? Что ж, старикан от постной жизни уже светиться начал?

– Да нет. Проволочный нимб, с алмазами. Каким-то манером над головой укрепили ему, а старик радуется, как дитя. А они ему: вы у нас уже почти что серафим. Скоро архангелом обзывать начнут. Старик тает, во все верит, честно овсянкой и цветочками питается. А эти... Иду вчера мимо кухни, смотрю, окровавленная баранья шкура валяется. Ага, думаю себе. И как бы случайно попадаю на ужин. Что вы думаете? Мясо трескают! Я прямо онемел от такой наглости. А Драфим мне в глаза нежно смотрит, под локоток берет и блеет: это, мол, вовсе и не мясо, как вам, может быть, показалось. Это новый синтезированный продукт, а все трапезничающие - добровольцы, жертвующие своим здоровьем для испытания сего продукта, которым вскорости завалят драконов, если эксперимент завершится успешно. Чего он мне вкручивает? Что я - мяса не видал?

При слове "мясо" все судорожно сглотнули слюну.

– Ну, в таком случае я вообще не понимаю, зачем это все Драфиму понадобилось?
– взъярился один из членов Лиги.

– Да как же! Он старику потакает в его новой блажи, старик академика к себе приблизил, он теперь первый у короля советчик. С-специалист по ангелам...

Глаза Драполеона зажглись мрачным огнем жажды убийства, сине-стальные когти медленно обнажились. Плохо пришлось бы Драфиму, окажись он здесь.

– Более всего удивлен я, судари мои, почему молчит народ? Неужели ему нравится жевать на завтрак лебеду, видеть и своей драконессе не супругу, а товарища по ангельству? Неужели клыки затупились, когти не чешутся? Драпир обожал выражаться красиво.

– Черт его знает, феномен какой-то. Понимаешь, брат, толком опомниться никто не успел. Да и прикинь: тысячу лет правит страной Дракороль Восьмой. Ну, привыкли мы к нему. А когти, между прочим, чешутся. Капрал из патруля недавно проболтался: не так все гладко и спокойно, как нас уверяет "Утренний пророк", да и остальные газеты. Капрал помятый какой-то был. Ночью говорит, пытались взять какого-то дракона на окраине. Застукали, когда он терзал украденного из зоопарка тигра - с голодухи и не на такое польстишься. Ну, патруль кинулся на бедолагу. А тот, с большого отчаяния, капрала помял, патруль раскидал, да и был таков.

– Вот! Есть герои! Пока живы такие, как этот доблестный незнакомец, дух драконства не умрет!

– Да подождите вы, Драпир, оды тут петь. Это еще не все. В провинции Кобра восстание.

– Ч-то? А чего ж мы тут сидим?

– Ну... восстание - это громко сказано. Но отряды ангелизации натолкнулись на серьезное сопротивление тамошних жителей. Народ там полудикий, он вообще не понимает ничего про ангелов. А вот то, что охотничьи угодья отняли - это он понимает. Заварушка там. И в провинции Боа, и в провинции Игуава...

– Плохо дело, драконы. Это гражданская война. Вегетарианская диета, ангельская мораль и гражданская война! Более ничего не надо для уничтожения вашего древнего племени... Конец...
– и Драпир уронил свою многодумную голову на стол.

Расходились, подавленные. На крыльце Драпир долго разминал крылья для взлета. Его внимание привлек осторожный шорох в терновнике возле дома. Писатель вгляделся.

Лавируя меж колючих кустов, от дома во весь дух улепетывал небольшой крокодил.

"Лазутчик, - холодея, подумал Драпир.
– Эх, прошляпили..."

Догнать крокодила Драпир не мог - тот бегал быстрее. Достать шпиона с воздуха тоже было невозможно - уже стемнело.

Драпир не полетел домой, а отправился к знакомой драконице пить запрещенное вино и ждать ареста. У него хватило благородства известить Драполеона и Секретарь-Советника о том, что Лига, по-видимому, накрылась. На что совершенно озверевший Драполеон зарычал, что все это ему до смерти надоело и лучше умереть в честном бою за правое дело, чем пресмыкаться подобно презренному ужу. После чего умчался в казармы поднимать армию.

Умереть в честном бою Драполеону не пришлось. Гарнизон казармы "Альфа", выведенный из строя пением псалмов и сильно ослабленный пайком из горного сена, к сражению оказался непригоден. Его окружили, ловко разделили, надавали каждому мятежнику по ушам и загнали обратно в казармы. Воевали "Ангельские роты" здорово, как архистратиг Михаил...

Генерала же скрутили и доставили в дворцовые подвалы. Дальше - дело известное. Мятежника надлежит допросить с пристрастием и вывести в расход. Но с первых же минут допроса возникла проблема: пленный не желал отвечать, только дьявольски ругался. А применить к нему пытки не было никакой возможности. Как прикажете пытать бронированного чешуей дракона? Да чихать он хотел на металлические предметы и пылающие угли. В некотором затруднении палачи оставили свою жертву на время в подвале. Пока часовой запирал дверь, капрал высказался, что, мол, ангелы, - это, конечно, хорошо, но неплохо было бы и адом поинтересоваться: как у них там со строптивцами разговаривают?

Именно этой задержкой объясняется, видимо, то, что за Драпиром и Секретарь-Советником, равно как и за другими учредителями Лиги, на следующий день никто не пришел. Но зато, когда полумертвый от страха и неприятных предчувствий СС приполз во дворец для несения службы у порога Его Великого Змейства, к нему с обычной ласковой улыбкой подошел Драфим и сказал:

– Что-то вы плоховато выглядите, милейший. Наш повелитель в неизреченной милости своей изволил обратить на это обстоятельство свое высокое внимание. Он даже советовался с лейб-медиком. И тот предписал вам усиленное питание.

Надо сказать, что в последнее время СС постоянно находился на грани голодного обморока. Он-то не мог позволить себе на обед "фальшивых кроликов из лапши и морковки", как некоторые. Все-таки постоянно на глазах у повелителя, не дай бог запах или там пятно жирное... Поэтому на проникновенную заботу Драфима только злобно скрипнул клыками. Драфим сделал вид, что ничего не заметил и продолжал:

– А посему Его Великое Змейство распорядился, чтобы отныне вам еженедельно выдавали спецпаек из продуктов повышенной калорийности...