Чтение онлайн

Бартон покраснел.

– Высокий Суд, – сорвался Бергер со своего места. – Вношу протест. Это утверждение оскорбительно для свидетеля.

– Ох, если вам не нравится манера, в которой я выразился, то я могу использовать другое слово для определения этого положения. Иначе говоря, вы сказали бывшей жене неправду, когда с ней разговаривали. Это так?

В глазах Бартона появился блеск гнева.

– Протестую по тому же самому поводу, – сказал Бергер.

– Вы можете ответить да или нет, – подвел итог Мейсон.

Бартон посмотрел на него с яростью.

– Я спрашиваю, – повторил Мейсон, – сказали вы жене неправду? Вы можете сказать коротко: да или нет.

– Но, о чем я должен говорить?

– О вашем желании заключить с ней подобную сделку.

– Я считаю, что это не имеет связи с делом.

– Я считаю, что имеет, – сказал Мейсон.

– А я считаю, что не имеет, – заявил Гамильтон Бергер. – И поэтому протестую. Это неправильное ведение допроса свидетеля.

– Отвожу протест, – сказал судья Осборн.

– Вы сказали ей неправду? – спросил Мейсон.

– Да! – крикнул со злостью Бартон.

– Вы давно знаете Питкина?

– Я встречал его, но не знал, кто он. Это значит, что я не имел понятия, что он был когда-то мужем Люсиль. Когда я узнал об этом, это было для меня потрясением.

– Но, вы видели Питкина?

– Я знал, что он был шофером Арджила. Мистер Арджил является членом Клуба, к которому я принадлежу. В Клуб приходят многие нефтяники.

– Так как вы интересовались спекуляциями на нефти, так же как Арджил, Холистер, Гейтс и другие члены Клуба, вы должны были много знать друг о друге?

– Нет. Арджил, Холистер и Гейтс были компаньонами. Они интересовались определенными арендами. Я же интересовался совершенно другими вещами, несмотря на то, что в общем-то мы работали в одной области. Я не хотел, чтобы они узнали, что я делаю, так же как они не хотели, чтобы я узнал, чем занимаются их компания. Когда мы встречались, мы разговаривали, иногда спросили об общих условиях, но не имели много общего.

– Вы разговаривали когда-нибудь с мистером Питкиным?

– Да, но только по делам сугубо личным.

– Вы пытались узнать от него, что делали эти трое?

– Высокий Суд, это уже второй оскорбительный вопрос! – гневно выкрикнул Гамильтон Бергер. – Совершенно незаслуженный.

– У вас есть какие-нибудь доказательства, подтверждающие это обвинение? – спросил судья Осборн.

– Нет, Высокий Суд, – гладко ответил Мейсон. – Этот вопрос – только попытка выявить правду.

– Поддерживаю протест, – сказал судья Осборн. – Но, вы можете спросить его, о чем он разговаривал с мистером Питкиным.

– О чем вы разговаривали с Питкиным? И почему?

Бартон, уже здорово разозлился, ответил:

– Я хотел нанять временно шофера. Я узнал о некотором обществе, которое является чем-то вроде бюро по найму и специализируется в этих делах. Я видел его, когда он ждал как-то перед Клубом. Я спросил его, что он знает об этом обществе.

– И он знал?

– Да. Он дал мне адрес. Общество называется Бюро Обмена Шоферов, номер телефона можно найти в справочнике. Они записывают там шоферов, которые хотели бы подработать в свободные дни. Кажется, что общество организованно на основе кооперации. Члены работают в разное время и почти всегда там можно нанять шофера на пару часов или на весь день.

– Питкин принадлежал к этому обществу?

– Не знаю. Он говорил, что принадлежал. По четвергам он был всегда свободен, а в среду кончал работу в шесть. Снова на работу он должен был являться в пятницу утром. Он сказал мне, что охотно будет работать у меня в свободные дни, а если мне нужен будет шофер в другое время, я смогу воспользоваться услугами общества.

– У вас нет уже никаких чувств по отношению к обвиняемой, то есть к вашей бывшей жене? – спросил Мейсон.

– Я очень люблю Люсиль, по своему, конечно.

– И, желая показаться хитрым, вы посоветовали ей, чтобы она, не говоря ничего и никому, подбросила револьвер рядом с телом, чтобы сделать вид, будто это самоубийство?

– Это неправда. У вас нет доказательств. Обвиняемая могла это утверждать, но это абсурд. Ваше обвинение совершенно фальшивое и я презираю его.

– Разве вы не сообщили ей никакой идеи о том, как выйти из того положения, в котором она оказалась?

– Конечно, нет.

– Но, вы утверждаете, что она вам не равнодушна.

– Да.

– И вы отнеслись к предложенной ею сделке хладнокровно, рассматривая ее, как к обычное деловое предложение?

– Нет. Меня интересует Люсиль. Я хотел лишь убедиться в том, что она не напрасно истратит эти деньги.

– Однако, чувства, которые вы испытываете по отношению к своей бывшей жене, дружба, уважение или желание присмотреть за тем, чтобы какой-нибудь хитрец не ободрал ее, не помешали вам пытаться самому ободрать ее, давая ей на пять тысяч долларов меньше? – сладко заметил Мейсон.

– Я не хотел ее обмануть.

– Но, тогда зачем вы скрыли желание принять ее предложение?

Бартон подумал минуту и сказал:

– Думаю, что по привычке. В делах не проявляют заранее удовлетворения от сделки.

– Ну, ну, – сказал Мейсон. – Вы знали, что делаете. Вы сознательно скрыли желание совершить эту сделку.

– Об этом вы говорили уже несколько раз, – перебил Гамильтон Бергер.

– Я считаю, что защитник имеет право говорить об этом. Это указывает на мотивы действий свидетеля и делает Суду возможность оценить его характер, – ответил судья Осборн.

– Хорошо! – вдруг выкрикнул Бартон. – Я обманул ее. Я заметил, что мне подвертывается случай заключить выгодную сделку и хотел этим воспользоваться. Что в этом плохого?

– Ничего, – ответил Мейсон. – И я очень вам благодарен за похвальную откровенность, мистер Бартон. А теперь еще одна деталь. Как вы сообщили, обвиняемая в конце призналась, что в гараже было тело ее первого мужа?

– Я не говорил этого.

– Прошу секретаря Суда прочитать протокол для того, чтобы напомнить то, что сказал свидетель.