Чтение онлайн

Сержант повторил слова капитана по-арабски. Лежащий слева бородач быстро заговорил.

– Они из Саудовской Аравии, – перевел сержант. – Их должны встретить около Чагат. Они прикрывали посланца к Загануру. С чем идет посланец, он не знает. Второй – просто охранник.

– Джед, – удивленно спросил Браун, – как тебе это удалось?

– В Израиле долго не могли понять, – ответил Джед, – почему у смертников-мужчин их достоинство упаковано в металл. Только позже выяснили – смертники готовятся вступить в райские кущи, где каждого встретят семь девственниц.

Армейцы рассмеялись.

– А чего смешного? – остановил их полковник. – Явное доказательство – броня на яйцах! – Не сдержавшись, он рассмеялся сам. И тут же серьезно сказал: – Но что нес тот, кого они охраняли? – Он посмотрел не пленных.

Сержант задал вопрос. Все тот же араб что-то проговорил и уставился на Джеда. Тот многозначительно постучал пальцем по рукоятке ножа. Араб, кивнув на второго, что-то сказал.

– Знает второй, – перевел сержант. – Но он…

Джед бросился к арабу и попытался вырвать край воротника его куртки из зубов. Сержант попробовал лезвием разжать зубы.

– Поздно, – махнул рукой капитан. – Его уже приняли семь девственниц. И Аллах простит все грехи его родственникам. А мать получит две тысячи долларов. Не такие они и фанатичные. Их родственники бедствуют. А он взял в руки оружие, и его семья будет получать деньги. Помните, во время ирано-иракской войны все ужасались – перед наступающими войсками по минным полям шли мальчишки, совсем дети. Было опубликовано интервью матери подорвавшегося на мине ребенка. Она не говорила, что так угодно Аллаху, а призналась, что всем, кто отпускал на войну детей, давали по две тысячи долларов. Есть, конечно, фанатики, но их мало. А остальным, которые захватывают самолеты и врезаются в небоскребы, обещают пожизненно обеспечить их родственников. Я еще понимаю, подорвать себя в окружении врагов во время боя или что-то в этом роде, но чтобы вот так, ни с чего…

– Это в основном наркоманы, – проговорил сержант.

– Антитеррористический центр выяснил, что наркоманов используют всего лишь в двух-трех акциях из тысячи, – возразил полковник. – Наркоман своим поведением может вызвать подозрение. И кроме того, он вполне способен взорвать себя раньше или позже, чем надо. А бывали случаи, когда вообще не было акции по вине наркоманов. Для нас звучит дико – мать посылает своего ребенка на смерть ради денег. Но с другой стороны, не следует забывать, что это Азия. Аборты запрещены, и поэтому семьи, как правило, многодетные. Пожертвовав одним или двумя детьми, женщина спасет остальных.

– А как там Джон и Сэм? – спросил Джед.

– Все в порядке. Этого пристрелить. – Полковник кивнул на второго араба.

Сержант выпустил короткую очередь в грудь пленника и побежал за группой.

Джон отпрыгнул, распластался на каменистом склоне и закрыл голову руками. Раздался взрыв. По телу Джона застучали камешки. Он сжался. Когда камешки перестали на него падать, приподнялся и увидел Брауна и десятерых бежавших к нему людей.

– Не успел, сэр, – развел руками Джон, – взорвал он себя.

– Где Сэм? – спросил Браун.

– Я здесь!

Они увидели выползшего из-за валуна Сэма с ручным пулеметом.

Двое побежали к нему. Полковник и Джед с двумя солдатами направились к развороченному взрывом телу.

– Что же ты нес? – Присев, Браун стал обыскивать окровавленное тело.

– Давайте назад, – скомандовал солдатам капитан.

– Что-то у него на шее было. – Браун показал капитану шнурок. – Он и взорвал это вместе с поясом. Что же он нес из Саудовской Аравии? Неужели новый наркотик?

– Что случилось, сэр? – спросил капитан.

– Ничего. Этот уже пятый. И они идут в этом районе. Почему? Явно не к талибам. Заганар не воюет, но финансирует их, иначе давно был бы мертв. Кстати, его разыскивает Интерпол. Но он уже три года не вылезает из своей норы. А сюда Интерпол еще лет двадцать показаться не сможет. Уйдем мы и союзники, и Афганистан снова окажется в руках талибов. Рядом Иран, президент которого ненавидит США и наших союзников по НАТО. Неужели конгрессмены не понимают этого? Мы отдадим «Аль-Каиде» Азию с ядерным оружием в Пакистане и Иране. Но если Пакистан еще лоялен нам, то Иран – угроза всему миру номер один. И я думаю, бен Ладен найдет с президентом Ирана общий язык. О чем думают наши политики?

– Извините, сэр, – сказал капитан, – конгрессмены не думают о солдатах и офицерах, которых в Ираке гибнет все больше и больше. И в Афганистане, кстати, тоже. Вам легко говорить об этом, вы приехали на день-два, ну, на неделю. И вы не знаете, каково каждый день, да, в сущности, ежеминутно ощущать ненависть целого народа, которому вы не нужны. Неужели при Хусейне иракцы жили хуже, чем сейчас? Нам помогли генералы, которые просто решили захватить власть и…

– Хватит, капитан, – остановил его Браун.

– Прошу прощения, сэр.

– А что ты скажешь, Джед, если я возьму тебя в свою группу? Ты знаком с местными обычаями, знаешь языки, хороший солдат и…

– Принимать решение вам, сэр, – перебил его капитан.

– Отлично. Ты, сержант и еще десяток отберите вы с ним вместе. С завтрашнего дня вы в моей группе. Приказ об этом будет завтра.

– Есть отобрать группу, сэр.

– А сержант знает языки, – вспомнил полковник. – Кто он?

– Учился в университете, но чуть было не угодил за решетку. Спасла армия. Воевал в Ираке с первого дня. Участвовал в захвате старшего сына Хусейна. Дважды был ранен, но снова по собственному желанию вернулся в Азию. Отличный солдат, сэр.

– Я это заметил, – улыбнулся полковник. – Позови его.

– Сержант Борн! – крикнул капитан. – Ко мне!

Сержант, подбежав, вытянулся:

– Сержант Борн по вашему приказанию явился.

– Что ты скажешь, сержант, – спросил Браун, – если я предложу тебе быть в группе прикрытия?

Борн посмотрел на капитана.

– Решать тебе, Чарли, – улыбнулся тот. – Я тоже буду в группе.

– Благодарю за доверие, сэр, – ответил сержант.

– На твоем месте я бы подумал, – усмехнулся, подойдя, Джон. – Полковник только на первый взгляд хороший дядя, а на самом деле…

– На войне с таким командиром выжить легче, – ответил сержант.

– Отбери десять солдат, в которых ты уверен, – сказал полковник. – Завтра будет приказ о вашем переходе под мое командование. Список предоставишь вечером. Но об этом пока знать не должен никто.

– Понял, сэр! – козырнул сержант.

– Как там Сэм? – спросил у Джона полковник.

– Царапина. Да и меня просто как комар ужалил.

Афганистан

– Шайтан! – злобно восклицал, ходя по комнате, невысокий седобородый мужчина. – Туршайн, – он взглянул на стоящего в дверях плотного афганца, – почему не доставили переданное Азизом?