Чтение онлайн

Мила не знала. Хотя, нет, конечно, знала:

– Рад, а можно подарить ему крестик?

– Хорошая идея, но ты увидишь, что он будет среди подарков, а вот коробочку для его хранения, пока он не крестился, можно подарить.

Связь закончилась, рядом с телефоном тут же появилась необычайная шкатулка. Мила от восторга даже замерла: она была сделана, наверное, из хрусталя, так как была полупрозрачной и светилась голубоватым светом. Взяв сокровище в руки, девочка вернулась на кухню.

– Поздравляю, – торжественно произнесла она, протянув подарок дедушке.

– Какая прелесть, я ничего подобного не видела, – восторженно воскликнула мама.

Владик, не вытирая рук, взял шкатулку в руки и, открыв, пренебрежительно швырнул на стол.

– Фи, да она же пустая.

– Владик, ты что, сейчас же поблагодари за подарок.

– Да зачем он мне нужен?

– Владик, – мама начала выходить из себя, но продолжить не успела, раздался стук в дверь, и она, забрав сына, ушла встречать гостей.

– Откуда подарок? – поинтересовался Андрей, оставшись с Милой наедине.

– Рад дал, ты посмотри, что за прелесть, – говорила Мила, бережно вытирая и рассматривая шкатулку. Рассмотрев её, ребята увидели резную вставку на внутренней стороне крышки, изображавшую крещение Спасителя.

Мама вернулась, обняв по очереди детей.

– Спасибо вам, ребята, вы уж Владика извините, он, видно, не с той ноги встал сегодня. Пойдемте в беседку, к столу, все гости уже там.

После чая у Рада, чая здесь, с пирогом, идти еще куда-то есть совсем не хотелось, ребята переглянулись, но послушно поплелись за стол.

Беседка была сделана, видимо, совсем недавно, так как была не покрашена и пахла свежей древесиной.

«Что-то я её не помню, – подумала девочка, – ах да, припоминаю, по просьбе мамы папа что-то разбирал в этом углу, ”чтобы рухлядь на нас не обрушилась”».

Вокруг беседки кружились люди, но никого из них Мила не знала.

– Ребята, не стесняйтесь, я вас сейчас со всеми познакомлю. Вот мой муж, папа Владика, это – младший сын Вячеслав, а там – бабушка и дедушка Владика.

Все дружно кивали и улыбались, а бабушка Владика, хотя и приветливо поздоровалась, так внимательно, изучающее посмотрела на Милу, что та слегка поежилась.

– Мила, а это мой друг Андрей, – в свою очередь представилась девочка.

Их в очередной раз усадили за стол, где вся еда еще была накрыта вышитыми салфетками для защиты от летающих назойливых насекомых. Во главе стола стоял пузатый самовар с баранками, а рядом лежали подарки для Владика. Сюда же мама принесла и Милину шкатулку. Владик со знанием дела подошел к подаркам и, не обращая на остальных никакого внимания, начал их открывать, швыряя упаковку на землю. Все собравшиеся молча наблюдали за раскрытием подарков, кто с умилением, бабушка с явным недовольством, а Мила с Андреем с какой-то растерянностью. Не сказать, что ребята жили в богатых семьях, но на праздники им обычно дарили подарки либо в подарочной упаковке, либо в красивых пакетах. Но, как подумала Мила, раньше на Руси, видимо, просто не было подарочной упаковки, вместо нее все подарки были завернуты в грубую коричневую бумагу, хотя нет, один подарок находился в маленьком, самодельном, вышитом мешочке.

«Вероятно, его вышила бабушка», – подумала Мила.

Возможно, что именно из-за вышивки беленький мешочек первым привлек внимание Владика. Но, заглянув в него, он явно разочаровался и, не вынимая подарок, тотчас отложил в сторону. Другим подаркам повезло больше. Из бумажных упаковок появились деревянные солдатики, футбольный мяч и нарядная белая рубашка. Рубашку постигла та же участь, что и мешочек, – она тут же была предана забвению, зато солдатики и мяч пошли на ура. К Владику тут же присоединились Вячеслав и Андрей и, позабыв про все на свете, мальчишки играли в войну с солдатиками, а когда у них отломались почти все ружья, принялись носиться с мячом. Мила не участвовала ни в войне, ни в футболе. Ковыряя салат вилкой в своей тарелке, она только делала вид, что с восторгом смотрит на забавы мальчиков. Но, во-первых, играть ее не приглашали, во-вторых, мама все время говорит, что девочкам в войну играть неприлично, а, в-третьих, она просто хотела послушать, – о чем говорят взрослые. Папа и дедушка, подкладывая друг другу в тарелку всевозможные закуски, вели разговор о футболе, что Миле было абсолютно безразлично, а вот в беседу мамы с бабушкой девочка жадно вслушивалась, стараясь не упустить ни одного слова.

– Любовь, когда ты сына окрестишь? Я ведь не могу его в записках писать, так только сама молюсь, но я-то не вечная. Ты смотри, он не ангел у тебя: самоуверен, непослушен, горд. В церковь сама перестала ходить и сына не водишь, лишая и себя, и его Божией Благодати. Случись что, тебя-то батюшка отпоет, чай – крещеная, а о сыне-то не думаешь и о Боге не рассказываешь. Я ему подарила золотой освященный крестик, не затягивай с крещением.

– Мама, да что вы все сказками живете. Не собираюсь я его крестить, это не модно, а моему мужу только неприятностей с работы не хватает, он же коммунист и работает прокурором.

– Коль боишься, сама отведу его крестить, в другую деревню увезу, никто и не узнает, вот увидишь, а Владику будет и помощь, и благодать.

– Мама, да какая там помощь, о чем вы говорите.

– Как какая, – не утерпела Мила и вмешалась в разговор, – очень даже большая, ведь при крещении Господь каждому человеку дает Ангела-хранителя, который нас везде оберегает, даже ночью он нас хранит, когда мы спим.

Бабушка обрадовалась поддержке и, обняв Милу, погладила ее по голове. Мама посмотрела на них, покачала головой.

– Она-то ребенок, верит в сказки, мам, ну а ты? Взрослый человек, кто Бога-то видел, да никто!

– Доченька, а дышишь ты чем? Воздухом? А ты его видела? А кто видел? А ведь и несколько минут не сможешь без него прожить. Так и благодать не видна телесными очами, но сердцем ее можно познать и ощутить. В церковь заходишь, и сразу тебя окружает благодать, в душе-то весна настает.

– Да какая весна, мама, о чем вы говорите. Закрытое помещение, народу много, какая благодать, только духота одна. Бога нет, это все попы выдумали, чтобы деньги им люди давали.

– Не смей так говорить, не бери грех на душу. Тебя никто не заставляет деньги отдавать, приходи только и молись, Господу нужно только твое любящее сердце, а вовсе не деньги, вся вселенная и так принадлежит Ему. Это, уж если будет большое желание, можно и записочку написать, и свечечку поставить, от этого не разоришься. А если не Бог создал нас и всю вселенную, то кто же?

– Само собой все создалось.

– Вот ты вяжешь, попробуй, возьми нитки, спицы, брось на ветер. Все нитки запутаются, а ни одна петелька не возникнет, а для свитера их не одна нужна. Брось буквы, разве создастся из них разумная фраза, брось слова, возникнет ли стихотворение? А чтобы сотворить вселенную, да еще всех живущих на земле, ох как много разума нужно. Люди живут на земле, ходят по ней, а не благодарят Господа и Владычицу нашу – Пресвятую Богородицу, за творение удивительное это, за все многообразие жизни, за всю Его безграничную любовь к нам.

– Ой, мама, мне совсем некогда молиться.

– Да знаю я, дочка, что людям вечно некогда, однако для еды время всегда находят. А молитва – это тоже пища, но духовная.

Мила была полностью согласна с бабушкой, но мама Владика придерживалась иного мнения. Она не знала, что еще сказать, чем возразить, но все равно была не согласна. Бабушка это почувствовала и, глубоко вздохнув, все же сделала еще одну попытку:

– Ну, давай все же окрестим ребенка.

– Нет, мама, однозначно, нет. Вот вырастет, пусть тогда сам к вере приходит и крестится, крестик я выбрасывать не буду, положу в шкатулку, – понимая, что бабушка хочет еще что-то сказать, мама поспешно удалилась на кухню.