Чтение онлайн

— Кто — они? — встряла я в разговор, пользуясь паузой. — Гвардейцы что ли? При чём тут дождь? Не отмалчивайся, мне интересно, кто меня будет убивать!

— Маги стихии, — вздохнул Демжис. Снаружи капли застучали чаще и слились в один сплошной шум.

— Маги кого?

— Стихии. Я и мои… братья управляем землёй и всем живым, всем, что созидается. Мы — дети Тёмных Дев, шестерых богинь земли. Но, кроме них, есть ещё шесть богинь стихии, которые управляют огнём, водой, ветрами, в общем, всем, что несёт хаос и разрушение. Когда-то они объединились, чтобы создать человека — ведь человек соединяет в себе и плоть, и кровь, то есть землю и воду, дышит воздухом, а в душе его горит пламя чувств. Но, как я подозреваю, в процессе создания они перессорились, — Демжис не слишком почтительно ухмыльнулся, — и с тех пор недолюбливают друг друга… Это передалось и их детям.

— Погоди, значит, у этих богинь воды и огня…

— У Стихий.

— …да, у Стихий, у них тоже есть дети?

— Верно. Маги стихии, один из которых этой ночью нас так живо посыпал искрами.

— А кто сильней — вы или они?

Со всех сторон раздалось покашливание. Видимо, всех терзало любопытство, но только у одной меня хватило наглости задать такой нетактичный вопрос.

— В целом мы равны, — дипломатично начал Демжис. — В честной схватке один на один, хоть и земная магия — не боевая по сути. Огненные шары, молнии, ураганы, всё это магия Стихий. Моя — трансформация предметов, растения, люди. Но Пегдем недавно…

— Кто?

— Пегдем? Я же говорил, это владетель нашей страны… Забыла? Так вот, он нашёл какой-то способ консервировать магию, запирать её в амулеты, вроде тех шариков, что испускают молнии, и раздал их своим гвардейцам. Наверное, открыл ещё какой-то источник силы. Магов вообще не так уж много, вот он и получил численный перевес…

— И захватил власть в стране! — шёпотом закончил фразу Левсей. Он слушал с полуоткрытым ртом, совершенно забыв обо всём.

— Ага. Получается, власть в стране захватил маг стихии, с которым вы не ладите. И поэтому они тебя ищут?

Демжис как-то поскучнел.

— Дык ведь, — влез в беседу Левсей, до тех пор жадно слушавший. — Господин Юдикат законный владетель, а этот гад власть захватил!

— И чего я тебя вчера не пристукнул? — пробормотал Демжис. — Хватит болтать!

Левсей испуганно заткнулся, но было поздно. У меня уже возникли вопросы. Демжис это понял.

— Лекция окончена, вопросы не принимаются. А кто не согласен — отправляется в лес на съедение зверям.

— Звери сейчас по норам сидят! — расхрабрилась я.

— Для такого случая призову!

Я примолкла. Было о чём задуматься. В частности — при чём тут моя скромная персона и как жить дальше. И могут ли все эти боги и маги объяснить, что же со мной случилось и как попасть обратно домой?

А ещё, признаться, Демжис интересовал меня всё больше и больше… Нет, в этом признаваться никак нельзя!

За последние дни лес вокруг нас изменился. Деревья сильно потускнели, флора, фауна и их промежуточные варианты уже не баловали таким разнообразием форм и расцветок, хотя нет-нет, да и попадались кустарники с мелкими живыми глазами на концах веток, вместо ягод. Мы определённо забредали в глушь, куда редко забирались братья-экспериментаторы Демжиса. И вообще, мало кто забирался — ни сёл, ни дорог, только узкие звериные тропки. Единственными постоянными нашими спутниками стали мелкие летучие рыбки, которые, пусть изменённые магией для жизни в воздухе, предпочитали здешний сырой и дождливый климат. Рыбки щипали кожу, одежду, волосы, а на стоянках рвались к нашим грязным пяткам.

Несмотря на кажущуюся скуку, напряжение росло — вести с воздуха, от Кирли, были плохие. Мы пока ускользали от преследователей, но дождь следил за нами. Мелкая серая изморось преследовала отряд, опуская и без того не блестящее настроение ниже корней деревьев. В такие моменты Демжис командовал остановку, начаровывал навес из веток, и мы пытались обсохнуть и согреться у жиденького костра. И, конечно, зажарить дичь, или что удалось добыть.

К сегодняшнему обеду, для разнообразия, над костром на прутиках жарились толстенькие рыбы величиной с ладонь, нормальные, наловленные в реке. Но только я да Левсей смотрели на них с вожделением. Лица «стариков» отряда были кислыми.

— Хлебца бы, — наконец с тоской протянул Катрем.

— И сыра, — прогудела Крайяна, глядя в костёр звериными, тоскливыми глазами.

— И бутылку вина, настоящего, выстоявшегося, — печально прибавил Маннен. — Демжис, скажи, долго мы ещё будем терпеть лишения?

Наш горе-командир, развалясь на спине, жевал травинку и с отсутствующим видом созерцал, как рваные полотна облаков полощутся в небе. Услышав своё имя, он слегка вздрогнул.

— Сейчас узнаем. Кирли уже летит обратно.

Пять минут спустя на поляне воцарилось привычное хрюканье, сопенье и повизгивание. Крылатый поросёнок проинспектировал рыбные тушки, удостоверился, что его порция не исчезла в чужих желудках, и только тогда изволил отвечать на расспросы.

— Воздушная разведка показывает, — с достоинством доложил он, — что за нами идут три отряда, по двудесятку гвардейцев.

— Где именно? — Маннен извлёк из своего тощего заплечного мешка карту, изукрашенную завитушками, фигурками младых дев и прочей необязательной мишурой, прямо как у нас в старину. Карту запасливо прихватили ещё в доме начальника стражи, хотя Демжису она, разумеется, была без надобности — маг земли на ней и так прекрасно ориентировался. Я подползла поближе, размышляя, насколько точно местные картографы соблюдают масштаб.

— В одном перегоне отсюда, даже меньше. Левый отряд спускается по большой реке, средний идёт по нашим следам, правый застрял у петли маленькой речки. — Кирли презрительно хрюкнул. — Решили срезать и увязли в болоте.

— Слева от нас сейчас самая большая здешняя река — Буршина, значит, та мелкая справа — Ужка… О, гром и молния, они засекают нас на каждой переправе! Если мы двинем параллельно болотам… допустим, вправо, там и помельче… то завтра же с ними встретимся.

Коричневые ниточки на бумаге извивались среди кудрявых деревьев, толстели книзу и сходились почти все к большому, бесформенному тёмному пятну. Пятно было подписано витиеватыми незнакомыми буквами — «перевести» для моего сознания местную азбуку Тёмная Дева не догадалась либо не сочла нужным. Досадно! Хотя, к счастью, здесь грамотность не так сильно нужна, как в моём родном мире.

— Маннен, а это что за пятно?

— Это Зимняя Топь. Огромная трясина, тянется вдоль южной границы Энегравта.

— А почему Зимняя?

— Потому что холодная. Собственно, она сама по себе и есть лучшая граница — южные кочевники только потому нас не завоевали в своё время, что намертво в ней застряли.

— Ну-ну, Маннен, благодаря магам тоже.

— Кстати о магах. — Маннен выразительно помахал картой над Демжисом. — По-моему, они загоняют нас в это треклятое болотище, как зверей.

Демжис перевернулся на живот. Теперь он теребил несчастную травинку, рассеянно трансформируя её то в верёвки, то в камушки, то ещё во что-нибудь. Будь у него в руках ручка и блокнот, наверное, он бы в задумчивости рисовал почеркушки, как я иногда, болтая по телефону, или когда на работе получала задание, за которое неизвестно как взяться.

— Я не понимаю, почему они к нам так прицепились. Всё шло отлично. Пегдем правил, я жил в своё удовольствие инкогнито…

— Ну ограбили мы пару раз купцов на дороге, — иронично вставил Маннен. — Да пару десятков гвардейцев положили, если за всё время сложить.