Чтение онлайн

В квартире напротив спали только восьмилетняя Аллочка, Васина племянница, и тесть, от беспокойства принявший на грудь излишек лекарства. Теща, жена и сестра Васиной жены метались по квартире, как львицы в клетке, заламывали руки, рвали на себе волосы, но никаких конструктивных действий не совершали.

Увидев их в таком состоянии, я полностью протрезвела, голова моя стала работать гораздо четче, и я поинтересовалась, звонили ли тетки в милицию.

– Какая милиция?! – завопила на меня Васина теща. – Таня, ты соображаешь, что говоришь?! Да Сереженька с Ромочкой, да они такие мальчики, да…

– Простите, Алла Леонидовна, – перебила я ее совершенно спокойным тоном, – мне, конечно, не хочется вас заранее расстраивать, но и самые лучшие мальчики могут, например, попасть под машину. Тьфу-тьфу-тьфу, конечно. Сами знаете, какой процент водителей у нас по вечерам в трезвом состоянии ездит. Ну или мало ли что. Вон тут вокруг нас стройки всякие. Мало ли залезли куда…

Лучше бы я стройку не упоминала… Мне опять начали вещать, что Сереженька с Ромочкой ни по каким стройкам ни в жизнь не полезут. И правила дорожного движения мальчики всегда соблюдают неукоснительно. Мамы с бабушкой регулярно проводят соответствующую работу. Как мне сообщили в дальнейшем, работу мамы и бабушка проводили по различным направлениям, а судя по вылитой на нас с Анной Ивановной информации, даже в излишнем количестве. От такого вполне могло возникнуть желание покинуть родной «муравейник». Вон Вася старается здесь пореже появляться. У его сына с племянником вполне могло появиться такое же желание, причем страстное и непреодолимое.

От дальнейшей «лекции» нас с Анной Ивановной спасли Вася с Зойкой, позвонившие в Васину квартиру.

– В казенном доме, – сообщил с порога Вася.

Его женщины опять забегали по всем комнатам большими кругами. Я лично удивлялась нервной системе восьмилетней Васиной племянницы: она спала и ни на что не реагировала. Или привыкла к таким истерикам родственниц? Васин тесть молодецки похрапывал на диване в проходной комнате. Заснул он, не раздеваясь, и дочери с женой даже не удосужились стащить с него брюки и рубашку, чем занялся Вася. Тесть в процессе раздевания не проснулся, только промычал что-то невразумительное.

У Зойки вполне естественно возникли такие же вопросы, как и у меня, – звонили ли в милицию, а также справились ли об увезенных «Скорой помощью». Женские вопли на этот раз прервал Вася и принялся руководить, направляя родственниц осматривать места заначек, но те продолжали бурчать, рассказывая, какие у них хорошие мальчики. Сам он тем временем позвонил по справочным телефонам. По крайней мере, ни в морги, ни в больницы Сережка с Ромкой не поступали.

– Этот китайский центр тоже, конечно, не лучший вариант, но все-таки предпочтительнее, чем морг или больница, – заметил сосед.

– Чем морг – да, чем больница – не уверена, – высказала свое мнение Зойка. – Если там такие дела творятся.

– Какие? – хором спросили Васины родственницы.

– Вы, бабы, дуйте заначки проверять, – приказным тоном сказал сосед, не отвечая на поставленный вопрос, да и я ведь вроде бы только что теткам все рассказала. Или они не слушали, думая о своем, о девичьем? – Живо! – гаркнул Вася. – Вдруг в самом деле в бега подались? Решили страну посмотреть, путешественники хреновы.

А я подумала: какие все-таки дела там творятся? И творятся ли вообще? И там ли? У нас же нет доказательств, что все пропавшие подростки ходили в тот центр? И вдруг это простое совпадение? Зря людей обвинять не хотелось. Но, с другой стороны, дыма без огня не бывает…

Я кивнула. Васины родственницы наконец начали рыться в вещах, делая ревизию, периодически вопили, что нет то кофточки, то парного носка, правда, потом это все быстро находилось. Вася тем временем решил пошуровать в письменных столах, за которыми пацаны делают уроки. Хотя сейчас и майские праздники, детки за столами не сидят, но куда они еще могли спрятать книжки и брошюры, если все-таки стали приверженцами какого-то неизвестного нам пока учения? На книжечки хотелось взглянуть: никто из Зойкиных клиенток ведь с ними не ознакомился.

Мы с Зойкой и Анной Ивановной разместились на соседской кухне, Зойка закурила, уставившись в окно.

– Зой, – позвала я через некоторое время.

– Ну?

– Чего нагадала?

Соседка долго молчала, потом встретилась со мной взглядом. Анна Ивановна, примостившаяся рядом, затаила дыхание.

– Если честно, тетки, я тюрьму видела, – призналась Зойка. – А потом… Странно как-то получилось… Для них, для обоих причем, лучше, если они в тюрьме останутся, чем на свободу выйдут. И сейчас надо бы приложить усилия, чтобы они там остались.

– Ничего не понимаю, – заявила Анна Ивановна. – Мальчики вообще-то очень хорошие, вежливые, всегда поздороваются…

– Мои тоже все вежливые, – хохотнула Зойка, вспоминая своих мужей, – и, между прочим, начитанные. В лагерных библиотеках. Русскую классику почище других учителей литературы знают, Леньку в свое время учили. У каждого моего лет по пятнадцать уже свободных было на самообразование. Очень хорошо оно идет за колючей проволокой.

Я тоже заметила, что мы не знаем, какой именно финт могли отмочить соседские пацаны. Да и в тихом омуте, как говорится… Про себя порадовалась, что Петька в Интернет из дома ходит.

Вскоре на кухне появился Вася, сообщивший, что ничего подозрительного в столах у сына и племянника не обнаружил. Вслед за Васей нарисовались его родственницы женского пола, заявившие, что все деньги и ценности остались на своих местах, а соседки провели ревизию имевшегося имущества, до которого руки сто лет не доходили.

– М-да, – изрек Вася, почесав затылок. – Наверное, у какого-то приятеля. Но тогда при чем здесь казенный дом? – и глянул на Зойку.

– Зоя ошиблась, – тут же встряла Васина теща. – Все ошибаются. Вася, обзвони-ка всех одноклассников. И Сережиных, и Ромочкиных.

– Три часа ночи! – гаркнул Вася. – Сдурели вы, что ли, бабы?!

По-моему, сосед уже склонялся к тому, чтобы лечь спать: у него завтра рабочий день никто не отменял, как и у нас с Зойкой. Детки не в ментовке, не в больнице, не в морге, доказательств вовлечения в секту нет, вещи в доме все целы – можно пока успокоиться.

– Ладно, мы пошли спать, – первой встала из-за стола я. – Утро вечера мудренее.

Анна Ивановна с Зойкой поднялись вслед за мной.

– Завтра проспятся и заявятся, – высказала свое мнение моя свекровь.

Зойка промолчала, а на лестничной площадке, уже когда за нами закрылась Васина дверь, пробурчала себе под нос:

– Попомните мое слово: в тюрьме они.

Честно говоря, я не знала, что думать.

Ознакомиться с информацией о китайском центре, выуженной сынком из Сети, я смогла, только хорошо выспавшись и плотно позавтракав. На страничке Интернета подробно рассказывалось о том, что там изучают, как проводятся занятия, кто их ведет, в какое время. Давались точные координаты. На первый взгляд все выглядело вполне пристойно. Меня даже заинтересовала китайская кухня. Не пойти ли мне ее осваивать?