Колдовское утро (сборник стихотворений)
Шрифт:
* * *
Нынче в кассе билетов навалом:Кто же из дому едет зимой?Оглушенная гулким вокзалом,Я прошу: «Два билета… Домой…»Но опять – удивленно, усталоСмотришь ты на меня и кругом:То ли вновь я тебя не узнала,То ль забыла опять, где мой дом…Обида
Звонят, приходят гости невпопад,
Плывут с плиты горелые туманы,
Врет телевизор, ухают диваны.
В квартире шум. Но люди в ней – молчат.
Сидят за чаем утром вчетвером,
Выходят чинно в гости, на прогулку.
А после каждый, как браслет в шкатулку,
Свою обиду возвращает в дом.
И с каждым годом, кажется, наглей
Она во все дела суется лично:
Мелка, бесцеремонна и привычна…
А может, все и держится на ней?
* * *
В ночь из Москвы – оторвемся,ни с кем не простясь,Остро, азартно, легко,как два ловких любовника.Сто километров асфальта —и нежить, и грязь,Мара проселков, торфянок,брусники, шиповника.В яме машину утопими выползем в рожьДлить сколько можноэту хмельную затяжку.Пальцы на ощупь находишь,целуешь и мнешь,Хриплые всхлипыв мою зарывая рубашку.Только бы встать, плач кикимори сов одолев,Только б дойти до деревни,там банька согрета.В мятном, парном, можжевеловом —бронзовый лев —Схватишь, уймешь, заласкаешьдо слез, до рассвета… * * *
Словно необратимый процессГрезы – тайной, ночной, крамольной, —Ах, какой мне явился лес,Целомудренный, белоствольный!Липким дегтем лицо хлестал,Сыпал в косы жуков, как школьник,Что в черемухе мне шепталПьяный вор, соловей-разбойник!…Как от хмеля, очнусь в избе,Хлопоча пред свекровью хмурой.Что-то помню сама в себе,Улыбаюсь счастливой дурой. * * *
Сонное ульев смиренных тепло,Ворох грибной утомительной лени…Пламя листвы облизало колени,Плечи куснуло, гортань обожгло.Знаешь, мой буйнопомешанный лесВ год переврал адреса, интерьеры,Гнезда рассыпал, обрушил пещеры,Выселил белок. И ежик исчез.Сжег муравейники, змей без числа,Сосны ржавеют, и вымерзли птицы,Стадо кабанье разрыло грибницы,Плесень в оврагах гнилых расцвела.Вот – за веселие в доме чужом, —Вот как он мстил мне, грозя то и дело:Если не хочешь – гори все огнем,Если не любишь – гори! И – горело… * * *
Мимо брошенных изб, в ночи…Не кричать, раздувая вены,А молиться меня научиЗа эти мертвые стены.Не печати на властном челе,Не наивной небесной химере,А бездомной, измученной вере,Безродной убитой земле…* * *
Хочется горлинок шелкомцветным вышиватьСамозабвенно, по краюхолщовой рубахи,Медь обожженных ладонеймужских целовать,Стремя хватать и поводьяудерживать в страхе.Хочется женщиной,Женщиной быть – вопрекиМоде, порнухе, обманутой прессе,бюджету…Встать у развилки, глядетьиз-под смуглой руки,Плакать полжизни воследуходящему свету… * * *
Она перестала краснеть,ревновать без причины,Над вышивкой слепнуть,беречь старомодный уют.Исчезла тетрадка с рецептамимаминых блюд.Нет женщины в доме.А значит – не будет мужчины.Два умных, блестящих соперникарядом живут.Гордятся друг другом. Следят.Не прощают успеха.И тосты влюбленных гостей —только новое эхоБесполого равенства, празднотрубящего тут.Совет да любовь заменилиигрою ума.Удобно. Легко. Без потерь.Как у всех. НеужелиХодили мы греться в прохладныеэти дома?А в доме родном сквознякиледяные свистели. Тюльпаны на Пуске
1.
Ты собирался так аккуратно, словно —надолго.Спящего сына укрыл. (Он причмокнулсмешно.)Долго смотрел, обнял меня. Поправилзаколку.И попросил: «В ноль3пятьдесят глянь3кав окно».Значит, сегодня. В городе ждали.На побеленныхЯрких столбах птицы звенели, какзнойный мираж.Много блистало звезд незнакомыхна встречных погонах.Белый автобус ждал, чтоб вошелнеземной экипаж.День, как и все, в марь суеты канулбесцветно.В женских глазах – или это казалось? —тревога росла.Темень упала. Многие люди, было заметно,Шли на пустырь, где вширь открываласьзвездная мгла.А над саманными двориками Тюра-Тама,Одноколейкой, где мотовоз тормозил,Тихое зарево шло, разгораясь упрямо,Ветер устойчивый смутную гарь доносил.Вспыхнул огонь. И болезненно-злымитолчкамиВ небо провел огневую кривую черту —Гром докатился. Ступень догораланад нами —Вот, отделившись, звезда поплылав черноту.Там закричали, на пустыре. Рвали гармони,Пили. И тосты звучали на всех языках.И почему-то, стоя в халате на узкомбалконе,Плакала я, погремушки сжимая в руках.Тихо вернулась к кроватке. Над спящеймордашкойДолго сидела, забыв про ночные дела.Ужин готовила, шила, уснув надрубашкой —Маясь в подушках, звона ключейили утра ждала.Свет просочился, дымно укутал дремотоюзыбкой,Запахом странным и нежным,топотом где-то вдали.Ты, оглушенный, кричал, сияя мазутнойулыбкой:«Видишь? Тюльпаны! На Пуске! Ночью,сейчас! Расцвели…» 2.
На горячих песках БайконураПогибают сухие ростки.Как верблюжьи мохнатые шкуры,Катит ветер слепые пески.Там арыки беснуются в пене.И, когда небеса проревут,Отделение первой ступениНаблюдает привыкший верблюд.3. Гости
Приходили. Чуть кивали.В пиалу зеленый чайНаливали. Не вчера лиМы в Столешниках в подвалеСобирались невзначай?Тот же стиль: вихры, проборы.Скулы жестче. Тверже взгляд.И совсем другие спорыВас терзали, волонтеры,Целый год тому назад —Вы над чаем ворожите,Как над гаснущим костром.Ладно, так и доложите,Что тоскливо в общежитьеВам тащиться впятером.Сам хозяин рад чертовскиПропустить еще глоток:Слишком шумно, по-московскиЗакипает кипяток,Слишком ал уже восток… 4. Дублер
У космонавта ровный пульс на старте.Нормален стрелок ход. Пищит прибор.Качают кислород. Негромок хорЭфира.Но в болезненном азартеВ земной экран впивается дублер.Он остается. Сколько трудных днейСближали их смертельные нагрузки!А разлучиться надо здесь, на «пуске».Дублер, придумай штуку посмешней!Спасибо, брат. Вот это, друг, по-русски.…Дублер! Твой пульс уляжется не скоро.И знает тот, который на борту,Что, если не осилит высоту,Страшней не будет на земле укора,Чем строгое сочувствие дублера. 5.
Завывал фургон «Межавтотранса»,Стекла вдрызг заляпав мошкарой:Полкуплета хриплого романсаДа плечевки кашель за спиной…Сухо мел восточный ветер, в трубыВыдувая легкие земли.Смех кривил обугленные губыБравших спирт и длинные рубли.Ветер страсти, воли и просторов!Те, кто различают голос твой,Не выносят долгих разговоров,А, вдохнув, зовут тебя судьбой. 6.
Снег над городом…Так в осокуПух роняет подбитый гусь.Ты, конечно, приедешь к сроку,Если ладно все. Я боюсьДолгих, ломаных, тупиковыхУлиц, твой стерегущих путьБезлюдьем закрытых столовых,Сквозняков, разрывающих грудьПод узором тонкого свитера.Я боюсь пожелать тебеЧужой ладони, чтоб вытерлаТот соленый снег на губе…7.
Поделиться с друзьями: