Чтение онлайн

Повернувшись к мальчику спиной, он торопливо спрятал свое сожаление и раскаяние. Меньше всего ему хотелось, чтобы в критический момент Гэйлон ринулся к нему на выручку, размахивая своим маленьким и в высшей степени бесполезным в данной ситуации мечом. Несмотря на это, Дэрин чувствовал себя очень одиноко. Двери чудовищного замка находились в дюжине шагов впереди него. С решительным видом герцог пересек узкую полоску травы, положил руку на заржавленное кольцо и несколькими короткими ударами, эхом отдавшимися во дворе за стеной, возвестил о своем присутствии. Кинжал Гэйлона он заткнул за пояс.

Двери оставались закрытыми, и никто не шел. Тогда Дэрин сделал в воздухе знак своим перстнем, и тяжелые створки, жалобно скрипнув, слегка приоткрылись. Судя по звуку, их не открывали очень давно.

Дэрин на мгновение задержался в красных лучах закатного солнца, прежде чем вступил в мрачную тень. Это был не его мир, и он чувствовал себя в нем неловко и неуютно. И безусловно, вряд ли это помогло бы ему.

Оставив меч Гэйлона сразу у входа, герцог огляделся по сторонам, пытаясь сориентироваться, прежде чем он покинет удобную и надежную площадку у раскрытых дверей. Перед ним лежал огромный зал, и все здесь, насколько он помнил и видел, осталось точно таким же, каким было когда-то. Пол в зале был вымощен серыми каменными плитами, а воздух, хотя и казался холоднее чем снаружи, пах затхлостью и плесенью. Вокруг него сгущалась тьма, и он не знал, был ли это обман зрения или ума. Затем что-то изменилось, и Дэрин заметил краешком глаза, как какое-то черное пятно съежилось и откатилось в дальний угол, продолжая ворочаться и попискивать там. Дэрин знал это заклинание, рассчитанное на то, чтобы отвлечь его внимание, и попытался сосредоточиться на главном, хотя это было не легко. Теперь он смотрел на неподвижное черное пятно, которое постепенно приобретало очертания человека в кресле с высокой прямой спинкой.

Сезран сидел у дальней стены, неподвижный, как сама смерть, неосязаемый, как его ожившая тьма. Дэрин мог бы подумать, что он мертв, если бы не пульсирующий голубой отблеск его Камня. Колдовской Камень в левой руке герцога тоже засветился в ответ.

— Учитель, — тихо сказал Дэрин, но слово это прогремело под сводами огромного зала подобно грому.

Фигура в кресле не шевельнулась.

— Учитель, — повторил Дэрин, стараясь изгнать дрожь из своего голоса.

Он всегда помнил этого человека, этого древнего человека, и воспоминания эти всегда были окрашены любовью к нему. Только любовь эта происходила от уважения, преклонения и? от страха.

Колдун никогда не тратил зря ни слов, ни чувств. В этом он не изменился.

— Вон отсюда, — донесся до него тонкий писклявый голосок.

— Сперва выслушай меня, учитель, — Дэрин набрался храбрости и подошел ближе.

— Нет.

В этом слове прозвучали неоспоримое решение и окончательный приговор.

Дэрин чуть было не повернулся, чтобы уйти, но идти ему было некуда.

Гэйлону больше не к кому обратиться за помощью. Какова бы ни оказалась цена, он должен заставить Сезрана понять? И герцог беспомощно барахтался в океане слов, стараясь выбрать самые подходящие и убедительные.

— Ты не должен говорить «нет», пока не выслушаешь меня, — собственный умоляющий тон рассердил Дэрина.

— Нет.

— Выслушай же меня! — в отчаянье закричал Дэрин так громко, что стены зала завибрировали.

Герцог осмелился сделать к креслу еще несколько шагов. Камень волшебника принялся сверкать грозно и ярко, однако гораздо сильнее испугала Дэрина угроза, промелькнувшая в тусклых глазах мага.

Но пути назад не было. Болезненные воспоминания с силой нахлынули на Дэрина, и он словно прозрел.

— Ты так и не простил меня, не так ли? Не простил мне мою неудачу, не простил мне, что я не оказался достаточно силен, так?

В ужасе герцог почувствовал, что глаза его защипало, что они налились неподконтрольными ему слезами, словно он снова стал маленьким мальчиком.

Он чуть не задохнулся от жалости к самому себе, произнося следующие слова:

— Я чуть не умер тогда, а ты так и не простил?

Дэрин поочередно испытывал тоску, стыд, гнев. В конце концов, он пришел сюда из-за Гэйлона, а не для того, чтобы бередить старые раны.

— Я привел тебе мальчугана, из которого может получиться все то, что не получилось из меня. Это принц, о котором говорится в «Книге Камней», и его нужно наставить и обучить.

— Убирайся вон! — резко приказал Сезран, произнеся эти слова с такой силой, что они прозвучали словно удар хлыста.

Дэрин вздрогнул.

— Не уйду до тех пор, пока ты не выслушаешь меня, будь ты проклят!..

Герцог замолчал, почувствовав, как задрожал сам фундамент замка.

Высохшее существо в темно-синих одеждах еще сильнее выпрямилось в кресле.

— Ты переходишь все границы, Дэрин из Госни. — Сезран выпростал из складок плаща тонкую руку, похожую на птичью лапу, и дотронулся ею до своего Камня. — Ты не должен был никогда возвращаться сюда.

Ощущая новый приступ страха, Дэрин подумал, что с самого начала все пошло очень скверно. Ему нужно было тщательно обдумать, что сказать теперь, но он не мог. Вместо этого герцог свирепо прорычал:

— Ну и что ты теперь со мной сделаешь, старик? Превратишь в жабу?

Прикончишь?

Незаметно герцог отошел на середину зала. Это было не отступлением — об отступлении теперь не могло быть и речи. Каждый мускул его тела напрягся в кошачьей готовности немедленно вступить в схватку. Дэрин не стал хвататься за меч — меч был бесполезен. Вместо этого он поднял руку с кольцом на уровень глаз и попытался вызвать в себе ощущение той внутренней энергии и силы, которой он так долго и настойчиво пренебрегал. Камень в его перстне прекратил пульсировать и засветился.

Сезран подался вперед, не веря своим глазам.

— Ты бросаешь вызов мне? Ты, с твоими ничтожными силенками?! Ты сошел с ума!

— Выслушаешь ты меня наконец?

— Тебе не справиться со мной, глупец. Предупреждаю тебя в последний раз — уходи, пока цел.

— Я уйду, но мальчик должен остаться.

— Если ты оставишь его здесь, я уничтожу его. Убирайся!

— Нет.

Сезран поднялся, сжимая в руке Камень, сияющий уже не голубым, а белым жарким огнем.

— Так умри же!

И Сезран неожиданно выстрелил в Дэрина быстрой голубой молнией.

Дэрин отпрыгнул в сторону, прикрывая глаза. Земля на том месте где он стоял взметнулась вверх, и минуту спустя на него сверху посыпались обломки расколотых каменных плит. Ответный удар Дэрин нанес почти мгновенно, хотя для него время тянулось невыносимо медленно. Сначала он ощутил внутри мощную пульсацию хлынувшей в него энергии, которая тяжело зашевелилась где-то в глубине и только потом поднялась на поверхность. Она росла, подпитываемая его напряжением, страхом, горьким разочарованием. Когда же она внезапно вырвалась из его Камня, Дэрин не меньше Сезрана был удивлен ее мощью. Сила его энергетического выпада во много раз превосходила самые нескромные представления герцога о своих возможностях.

Фиолетово-голубая молния Дэрина, жуткая и яростная, ударила в пустое кресло. Сухое дерево мгновенно загорелось, и пространство вокруг ярко осветилось. Густой дым поднялся в воздух. А Сезран, оказавшись за спиной герцога, снова напал на Дэрина, и он едва успел повернуться, чтобы взмахнуть руками и хоть как-то защитить себя от волны кобальтово-синего пламени, которое ударило его в грудь и отшвырнуло в сторону.

Сезран, сам слегка ослепленный нестерпимо-ярким сиянием энергетического потока, больше почувствовал, чем увидел движение в том месте, куда упал Дэрин, и тогда он ударил в последний раз, нанося герцогу смертельный, неотразимый удар. Слишком поздно маг заметил, что рядом с неподвижным Дэрином низко пригнулась к полу фигура мальчика, но огонь уже окружил их обоих.