Чтение онлайн

Я хмыкнул. Парень старается вовсе не для отца. Но придется ему решать свои проблемы самому, здесь я не помощник. Сколько еще мне предстоит пробыть в бабьем теле, неизвестно, но уж выступать в роли царской невесты — перебор.

— Вряд ли ваш батюшка пойдет против воли сына, которого так любит. Разве он станет возражать, если узнает, что ваше сердце похитила какая-то местная боярышня?

Парень подозрительно взглянул на меня. Похоже, не верил, что я ничего не слышал о его новой зазнобе. Но я смотрел ему в глаза с самым невинным видом.

Савва вздохнул:

— Если бы боярышня… Но я влюбился в служанку княгини Илию.

Я улыбнулся:

— Красивая девушка. Да и сердцу не прикажешь. Если чувства настоящие, борись за них. Только вроде ты, царевич, не так давно был без ума от княгини?

Савва помедлил лишь секунду.

— Думал, что люблю ее. Страдал, переживал. А потом понял, что это просто от задетого самолюбия. Княгиня не обращала на меня внимания, а я к такому не привык.

Я взглянул на него с интересом:

— А Илия?

Савва горячо зашептал:

— С ней не так, как с другими. Хочется смотреть и глаз не отрывать. Пылинки сдувать, хоть девушка и не из слабых: клинком мастерски владеет, из лука стреляет, как настоящий воин.

— Не знаю, Савва, как ты поступишь дальше, но я за тебя рада. Если понадобится, поддержу тебя перед отцом.

— Спасибо, Флора.

— К тому же Илия — не простая служанка. Говорят, она дочь вождя племени откуда-то с юга.

— Я знаю. Но про эти племена ходят не слишком хорошие слухи: кочуют, нападают на деревни.

Ну вот все не слава богу! Но кто знает, что будет с нами дальше?

Расстались мы с Саввой довольные друг другом. Хотя я отметил, что парень все-таки эгоист: о пропавшей сестре не сказал ни слова.

В суете сборов время промелькнуло незаметно. Наконец настал день отъезда. С нами была и Илия. Как я узнал, она отказалась остаться. Сказала, что не может нарушить слово, данное Кощею, — оберегать его супругу.

Царь Салтан выделил нам в сопровождение воинов и проводника. Тот сообщил, что есть дорога намного короче той, по которой мы прибыли сюда. Чтобы добраться быстрее, решили все ехать верхом. Я невольно вспомнил свой любимый джип. С тоской подумал о поездах и самолетах. Увижу ли все это еще? Остается только жить надеждой, что хоть мужиком когда-нибудь стану.

После долгих прощаний двинулись в путь. Правда, немного задержали процессию Савва с Илией. Они долго стояли под высоким деревом, видимо прощаясь. Я сразу вспомнил, как вот так же расставались у камня Алекс с Оленой. Тогда все закончилось не очень хорошо. Вернее, совсем плохо.

Я обратил внимание, что лучших друзей Любки — Кийса и Локши — с нами не было. Может, присоединяться в дороге? До сих пор меня интересовало, где Любка с ними познакомилась и что связывает эту троицу. И кто эти парни такие?

Бесенок на плече хихикнул:

— Сам не смог догадаться? Оборотни они — кот и волк.

Я вспомнил художественные фильмы и побледнел.

— А Любка?

— А что ведьмочке сделается? Да и не посмели бы они к ней прикоснуться — с князем шутки плохи.

Я вспомнил свою первую встречу с Локшей, когда он помог мне разобраться с насильниками, и поежился. Мог бы влипнуть в историю еще похуже, чем сейчас. Домой захотелось с новой силой. Там хоть братки-бандиты, обычные парни, а не оборотни и всякая нечисть.

Обратное путешествие оказалось более веселым. Без князя все менее строго относились к субординации. В сумерках мы вместе с воинами сидели вокруг костра, шутили, болтали. На одном из привалов Илия предложила научить боярышень простым воинским приемам и искусству стрельбы из лука. Мы все три оказались неплохими ученицами. Особенно я. Илия частенько меня хвалила, а я скромно опускал глаза.

Через пару дней проводник сказал, что дальше путь пойдет по степям.

— Можно встретить кочевников, похожих на эту… — Он повел глазами в сторону Илии.

Я удивился, откуда в степях негры? Спросил об этом проводника.

Тот сплюнул:

— Никто не ведает, из каких краев принесло чертово племя. Но черные они, как ваша, и злы.

Не зря ли решили сократить путь? Хотя и в лесу всякое может случиться.

Свег выслушал проводника и сказал:

— Придется быть внимательными вдвойне. Но степь хороша тем, что видимость отличная.

Уже на следующий день стало ясно, что все не так здорово, как казалось. Днем было жарко, колодцы встречались редко, приходилось набирать воду впрок и экономить. Хотя сама степь была прекрасна. При самом легком ветерке ковыль колыхался, словно волны. Любка восхищалась, говорила, что слышала раньше о ковыльных степях, но такого не ожидала.

Вечером все повалились на землю в изнеможении. Радовало лишь то, что ехать в таких условиях осталось всего два дня. Я почему-то долго не мог уснуть. Показалось, что чувствую какой-то странный запах. Решил, что его источник — местные цветы. Еще немного повертелся и провалился в сон.

А вот пробуждение вышло не слишком приятным. Руки и ноги оказались связанными. Попробовал шевельнуться — почувствовал, что рядом другие тела. Судя по всему, я находился в телеге и нас куда-то везли. Разглядеть я ничего не мог, к тому же голова соображала плохо.

Наконец кони остановились, и я услышал громкие голоса приближающихся к нам людей. Светать еще только начинало, было довольно темно. Рядом со мной, тоже связанные, лежали Любка, Настасья Вахромеевна и Илия.

Меня и остальных женщин вытащили и поставили возле телег. Вокруг собрались и с любопытством пялились на нас, насколько мне удалось различить, настоящие негры. Одеты они были в кожаные брюки и рубахи без рукавов, лица разрисованы яркими красками.

Внезапно раздался вопль, который сменился радостным криком, — негры заметили Илию.

Окружающая нас толпа смешалась. Любкину служанку тут же освободили и согнулись перед ней в поклоне. К нам приблизился высокий мужчина. Судя по тому, как Илия взвизгнула и повисла у него на шее, я решил, что это ее отец. Он нежно прижал девчонку к себе и гладил по голове. Вскоре и мы с Любкой и Настасьей Вахромеевной были освобождены от пут и размещены в шатре. Мужчин увели куда-то в другое место.

Ясно, что мы в плену у родственников Илии, только непонятно, как они поступят с нами? Да и от Илии тут многое зависит, девчонка может стать совсем иной, несмотря на то что Любка относилась к ней как к сестре. Я вспомнил самозванку. Людям свойственно быстро меняться.