Колдовство.ру
Шрифт:
Словно ошалевший он бросил весь мусор обратно в урну и, вспомнив про триста рублей, занять которые на спирт успел с утра, решил не пропивать их, а купить букет роз для этой невероятной красоты женщины, хотя не покупал цветов уже тридцать лет. Надо спешить туда, в бутик цветов, чтобы успеть. Он находился около Дома Правосудия. Машины дважды едва не сбили этого полубезумного старика, который брел через дорогу, бормоча слова любви, намереваясь произнести их Римме Васильевне. Ему показалось, что теперь он сможет все: бросить пить, заработать много денег, чтобы его возлюбленная могла жить и ни в чем не нуждаться. Силы и уверенность наполняли его ложными перспективами, имевшие сказочные очертания. Не возникло в этой голове, за жизнь наделавшей столько ошибок, даже мысли, просто остановиться и спросить себя: что это со мной? Ситуация казалась ему настолько нормальной, что у него вызывало удивление, почему она не возникла раньше, когда он впервые увидел эту богиню.
Римма Васильевна посмотрев на часы, начала собираться домой. Сегодня день был спокойным и не нагруженным. Заперев кабинет, она спустилась на первый этаж, готовясь сдать ключ вахтеру. Здесь, в холле она встретила Ларису Георгиевну, социального педагога группы маляров, из которого был избитый Бессоновым ученик. Та оглядела «девственницу», не скрывая насмешки, до чего Римме Васильевне не было никакого дела. Следом в холл спустилась измотанная Людмила Петровна вместе с Анной Сергеевной. Вскоре холл был наполнен преподавателями и педагогами, которые сдавали ключи от кабинетов и готовились покинуть колледж. И тут в дверь влетает Макаров с веником из вялых гвоздичек в газете с криминальными новостями, на которые только и хватило его триста рублей. Римма Васильевна до последнего отказывалась верить! Нет, не может быть! Это в ее сторону он несется? По ее душу этот «букетик»? Рухнув на одно колено, Макаров рывком протянул ей пожухлый букет, а после прогремел на весь шокированный холл:
–Римма Васильевна, я тебя люблю! Ты моя богиня! Я хочу быть с тобой и доживать с тобой…
–Прекратите этот цирк! – взвизгнула перепуганная Римма Васильевна. – Вы меня совершенно не интересуете. Дайте мне пройти немедленно!
Публика стояла ошалевшая. Даже вахтерша начала вдруг все ясно слышать и видеть. Особенно происходящее выбивало из колеи Анну Сергеевну. Она смотрела и не верила глазам. Неужели ритуал сработал? Так быстро и такой мощный результат! Глаза дворника были глазами полностью безумного человека. Многие решили, что он наглотался чего-то, что содержало не только спирт.
Макаров не давал пройти своей зазнобе. Некоторые уже отошли от потрясения и принялись посмеиваться над происходящим. Римма Васильевна смотрела на своего поклонника сверху вниз, вся красная от стыда. Тот упал на оба колена и, бормоча что-то, стал делать попытки расцеловать обувь женщины. Это пресекла Галина Дмитриевна, вместе с Татьяной Гавриловной спустившаяся в холл.
–Что вы тут устроили? Вы опять пьяный? Вон отсюда!
–Я влюблен! – взревел тот.
–Вон отсюда! – директор начала лично отталкивать безумца к выходу. – Чего рты раскрыли! Не видите, он с ума сошел от пьянства.
Инесса Александровна шепнула Людмиле Петровне:
–Да уж… Римма Васильевна похожа на белую горячку.
Макаров оттолкнул тучную Галину Дмитриевну с такой силой, что та, не устояв, рухнула на пол. Набросившись на Римму Васильевну, он стал рвать на ней одежду. Жертва кричала и сопротивлялась в испуге. Даже Анна Сергеевна поняла, что это уже не забавно. Она тут же схватила висящий без присмотра на старой ключнице ключ от чердачной двери и помчалась на своих шпильках вверх по лестнице, словно была в кроссовках.
Макаров разошелся. Откуда у этого хилого алкоголика столько сил, не понимал никто. Его отталкивали от жертвы все. Колледж содрогался от криков, борьбы и визгов.
–Мы засвидетельствуем нашу любовь при всех! – рычал безумец. – Мы сольемся в одно целое при свидетелях!
Преподаватель ОБЖ Олег Семенович, будучи в этой ситуации единственным мужчиной, принялся вызывать полицию, пока его коллеги-женщины оттаскивали дворника от библиотекаря.
–Не звонить! – набросилась с криками на Олега Семеновича Татьяна Гавриловна. – Сами справимся! Вы что, хотите еще одного криминального скандала?
–Но ведь…
–Я сказала, сами! Сами справимся!
Анна Сергеевна влетела в двери пыльного чердака и достав «связку», тут же принялась вынимать один символ из другого, чтобы прервать действие ворожбы. Но она с такой силой дернула, что фаллический символ сломался. Часть его осталась в кольце.
–Ой, – вырвалось у ведьмы.
С холла доносились крики. Там уже началась паника. Полицию все же пришлось вызывать. Макаров стал агрессивен и унять его не представлялось возможным. Даже вечно матерящаяся уборщица не смогла привести его в сознание, окатив холодной водой из ведра. Мужчина окончательно свихнулся.
Полицейские давясь от смеха, забрали поклонника в участок, не сомневаясь, в необходимости передать его впоследствии психиатрам. Анна Сергеевна наблюдая за этим, восхищалась действием колдовства и ощущала, что перед ней открылись новые перспективы.
Вернувшись домой, Анна Сергеевна наскоро поужинала, приняла душ и уселась за компьютер. В этот вечер она впервые не поинтересовалась у дочери, как у нее дела в школе, сделала ли она уроки и нужно ли помочь с домашним заданием.
«Если Вы зашли сюда, значит пробный ритуал прошел успешно. Мы рады Вашим успехам! Настало время решиться пройти Посвящение. Ритуалов три. Первый проводится на перекрестке, второй в бане, третий на кладбище». Далее была ссылка на ритуалы Посвящения. Анна Сергеевна задумалась. Не поделиться ли ей своим успехом с Людмилой Петровной? Они давно ладили несмотря на разницу в возрасте. С ней всегда интересно и весело беседовать и сама она, как человек, производила впечатление человека надежного.
–Мы с ней будем две неразлучные ведьмы. Ох и стервы же будем! – посмеялась она сама с собой.
Римма Васильевна в одиннадцать вечера возвращалась домой в полицейской машине. В полиции ее долго опрашивали, чем изнурили до предела. Теперь она наконец-то возвращалась домой. Римма Васильевна жила в старом районе Холдогорска, где располагались довольно старые и обветшалые кирпичные дома, похожие на окоченевших чудовищ. Корявые деревья разрастались не только вокруг домов, но и вросли в них самих. На крышах, карнизах и козырьках торчали тонкие косые деревца, пустившие свои корни в слои мха, пыли и плесени, круша при этом сами кирпичи.
Большинство окон в этих домах были пластиковыми и смотрелись нелепо, как блестящие новые пуговицы на старом потертом сюртуке. Однако многие находили что-то романтически-мрачное в этих районах и потому намеренно селились в эти дома. Около ветхих, пропахших болотом подъездов стояло не мало дорогих иномарок.
Проехав по старой дороге, полицейский автомобиль завернул в потонувший во тьме двор. Поблагодарив молодого красивого полицейского, Рима Васильевна вышла из автомобиля и тут же опешила от надписи на двери подъезда: «Демоны сюда не пройдут!»
–Дебилы! – выругалась она на автора этой надписи, подходя к двери. – Зато я сюда пройду.
Снова поднялся сильный ветер, обрушивший потоки дождя. Только сегодня это сопровождалось мощными раскатами грома. Войдя в мрачный подъезд, Римма Васильевна остановилась около ржавых почтовых ящиков, походивших на гнилые зубы во рту окоченелого трупа. Вынув из своего ящика квитанции, она настороженно прислушалась к стукам дождя, грому и порывам ветра. Нет, никаких других звуков не было. Подъезд пуст. Да и откуда здесь взяться Макарову? Его же забрали в психушку. А если он сумел сбежать? Римма Васильевна поняла, что простоять тут она не может и продолжила подниматься по лестнице пятиэтажного дома, опираясь на облезлые деревянные перила и создавая гулкий шум от шагов. Поднявшись на свой четвертый этаж, Римма Васильевна вставила длинный ключ в замочную скважину. Замок с сердитым шумом провернулся, подчинившись направлению ключа вправо. За дверью ее ждала темная квартира с высокими потолками и большими окнами. Мрачную тьму здесь на мгновения озаряли блики молний с улицы. Новый раскат грома заставил содрогнуться стены и окна дома. Ветер словно срывал злобу на людях. Оглядев темную прихожую, как всегда неприветливую, Римма Васильевна даже не стала включать свет. Настроение ее было таким же, как тьма в квартире. Повесив пальто на бронзовую вешалку в виде совы, она присела на банкетку и разулась. Сегодня Римма Васильевна решила вообще не включать свет и обойтись свечами, имея мистическое настроение из-за грозы и молний.