Чтение онлайн

И тут ледяной обруч опасности сдавил голову. Я открыл глаза и вскочил на ноги вытягивая сабли. И тут уж сердце натурально замерло и затряслись коленки. Прямо передо мной, в другом конце поляны стоял, пригнув морду к земле, двухметровый в холке, кот. Его рыжая, с черными пятнами шерсть, покрывала вздувшиеся, могучие мышцы. Зеленые глаза, словно изумруды, смотрели на меня без страха, без интереса, лишь со звериной яростью. Его могучие лапы, были толщиной с кувалду молотобойца. А длинные клыки сабли, торчащие из пасти, могли перегрызть стенобитный таран. Царь зверей, машина смерти созданная самой природой — силх. Зверь открыл пасть, полную острых, как лучшие гномьи клинки, зубов и издал рык, о которого я мигом покрылся потом а в ушах зазвенело.

С отвагой самоубийцы, я приготовился к неравной битве. Привычный поток мыслей и оценки противника был прерван древним инстинктом первых людей, сталкивающихся с самыми опасными тварями и вынужденных бороться за свою жизнь. Величайший из котов сделал шаг назад, готовясь к стремительному прыжку. Я поднял сабли, целя в глаза, единственное что было не прикрыто толстой шкурой и тугими мышцами. И в ту же секунду, когда я уже был готов сразиться за жизнь, голову прошила адская боль. И когда я говорю адская, я не преуменьшая. Сдерживая крик, закусываю губу я рухнул. Все вокруг расплылось и завертелось. Будто тысячи раскаленных игл вонзились мне в мозг и привернулись там разом. Будто кто-то огромный, схватил серое вещество в руку и стал мять его как снежный ком. А может и орда гномов, взяв свои кирки, решили устроить в мой черепной коробке раскопки драгоценного метала. Ужасная, невыносимая боль заволокла сознание. Такое впечатление, что плавились кости, выжигались мышцы, кипела кровь и ревело сердце. Складывалось ощущение, что меня разрывают на две части, а эти самые части вцепились друг в друга, как страстные любовники, и не желают расстаться ни на миг. Меня выворачивало, как обычный пакет, летящий на ветру, меня скручивало в тугой корабельный канат и забивало гвоздем в дубовую доску. Я видел как звезды, осыпаясь с неба, прожигали мглу и мглой было мое тело, а звездами нестерпимые отсветы боли. Я слышал визг баньши, от которого вытекают глаза и рвутся барабанные перепонки, и криком был хрип, исторгаемый агонизирующими легкими. Я видел две тени, слившиеся воедино и разделившиеся в один момент, и это было единственным, что отвлекало меня от ужаса, страшнее смерти. И все же, в миг пика, когда тело изгибалось дугой, я сцепив зубы, держался за жизнь, как утопающий держится за спасительный круг. В миг когда мир вокруг меня, да и я сам, горел, я не желал смерти. Я отгонял ухмыляющегося Седого Жнеца, предлагающего мне покой своего мешка душ, как назойливого кота. Я беззвучно орал на него, незримо резал и неощутимо бил, и тот не смел приблизиться ко мне. Он кружил вокруг, поигрывая лезвием, щекоча струны моей души, но не смел сделать последний шаг. И в миг все закончилось, ушло, пропало, оставив нереальный след, словно от первого, мимолетного поцелуя.

Я открыл глаза, не ощущая ничего, даже отзвука былого кошмара, и все что увидел это два изумруда перед собой. Сперва, мне показалось что это силх, решил поиграть со мной перед тем как сожрать. Но время шло, и ничего не происходило, я лишь тонул в бездонных колодцах. Потом я осознал что в принципе лежу на чем-то мягком. Острая догадка, долетела до все еще ноющего разума. Я рывком поднялся.

— Ты что здесь делаешь? — спросил я у сидевшей на земле Мии, на чьих коленях я имел счастье прикорнуть.

— А какие будут догадки? — деланно храбро улыбнулась она, но я видел как бела её смуглая кожа, как трясутся руки.

— Где силх? — прохрипел я, дивясь диалогу, состоявшему из одних вопросов.

Та лишь кивнула мне за спину. Я обернулся и обомлел, а моей спиной, в луже крови, валялся гордый зверь. Его лапы замерли, пасть была открыта в беззвучном рыке, а из левого глаза торчала града моей сабли. Сам же клинок, полностью вошел в черепушку. Я точно знал, я был уверен, в том что когда случился "приход", не мог и пальцем пошевелить по собственной воле, не то что шашкой размахивать.

— Ты? — выдавил я из себя

— Как?

— Я пошла цветок найти, вчера такой же Лиза принесла и в сарафан себе вшила, — Лиза, это, если кто не знает, рулевая на корабле. — Ну я и пошла, а тут ты, а там он. Ты на земле корчился, а он уже весь подобрался, — судя по всему, леди пребывала в шоке. Я, если честно, пребывал в шоке вышей степени, такой, что употреблять название — нецензурно. — Я сама не поняла что произошло, просто схватила саблю, а он прыгнул. Ну и все.

— Так, — выдохнул я и потер переносицу. — Значит, ты вышла одна, в джунгли, полные неведомых тварей, чтобы принести себе цветок, так?

— Да.

— После чего ты заметила, как твой телохранитель корчится на земле, напротив него стоит хищный силх и явно желает перекусить, все верно?

— Кажется, да.

— После чего, ты не нашла ничего лучше, кроме как схватить сабельку и засандалить зверьку в зыркало?

— Когда ты так говоришь, — насупилась девушка. — Это звучит как упрек.

— Упрек? — удивился я. — Упасите боги. Я просто пытаюсь выбраться из ямы когнитивного диссонанса. Знаешь, когда я увидел как парень, на пару лет старше меня, щелчком пальцев создает огромного огненного дракона, то думал что меня уже ничем не удивить. Но сегодня… сегодня творилось какое-то безумие. А его венцом, твоя героическая победа. Нет, вы только подумайте, Лиамия Насалим Гуфар, девушка которая суслика испугалась, завалила силха. О демоны бездны, я уже сейчас слышу ваш хохот.

— Я за тебя испугалась, — прошептала девушка. Такое впечатление будто она пыталась извинится.

— Нда, — процедил я. — Ну спасибо тебе, жизнь мне все таки спасла. Конечно, немного перепутали мы с тобой наши обязанности, это я вроде как, по долгу служба, должен за тебя бояться и жизнь тебе спасать. А выходит, ты меня уже третий раз выручаешь.

— А что с тобой было? — как-то невзначай спросила тори, сверкая зелеными глазами из-под длинных ресниц.

— На солнышке перегрелся, — отмахнулся я.

— Понятно.

— Ага.

— Что ты делаешь? — с опаской в голосе спросила Мия, когда увидела как я активно щипая себя за предплечье.

— Мечтаю проснуться, — но когда рука стала уже красной и ощутимо ныла, я бросил это нелепое занятие. — Пока не получается.

— Что будем делать?

Тяжко вздохнув, я поднялся на ноги, с трудом вытянул сабля, подивившись тому как плотно она засела в черепе зверя. Потом срезал несколько лианы, сплел что-то вроде тяглы, куда продел задние лапы покойничка. Проверив крепость нехитрой связки, закрепил концы у себя на плечах. Ну натурально бурлак.

— Пойдем, амазонка. В лагерь надо возвращаться.

Девушка вспорхнула, словно бабочка и тут же оказалась рядом со мной. На беззаботно улыбалась, будто и не было опасности не только для моей, но еще и для её жизни.

— Ты же ведь не дашь мне об этом забыть, да?

Тори, светясь от счастья, отрицательно покачала головой, продолжая улыбаться.

— Убейте меня, — прошипел я и потащил зверя к пляжу.

Всю дорогу до лагеря, Мия восполняла пробелы в нашем общении. Короче она затянула длинный монолог на тему свершенных дел за эти декады. Рассказала, как они с подругами (ей теперь пиратки подруги…), сплели ожерелья из ракушек. Рассказала, как её научили плясать чердант, очередной головокружительный танец. Как они пели песни, содержание которых лучше не упоминать при детях, до шестидесяти лет от роду. Обливаясь потом, дыша через, волоча на себе почти четверть тонны мяса и костей, прорубая заросли, я слушал как она сочинила новую песню. Как скучает по младшему братику, который наверняка ждет от неё подарка. Как они плавали на перегонки с дельфинами и даже видели русалку. Самую настоящую, красивую такую, она сидела, как и полагается русалке, на камне и расчесывала волосы, а как увидела девушек, показала язык и уплыла, видимо маленькая еще. Слушал о том что на меня успели четыре раза обидится и, что радует, пять раз простить. За что обижались, я так и не понял. Что удивительно, обиды и прощения проходили не только без моего участия, но еще и без моего ведома об этом. Кто там говорил что пирамиды — всемирная тайна, женщины — вот главная загадка. А может их тоже, ну, инопланетяне к нам подселили? Что бы, так сказать, жизнь медом не казалась.

Но что еще удивительней, слушая этот щебет, я натуральным образом отдыхал душой. А главное — от меня не требовалась вставлять ни слова, а когда мы уже почти дошли до пляжа, Мия вдруг заявила что и не подозревала что я такой хороший собеседник. К этому моменту мне уже был так "хорошо", что я чуть не засмеялся в голос.

Нашу скромную делегацию встретила делегация чуть поддатых друзей и боцмана с заплывшем глазом. Знай наших!

— Опа, Зануда явился! — обрадовано крикнул Пило, подбегая к нам. Вместе с ним подбежал Щуплый и подковылял Фернир.