Чтение онлайн

— Черт, черт, черт… — повторял Николай, разглядывая безупречную подделку, появившуюся у него на глазах. Он даже на свет посмотрел, но никаких признаков подписи Макса не нашел.

— Ты обещал, — отрезала Агафья, предупреждая ненужные расспросы. — Можешь не присматриваться. Хоть на экспертизу отдай, никаких следов не найдут. Это все, или еще что-то надо подправить?

— Нет… Больше ничего, — успел ответить капитан, когда в дверь постучали. Он повернул ключ.

— Поворковали, голубки? Извините, но там полковник по коридору шастает. Не мог я дольше гулять. Коля, пожалуйста, отнеси ему сам это дерьмо. А я домой поеду. Не хочу уже сегодня начинать доказывать, что я не верблюд. В моей ситуации это бесполезное занятие, — Макс вымучено улыбнулся, надевая куртку.

— Может, не стоит откладывать? — тихо сказала девушка Николаю, кивнув на разложенные по столу бумаги.

— Черт, прости. Никак в себя не приду, — спохватился капитан. — Майор Ребров, с тебя самая большая коробка конфет, которую только найдешь в магазинах. Вот для этой дамы.

— Не понял.

— Сейчас поймешь. Она твою дурную голову спасла. Смотри.

Майор непонимающе уставился на бумаги, которые сунул ему в руки Николай.

— Что я должен тут увидеть, — начал было он, но тут заметил внесенные девушкой изменения. — О… Это как?

— Ловкость рук, Максим Андреевич, — улыбнулась Агафья, видя, что Николай не знает, что отвечать.

Макс молча бросил бумаги на стол и крепко обнял девушку.

— Эй, — вмешался Николай, с беспокойством поглядывая на дверь. — Руками не трогать! Забыл, что тебе Бурундук говорил?!

— Спасибо, — шепнул Макс, отпуская ее..

— Не за что, — улыбнулась она. — Мне жаль, что в первый момент я подумала о Вас плохо.

— Что, майор, уже, небось, мысленно тюремную робу примерял? — неуклюже подначил Николай.

— Ага, — с глупой улыбкой признал майор.

— Врет, — вдруг выдала девушка, и в комнате повисла тишина.

Николай непонимающе посмотрел на друга:

— О чем она?

Мужчина молчал и упорно отводил взгляд, не желая смотреть в глаза товарищу.

— Вы же, Максим Андреевич, о другом предмете думали? — с какой-то веселой злостью проговорила Агафья. — Сдаемся? Лапки складываем? Из любого положения можно найти выход. Только не тот, который пришел в Вашу бедовую голову! Сделайте это, и Ильин — победитель. Этот ублюдок, который вас подставил. Он добился бы своего.

— О чем ты? — вмешался капитан.

— Он застрелиться решил, — уже без всякого намека на веселье пояснила девушка. — Сегодня ночью.

— Идиот… — брякнул Николай.

— Знаю, что идиот, — тихо подтвердил Макс. — Ну, что, меня теперь убить за это?

— Закрыли тему, — опять влезла Агафья. Ее командному тону, наверное, позавидовал бы сам полковник. — Думаю, нам есть чем заняться, господа офицеры, вместо того, чтобы обсуждать чьи-то глупые мысли. Тем более, что они уже неактуальны. По-моему, раз уж мы разобрались с подставой, пора нести эту кучу помоев начальству. Только подождите меня пару минут. На улице дождь, я промокла, как собака. Переоденусь быстренько.

Выходя из кабинета следом за другом, Николай глубоко вздохнул, чувствуя, как отпускает нараставшее весь день напряжение. Как бы он ни хорохорился, подбадривая Макса, но в душе прекрасно понимал, что без чуда майору было бы не отмыться. И это чудо принесла его странная квартирантка, новая коллега, ставшая за несколько недель настоящим другом. Капитан запоздало похолодел, подумав о том, что было бы, если бы она обиделась на его грубые слова и решила не вмешиваться… Но друг потому и друг, что все понимает правильно. И девушка не отнесла резкость, рожденную беспокойством, на свой счет.

— Скажи, — тихо начал Николай, — ты, что, действительно хотел…

— Да, — прервал майор. — Меня бы взяли за жабры, и ты бы полез помогать. И мне бы не помог и сам замарался… В тот момент мне показалось, что так — проще всего. Дохлый мент — лучше, чем продажный.

— Идиот…

— Это ты уже говорил, и я с тобой согласился.

— Все. Агафья права. Закрыли тему.

— А как ей это удалось?

— Ловкие руки, — отмахнулся Николай, который и сам не понимал, как. — Это сейчас не важно.

В коридоре появилась Агафья, сменившая мокрые свитер и джинсы на форму, и друзья пошли в кабинет начальника, где просидели до глубокой ночи, обсуждая расследование.

Понедельник

Николай с хрустом потянулся, разгибая затекшую спину. Короткий двухместный диванчик в каптерке у дежурного явно не подходил для здорового сна. Впрочем, Максу, который устроился спать на стульях в кабинете, скорее всего, пришлось хуже. Но другого выхода у них не было. Вчерашняя беседа закончилась глубоко за полночь. Метро к тому времени уже закрылось. Жигуленок в очередной раз ни с того ни с сего отказался заводиться. Старенький Опель майора куковал в мастерской. Получилось, что у них оставались только два варианта, или ночевать на работе, или тащится домой пешочком, под холодным проливным дождем. Друзья выбрали первый. Полковник предлагал отвезти Агафью, но девушка, не желая афишировать, что живет у коллеги, отказалась. Тогда Бурундук устроил ее на диване в своем кабинете и уехал домой. Когда Николай, кое-как умывшись холодной водой в туалете, поднялся в кабинет, Макс уже сидел за столом и, почесывая заросший подбородок, просматривал какие-то бумаги.

— Доброе утро, — улыбнулся он.

— Видали и добрее, — хмыкнул капитан. — Какого черта притащили в каптерку этот диван-маломерок? Там же стояла отличная тахта.

— Высокое начальство решило, что спальное место тем, кто по инструкции обязан бодрствовать, не полагается.

— Понятно, — протянул Николай. — Бурундук еще не появлялся?

— Забегал около восьми. Как всегда, бодр, наглажен и чисто выбрит.

— И как ему это удается, — капитан щелкнул кнопкой электрочайника. — Кофе будешь?

— Ага, и пирожок. Там еще оставались те, что вчера Агафья принесла.

— А я думал, ты их уже съел, — усмехнулся Николай. — Доставай, куда заныкал?

— Как я мог, без своего лучшего друга? Обижаешь. Вон они, на подоконнике, в целости и сохранности.

— А лейтенанта Полозкову забыл? Или считаешь, что ей завтрак не полагается?

— Лейтенант Полозкова мелькнула тут вместе с Бурундуком и завтракать отказалась, — улыбнулся Макс. — Они куда-то укатили с утра пораньше. Утопленника какого-то выловили. Вроде, телевизионщики прискакать успели. Посему полковник и взял с собой Агафью Кузьминичну. Она по-любому будет лучше смотреться в телевизоре, чем моя помятая небритая рожа.

— Это точно, — рассмеялся Николай.

— Слушай брат, — немного посерьезнел майор. — Я тут все думал, как отблагодарить девчонку. Я вряд ли являлся образцом доброго наставника, а она, как ни крути, задницу мою спасла. Не цветы же ей тащить. Еще поймет не так…

— Да, уж, — согласился Николай. — Только такого рода недопонимания вашим оригинальным отношениям и не хватает. Я тогда вообще с катушек съеду.

— Не ревнуй.

Николай недоуменно воззрился на друга, но Макс не обратил на это внимания, увлеченный внезапно возникшей идеей: