Чтение онлайн

— Здравствуйте, Ефим Филиппович… Хорошо, жду.

Несколько минут спустя рядом остановился роскошный мерседес, неподалеку маячил хищный силуэт джипа с охраной. Боковое стекло опустилось:

— Поедете со мной, Агафья Кузьминична. Вашего железного коня никто не тронет.

Девушка лишь пожала плечами и, оставив мотоцикл у дороги, скользнула на кожаные подушки салона. Пахло хорошим табаком и каким-то незнакомым парфюмом.

— Вы ничего не боитесь, — не спросил, а констатировал Ефим Филиппович.

— Отчего же, — улыбнулась девушка. — Бывает, боюсь. Но не думаю, что напугать меня входит в ваши планы.

— Не входит, вы правы, — улыбнулся авторитет. Лицо его подернулось сеткой морщин, ни дать ни взять добрый дедушка. Машина медленно покатилась, хрустя гравием подъездной дороги. — Я навел о Вас справки, Агафья Кузьминична.

— Меня бы удивило, если бы Вы этого не сделали, — спокойно отозвалась Агафья.

— Значит, Агриппина? Оригинальное имя.

— Это не моя идея, но оно меня вполне устроило.

— И, что, Вы действительно можете то, о чем болтают ваши клиентки?

— Не знаю. Мне не известно, о чем они болтают.

— Достойный ответ, — усмехнулся Гвоздь. — Болтают, например, что Вы избавили от некой зависимости жену одного известного человека…

— Возможно, — тем же ровным тоном отозвалась Агафья.

— Интересно, сможете ли Вы повторить это…

— Если человек сам захочет освободиться, это не сложно. Вопрос в том, не найдет ли он себе допинг похуже.

— Логично, — согласился мужчина. — Но сие мы оставим за кадром. Меня интересует настоящий момент.

— Я так понимаю, это и будет Вашим желанием, Ефим Филиппович? — позволила себе улыбку девушка.

— Да. Сын моего друга.

— Странно.

— Что вы находите странным, Агафья Кузьминична? — поинтересовался Гвоздь.

— Признаюсь, я думала, Вы пожелаете что-нибудь для себя.

— В каком-то смысле это для меня и есть, — усмехнулся мужчина. — Сын — беда моего близкого друга. На зоне, знаете, ли, дружба завязывается крепкая. Александр Штрех не имеет никакого отношения к криминальному миру, он ювелир. Не имел разрешения работать с золотом. За что и получил срок. Но он спас мне жизнь, и я хочу отдать долг. Мы с Вами по разные стороны баррикад, Агафья Кузьминична, но мир не делится на черное и белое.

— Никогда не питала подобных заблуждений.

— Вот и отлично. Пойдемте. Я познакомлю вас с моим другом. Поможете ему, и я помогу Вам.

Опель Реброва остановился недалеко от большой церкви на окраине города.

— Это здесь. Там за деревьями он живет, — сказал майор, выбираясь из машины.

Друзья пошли по узкой дорожке. Тут явно все еще продолжался ремонт. Кое-где среди клумб с яркими георгинами виднелись кучи битого кирпича и прочего строительного мусора. Дом священника оказался небольшим строением. Похоже, собственное жилище интересовало хозяина в последнюю очередь. Крыша была покрыта рубероидом. Давно некрашеные стены потемнели от дождей и времени. Наличники на окнах, когда-то покрытые красивой резьбой, рассохлись и покрылись трещинами. На крыльце одна ступенька провалилась, да и остальные держались на честном слове. Макс постучал в обитую железом дверь. Священник появился почти сразу. Высокий широкоплечий мужчина лет сорока с небольшим, совершено седой, не задавая вопросов, распахнул створку.

— Мир вам, — сказал он, пропуская их внутрь.

Темный коридор, плохо освещенный тусклой лампочкой, привел их в большую комнату, похоже, единственную в доме. Один угол занимали иконы с мерцающей перед ними лампадой. В другом стояла накрытая деревенским домотканым покрывалом тахта. И книги. Они были везде. На полках по стенам, на подоконниках, на большом столе в центре помещения, даже на одном из стульев стояла стопка.

— Устраивайтесь, — предложил священник, поддернув подол рясы и усаживаясь. — Чем могу быть полезен?

— Мы хотели бы поговорить с Вами об одной из женщин, которые работают в храме.

— Пожалуйста. Кто вас интересует?

— Андреева, Елена Максимовна. Расскажите нам о ней, — попросил Николай.

— Она работает у нас в храме, в свечной лавке. Женщина честная, трудолюбивая. Никаких претензий к ней никогда не возникало.

— В недавнем прошлом в ее жизни произошла трагедия, — вмешался Макс. — Что вы знаете об этом?

— Я не могу вам об этом рассказать, — спокойно ответил священник.

— Как так? — опешил майор.

— Тайна исповеди. Я не могу рассказать третьим лицам о том, что доверено через меня Господу.

— Святой отец… — начал было Николай, но тот поморщившись, прервал его.

— Обращение «святой отец» принято в католичестве. Служителей православной церкви называют просто «отец» и по имени. Например, отец Никифор.

— Хорошо, отец Никифор, — не стал спорить капитан. — Мы расследуем серию убийств. И нам необходимо узнать все о Елене Максимовне.

— Сожалею, но ничем не могу вам помочь, — твердо ответил священник. — В любом случае, тайна исповеди неприкосновенна. От себя могу только сказать, что Елена никого не могла убить. Она верующая женщина. Ее жизнь сейчас — молитва и служение Господу. Возможно, однажды она уйдет в монастырь. Но и в нашей обители скорби она ведет жизнь скромную и угодную Господу, насколько я могу судить.

Больше ничего добиться от отца Никифора не удалось. Он никак не показывал, что его раздражает внимание оперативников, не пытался их спровадить под предлогом неотложных дел, но говорить про Андрееву категорически отказывался. Друзьям пришлось уйти ни с чем.

— Он что-то знает! — возмущенно воскликнул Макс, едва они сели в машину. — Тайна исповеди, смотри ты…

— Или Агафья права, и Андреева не имеет к Снайперу никакого отношения, — спокойно уточнил Николай.

— Нет! — возразил майор. — Он что-то знает. Нюхом чую.

— Ладно. Поживем, увидим.

— Увидим, — согласился Макс, доставая телефон. — Позвоню пока Агафье.

Лейтенант Полозкова даже не взглянула на вибрирующую в кармане Нокию. «Нет, все-таки я не целитель», — подумала она, не ощущая никакого сочувствия к лежащему перед ней человеку. Устало стряхнув с пальцев последнюю искорку, она смотрела, как затягивается страшная, до кости, рана на локтевом сгибе, куда уже бывший наркоман колол всякую дрянь. Девушка добросовестно выполнила свою часть договора с авторитетом. Его желание было исполнено. Теперь дело было за ним. Но девушка знала, что Гвоздь не лгал, когда договаривался с ней, и так же точно выполнит свою часть соглашения. Приоткрыв дверь, Агафья позвала маячившего неподалеку охранника.

— Вы можете позвать хозяев.

Бычка как ветром сдуло. Несколько минут спустя на лестнице появились Ефим Филиппович и отец парня, с которым девушка возилась последние два часа. Устало присев на подлокотник кожаного кресла, она наблюдала, как скептическое выражение сползает с лица мужчины, сменяясь изумлением. Ефим Филиппович лишь удовлетворенно кивнул.

— Но, как? — спросил Штрех.

Агафья только плечами пожала. Оставив друга кормить сына с ложечки бульоном, Ефим Филиппович вышел с девушкой в гостиную.