Колдунья. Новая жизнь
Шрифт:
Дин посадил меня, а сам взял губку, намылил, и стал стирать с меня кровь. Закончив с верхней частью тела, и дойдя до паха, я тут же вскрикнула.
— Тебе больно?
— Есть немного.
Он нахмурился.
— Ты чего?
— Это я виноват, просто не сдержался. Прости, но я просто с ума сходил. С тобой не так-то просто сдерживаться.
— Надеюсь это комплимент?
— Ещё какой! — Он поцеловал меня в губы.
Меня накрыло волной ощущений и, не смотря на боль, я припала к нему. Этот поцелуй был как второе дыхание.
Он обнял меня и я почувствовала, что мне в живот упирается он. Опять напряжённый и готовый.
Я отодвинулась от Дина, чтобы видеть его лицо. Я смотрела ему в глаза.
— Дин, я бы с удовольствием повторила вчерашнее, но я не могу.
— Прости, я понимаю, но ничего не могу с собой поделать. Это моя реакция на тебя. Прости, что я не был осторожным в первый раз.
Тут я опять вспомнила про беременность. Наверно он что-то прочитал на моём лице, его глаза стали сначала испуганными, а потом задумчивыми. Очень быстро менялись выражения на его лице.
Потом он поднял на меня глаза.
— Дорогая…мы…я…ты случаем не на таблетках?
Я сразу поняла, о чём он и покачала головой.
— А вдруг ты…
Я прервала его.
— Вот тогда и будем думать. А сейчас дай я вымою тебя.
Когда мы отмылись и вытерлись, я заметила, что на наших телах нет даже царапинки. Дин объяснил, что мы можем исцелять друг друга.
После душа, я смогла ходить, не бегать, но всё равно ходить без помощи.
А ещё я была жутко голодной. Но если честно, то мне туда не очень хотелось выходить после вчерашнего.
Я надела шорты, длинную белую футболку, а Дину дала шорты Антона. Больше он не хотел надевать. Его право.
Как только мы вышли в зал, я сразу почувствовала запах еды. Меня начало тошнить. Я резко развернулась и еле-еле успела добежать до туалета. Меня вывернуло. Дин придерживал мне волосы, а меня всё рвало. Когда я закончила, то подняла глаза на Дина. На его лице читалось озабоченность и радость. Вот гад.
— Дорогая, ты…
Я прервала его, грубо.
— Это ничего не значит! Не надо! Просто молчи!
Не знаю почему, но я злилась на него! Почему он не принял меры по предохранению? Или Луи был прав, и он просто хочет закрепить меня за собой. Сделать собственностью? Я не знала, что думать. Честно не знала. Но я не хотела видеть довольной ухмылки Дина. Не сейчас.
Я встала, сполоснула рот.
— Дамиан, покинь, пожалуйста, мою квартиру вместе с Каримом. Лари пусть останется.
Его лицо стало серьезным, он испугался.
— Дорогая, но…
— Не называй меня сейчас так. Просто уйдите.
Я не стала ждать, а просто вышла в зал и потом на кухню. Меня мучил голод, теперь уже живот стало сводить.
На кухне готовил Антон. Он тоже был только в трусах, в общем как обычно.
— Доброе утро, Антон. Что ты там готовишь?
Я обняла его и взглянула на плиту. На сковороде он жарил мясо с овощами. Рагу. Я люблю.
Я потёрлась лицом о его спину, у него пробежали мурашки.
— У тебя волосы мокрые. Ты бы с ними что-нибудь сделала, а то потом не расчешешь.
— Ты прав, попрошу Конана, чтобы заплёл мне косу.
— Тебе накладывать?
— Да. Накладывай на четверых. Дин и Карим уходят.
Он повернулся ко мне и посмотрел мне в лицо.
— Что уже случилось?
Я глубоко вздохнула. Я всегда всё рассказываю Антону, я ему доверяю.
— Давай сначала поедим, а потом я всё тебе расскажу. А то у меня живот сводит.
— Я чувствую.
Он поцеловал меня в лоб, и я пошла в зал. На диване сидели Конан и Лари, Дина и Карима не было видно.
— Они в спальне, одеваются.
Я подошла к моим мальчикам и обняла их. Они обняли меня.
— Я тут что, одна одетая? А если бы и я ходила полуголая?
— А я не против! — Сказал Лари. По его лицу расплылась ухмылка.
Я не могла сдержать улыбку.
— И не надейся, Лари!
Я повернулась к Конану. Его волосы были заплетены во французскую косу. Ему это шло и совершенно не смотрелось женственно. Наоборот, волосы были убраны и открывали широкие мужественные скулы, подбородок. Все черты лица были идеальны, карие глаза прекрасны. Широкая грудь, даже ключицы. Всё отдавало в нём силой, мужественностью — защитник. Преданный пёс. Я не могла оторвать от него глаза.
— Ух, ты! — Удивлённо сказал Лари.
— Ты чего? — Я всё-таки смогла оторвать глаза и взглянула на Лари.
— Ты любишь его.
Я не поняла, кого он имеет в виду.
— Ты так смотришь только на короля и на Конана.
Оп-ля! И что мне сказать на такое замечание. Я попыталась всё перевести в шутку. Но я уловила, что Конан затаил дыхание, ожидая моего ответа. Я ощутила его волнение.
Мне нравился Конан. Но ведь у меня есть Дин и я не имею права пудрить мозги Конану. Он должен найти себе девушку, жену, устроить свою жизнь и так далее. Я ему не буду мешать, я буду рада за него. Как за Антона. Он любит эту девушку и она его. Мне она понравилась. Я же понимаю, что я не смогу всё время жить с ними двумя. Сначала уйдёт Антон, потом Конан. У меня появился Дин, но это как-то сейчас висит на волоске. Не хочу я сейчас выяснять отношения и с Конаном, но я и не хочу ранить его чувства. Блин!! Чего всё так сложно. Ну почему я вечно создаю себе проблемы.
— Лари, я люблю вас всех! Я не смотрю на тебя так, потому-что Конана я знаю дольше.
Конан выдохнул и у меня по телу пробежали мурашки. Что-то внутри щёлкнуло. Я взглянула на Конана, но видела я не его, а кровь бегущую по венам. Тёплая, сладкая, как конфетка. Я издала стон и у меня стали расти клыки, я облизнула вдруг пересохшие губы.
Глаза у Конана расширились, пульс участился. Он будто приглашал меня попробовать. Я помнила, какая его кровь на вкус, у меня свело живот.
— Нами… — Прошептал Конан.
Я накрыла его рот поцелуем. Но не рот был моей целью. Я прислонилась к артерии на шее. Пульс забился чаще. Мне понравилось это.
Краем глаза я уловила, что в комнате уже стоят все, но никто ничего не делает, все ждут.
Я посмотрела в глаза Дина и увидела в них желание, я знала, что он хочет, чтобы это была его шея, хочет, чтобы мои клыки впились в него и пили, питались.
Я смотрела на него, но резким движением впилась в шею Конана. Я чуть опустила свои щиты, чтобы подчинить себе Конана, не сделать ему больно.