Чтение онлайн

В электронном зале уже было тихо. "Алдан", закончив расчет, сонно помаргивал лампочками, мои дубли сидели за столом и неумело играли в карты. При моем появлении оба вскочили. Я зажмурился, кинул пакеты на пол и пулей вылетел в коридор.

Так. К Витьке, немедленно. Из-за него эта каша заварилась, пускай он голову и ломает.

Через минуту я уже был на шестом этаже и словно вихрь ворвался в двери Витькиной лаборатории.

3

– Это д-дубли у нас простые!..

А. и Б.Стругацкие

Корнеев сидел на диване, заложив ногу за ногу. Одна нога была босой, и мне сразу вспомнился домовой Геннадий. Покосившись на меня, Витька продолжил странное занятие капать из пробирки бесцветной жидкостью на пятку.

– Ты чего?
– спросил я.

– Болит, - Корнеев выплеснул на ногу всю пробирку.
– Нет, ты сам посуди! Хорошая живая вода. Очень свежая. Если бы, к примеру, у меня пятка была напрочь оторвана, то приросла бы в момент. А вот ушиб не проходит!

– Так отрежь пятку, потом займись лечением, - ехидно посоветовал я.

Корнеев покачал головой:

– Нет, Сашка. Это выход простейший, примитивный...

– Корнеев, покажи пропуск, попросил я.

Витька вытаращил глаза.

– Ты... Чего?

– Пропуск покажи!

Видимо, тон мой был настолько серьезен, что Корнеев от растерянности подчинился. Убедившись, что он не собирается рвать в клочки бумажку с ненавистной печатью на фотографии, я присел рядом.

– Витька, разговор есть серьезный. Очень важный.

– Ну?
– насторожился Корнеев.

– Дубли... Они живые?

– Жизнь - отчеканил Корнеев, - есть форма существования белковых тел! Бел-ко-вых! А дубли у нас кремнийорганические, ну или германиевые...

Я разозлился.

– Витька, ты мозги не пудри! Тоже мне... Амперян...

– Сашка, да никто этого толком не знает! Лет двести уже споры идут! Какая тебе, фиг, разница?

– Как это какая? Если они живые, так какое право мы имеем их эксплуатировать?

Витька едва не упал на пол.

– Привалов, очнись! Тебе чайник эксплуатировать не стыдно? Или "Алдан" свой любимый?

– Разные вещи!
– я вздохнул. И рассказал Витьке всю историю.

Корнеев явно растерялся. Минуту смотрел на меня, словно надеялся, что я рассмеюсь и признаюсь в розыгрыше. Потом напрягся, щелкнул пальцами, и перед нами возник дубль. Сходство с самим Витькой и грубияном из подвала было такое разительное, что я поежился.

– Как дела?
– спросил Витька дубля.

– Пятка болит, - дубль бесцеремонно вырвал у него пробирку, уселся рядом и занялся самолечением.

– Во. Иллюзия разумного поведения, - сообщил Витька.
– Поскольку таким запрограммирован. Но все равно дурак-дураком.

Я неуверенно кивнул.

– Побейся головой о стену!
– приказал дублю Корнеев.

Дубль строптиво осведомился:

– А нафига?

– Качество штукатурки проверяем.

Дубль встал и принялся колотить лбом о стену. Монотонно, но далеко не в полную силу, отлынивая.

– Вот, - Витька махнул рукой.
– Живой пример! То есть, не живой, материальный! Живой себя так вести не будет!

Дубль, заметив, что Витька уже на него не смотрит, снизил амплитуду ударов до минимума.

– Понимаешь, Саша, ты человек в институте все же новенький, да и маг неопытный, - принялся рассуждать Корнеев.
– К тому, что "Алдан" может за день такое рассчитать, на что сотне математиков месяц нужен, ты привык. А к тому, что машина может с виду на человека походить, пререкаться, беседу поддерживать еще нет.

– Витька, уж больно самостоятельно они себя вели...

– Ну и что? Дубль - продукт жизнедеятельности магов. А маги, знаешь ли, всегда склонны к самостоятельности. Вот гляди... Надо мне, к примеру, вместо себя дубля на свидание послать.

– Ну?

– Делаю я его самопрограммируемым и самообучающимся. Дабы ни одна девушка не заподозрила, кто ее домой из кино провожает. Если вдруг она его пригласит домой, чаек попить и с родителями познакомить, дубль должен проявить инициативу, вести себя так, чтобы в следующий раз меня дорогим гостем считали.

– Что потом?

– Если я дублю велел самоликвидироваться по выполнению задания, то все в порядке. Если нет... Ну, не подумал... То выйдет он за порог, и начнет дальше мной притворяться. Программа такая. И будет бродить, пока энергия не кончится. День, месяц... Ну, смотря на какой срок я его зарядил.

– А три года?

– У Кристобаля Хозевича, возможно, - подумав сказал Витька. Помнится, был у него дубль, который ездил в годичную командировку. Что скажешь, мастер...

Витькин дубль зевнул, привалился лбом к стене, поморгал и исчез.

– Во. Так оно и должно быть, - бодро сказал Витька.
– Но бывают промашки. Что, пойдем в подвал, с дубляками разбираться?

Я помотал головой.

– Нет, Корнеев. Не надо. Знаешь, пусть лучше сидят... Колдовать пытаются. Жалко.

– Жалко...
– Пробурчал Корнеев.
– Я же тебе все объяснил!

И все-таки он казался изрядно смущенным и настаивать не пытался.

– Может, еще с магистрами посоветоваться?
– спросил я.

– Это ты сам решай, - Витька стал обувать ушибленную ногу.
– Во, проходит помаленьку... Чего ты дома-то не усидел?

– Непривычно, - сознался я.
– Решил еще поработать. Что, пойдем?

– Давай через полчасика, - Витька покосился на заставленный колбами стол.
– Я нас обоих странгрессирую, прямо в комнату. Лады?

– Лады, - я поднялся и вышел в коридор. Витька меня все же немного успокоил. Но стоило припомнить унылое пение дублей, как по спине забегали мурашки. Нет, не все так просто.

Было уже заполночь, и народ, похоже, начинал расползаться по домам. Я прошел в электронный зал моих дублей уже не было, а в воздухе пахло озоном. Растворились... Моей магической энергии никогда не хватало больше чем на пару часов. Я подошел к "Алдану", постучал пальцем по дисплею, потом потянулся к выключателю питания. Затарахтела пишущая машинка, скосив глаза я прочитал: